Чтение онлайн

Возможно, если отменить все концерты до Лос-Анджелеса, то Эл передохнет и придет в себя. Он даст эти концерты позже, что-то можно придумать. Да. Так и надо сделать. Пластинка Эла сейчас на первом месте, так что большого вреда его популярности отмена концертов не принесет, а если учесть его состояние, то она только пойдет на пользу.

— Я закажу тебе поесть, — сказал Пол. — А потом тебе надо поспать. Эдна плохо себя чувствует, она будет в соседней комнате.

— Пошла она! — пробормотал Эл достаточно внятно. — Фригидная кошелка. Достань мне еще одну бутылку виски.

— Слушай, Эл…

— Слушай, братец, — передразнил Эл, покачиваясь. — Я спел концерт, так? Я спел этот гребаный концерт. Это все, что вам нужно, верно? Теперь отвяжись и оставь меня в покое!

Пол неохотно вышел. Он знал, что, когда Эл в таком состоянии, спорить с ним бесполезно. Люк сидел у дверей.

— Не выпускай его, — предупредил Пол. — Если я буду нужен, я у себя в номере.

Он оказался нужен среди ночи. За дверями Эла раздавался ужасный грохот. К тому времени как появился управляющий с запасным ключом и они смогли войти, грохот прекратился. Эл полностью разгромил весь номер, выкинув, что мог, из окна, переломав и разбив все, что попалось под руку. Он лежал среди обломков и крепко спал, посапывая и улыбаясь во сне.

Утром он ничего не помнил.

— Мне самому часто хотелось сделать то, что вы сделали, — вздохнул управляющий, когда они подсчитывали стоимость нанесенного гостинице ущерба.

— Удвойте сумму в счете, — расщедрился Эл. — И разнесите в щепки любую комнату за мой счет!

На следующее утро все газеты расписывали непотребное выступление Эла, сообщали о попытке Нелли покончить с собой и, не говоря ничего прямо, создали впечатление, что ответственность за эту попытку несет Эл.

Пол спрятал газеты и от Эла, и от Эдны. Посовещавшись с Берни, он передал в печать совместное заявление мистера и миссис Кинг по поводу их глубочайшего сожаления относительно происшедшего с Нелли, которая является их дорогим и близким другом.

Эван так и не потратил одиннадцать долларов на завтрак. Он вообще не позавтракал. Он с ужасом прочел сообщение о Нелли. Его Нелли. Его бесили грязные намеки на отношения между нею и его отцом.

Он должен ехать в Тусон. Навестить ее в больнице.

Эван потратил все деньги на звонки в Тусон, пытаясь найти дядю Пола. Ему было безразлично, злятся они на него или нет. Ему было наплевать на все, только бы побыстрее добраться до больницы и увидеть Нелли.

Пол, похоже, обрадовался, услышав его голос, и послал за ним машину.

— Только не потеряйся по дороге, — предупредил он.

Потеряться! Ни за что в жизни! Ничто не остановит его. Он должен вернуться к Нелли. Он уже забыл о Плам и Глории. Но даже если бы и помнил, это значения не имело. Они способны сами за себя постоять. А Нелли не может.

Пол сообщил Эдне хорошие новости. Она прекрасно держала себя в руках.

— Закажи нам билеты на ближайший рейс до Лондона, — спокойно велела она.

— Ты уверена? — рискнул спросить Пол.

Эл все еще спал под действием успокоительного.

— Уверена, — тихо ответила Эдна. — Еще как уверена.

Перед ним сидела новая Эдна, непохожая на ту, которую Пол знал много лет. Та, прежняя Эдна, никогда не осмелилась бы принять подобное решение, не посоветовавшись с Элом.

— Мелани полетит с тобой, — сказал Пол.

— Лучше не надо.

— Почему?

— Потому что она мне не нравится, Пол. Извини. Я знаю, она твоя жена, но я не хочу лгать.

Пол посмотрел на нее с неожиданным восхищением. Ему тоже не нравилась Мелани, но у него никогда не хватило бы смелости в этом признаться. Что случилось с Эдной? Откуда такая решительность?

— Я понял, Эдна. Я закажу билеты только для тебя и Эвана.

— Спасибо. Пойду собираться.

Он смотрел, как она выходит из комнаты, и радовался за нее. Впервые за те годы, что он ее знал, Эдна подняла голову.

Поездка на машине в Тусон заняла три часа. Всю дорогу Эван волновался. Он велел водителю ехать прямо в больницу, где лежала Нелли.

— Мне велено доставить вас в гостиницу, — засомневался водитель. — Доставить лично и не спускать глаз.

— Мне нужно сначала в больницу, — настаивал Эван.

Водитель неохотно согласился. Мальчишка так волновался.

Они остановились у окошка регистратуры. Он понимал, что выглядит ужасно.

— Я — сын Эла Кинга, — сообщил он дежурной медсестре. — Мне нужно видеть Нелли, она меня ждет.

Женщина подозрительно осмотрела его. И не поверила. Ей все утро надоедали репортеры и поклонники.

— Она умерла, — холодно ответила медсестра. — В восемь часов утра.

Первым желанием Даллас было убежать, бежать и бежать, только подальше от этого места. Но разве могла она уйти? Бросить Бобби в таком состоянии? Внутренний голос говорил ей: „Не ввязывайся". С другой стороны, она и собаку бы не бросила в таком состоянии.

Приняв решение, Даллас захлопнула за собой дверь, заглушив звуки любовного экстаза, доносившиеся из соседней комнаты.

Она не знала, что ей делать. Попробовать приподнять Бобби? А если у нее что-то сломано?

Окно было занавешено индейским одеялом, которое держалось на одном шнурке. Даллас сдернула его и прикрыла дрожащую девушку. Обе руки Бобби сплошь были покрыты следами ее пристрастия к наркотикам. Видно, она уже не могла найти живого местечка на руках и принялась колоть ноги. Даллас проняла дрожь.

Бобби бессмысленно водила глазами из стороны в сторону. Даллас подложила ей под голову грязную подушку.

— Что случилось? — спросила она. — Кто тебя избил?

— Эй, — пробормотала Бобби, которой наконец удалось сфокусировать глаза. — Мужик, кто же еще? Я ему сказала, что достану бабки… я ему сказала. — Голова ее склонилась к плечу. — Налей мне глоток виски… там… на кухне.

Даллас быстро огляделась. Маленькая, темная комната. Диван, на котором ночью спали. Стол, заваленный косметикой, журналами, тряпками. Осколок стекла в центре, служащий зеркалом. Вся кухня состояла из треснувшей раковины с грудой пустых бутылок, среди которых Даллас удалось найти ту, в которой еще осталось на четверть виски. Она протянула ее Бобби, и та жадно присосалась к горлышку.

— Здесь есть телефон? — спросила Даллас.

— Зачем тебе телефон, милка? — пробормотала Бобби слабым голосом.

— Тебе нужен врач.

— Верно. Но мне не нужно все то дерьмо, которое с этим связано. Я перебьюсь. Ты просто давай бабки и уматывай, пока они не вернулись.

— Кто не вернулся?

— Какая тебе печаль? Мне от тебя только бабки и нужны. Так что не лезь не в свое дело, как я тебя учила. — Она попыталась сесть, но не смогла. — Мне надо дозу… очень надо… Будь умницей, протяни руку за окно, там пакетик… дай его мне. Эти раздолбаи не все знают… Один укольчик… и эти козлы пусть катятся к едрене фене… У меня все будет… все, девка. Дом у меня будет. Лучший дом в Лос-Анджелесе, чтоб они сдохли. Самые лучшие девушки… — Ее глаза снова стали закатываться. — Ты тоже захочешь на меня поработать, милка… Захочешь стать у меня звездой… Захочешь любить меня… — Ее бормотание становилось все неразборчивее. — Никто, мать их, в жизни ничего мне не давал… работала как вол… Эй, дай мне порошок, дай мне… — Глаза Бобби закрылись. Она отключилась. Бутылка выпала из ее руки, и жидкость с бульканьем полилась на потертый ковер.