Чтение онлайн

— Куда ты? — спросил Рик, наконец перестав улыбаться.

— Хочу прогуляться.

— Я сейчас оденусь.

— Одна.

— Ты обещала, что останешься на всю ночь.

— Не могу.

— Но ты обещала.

— Слушай, Рик, я думаю, нам больше не стоит встречаться.

— Что?!

— По крайней мере, некоторое время.

Он спрыгнул с постели и взял ее за плечи.

— Но почему? — взмолился он. — Что я сделал?

Она высвободилась из его рук.

— Да ничего не сделал, в этом-то все и дело, — пожала она плечами. — Не знаю, но у меня возникло ощущение, что я в ловушке.

Он сжал губы.

— Это смешно.

— Тебе, может, и смешно, но мне так кажется.

Он повернулся к ней спиной.

— Почему ты сразу не сказала?

— Сразу — это когда?

— До того, как мы занялись любовью.

— А какое это имеет значение?

— Очень даже большое.

Она постаралась разрядить обстановку.

— Послушай, малыш, я никогда не отказываюсь от возможности классно трахнуться.

Он повернул к ней обиженное лицо, и она поняла, что сморозила глупость.

— Я позвоню тебе, Рик, — пообещала Линда, — через день-два.

Он не отводил от нее взгляда. Как вышло, что она заговорила его языком?

— Ты никогда не звонишь, хотя и обещаешь, — пробормотал он.

Она весело улыбнулась.

— На этот раз все будет по-другому, сам увидишь. — И прежде чем он что-то возразил, вышла из его квартиры, остановила такси и отправилась домой.

Вернувшись в Англию с молчаливым и надутым Эваном, Эдна сделала то, что хотела сделать уже много лет. Уволила кухарку, горничную и с самым большим удовольствием — Нельсона.

От него, правда, не так легко оказалось избавиться. Он похабно ухмыльнулся ей в лицо и заявил:

— Я поговорю об этом с мистером Кингом, когда он вернется.

— Нет, — отрезала Эдна, — вы говорите сейчас со мной, а я приказываю вам покинуть мой дом сегодня же.

Нельсон сузил злобные глазки.

— Вот, значит, какие дела. Выкидываете меня и даже до свидания не говорите.

— Я выплачу вам жалованье за две недели вперед, — твердо сказала Эдна.

— Маловато будет, — заворчал Нельсон. — Вечно богатые нас надувают. Считаете, если у вас есть деньги, то вы можете делать все, что вздумается.

— Жалованья за четыре недели достаточно? — спросила Эдна.

— Лучше за шесть. Это будет справедливо.

— Хорошо. — Она согласилась бы на что угодно, только бы поскорее от него избавиться.

Она отсчитала деньги, и Нельсон жадно схватил их.

— Так вы ведь останетесь одни, совсем одни, пока хозяин не вернется.

— Благодарю вас, Нельсон, — бросила она резко, надеясь, что он уйдет.

Он нахально поковырялся в носу.

— Мне еще надо собраться, — заметил он. — Вы ведь не станете возражать?

Она отвернулась, довольная, что ей достало мужества уволить его.

— Я не возражаю, — вежливо ответила она, — но поторопитесь, пожалуйста.

Он пожал плечами.

— Слушаюсь, мэм, — сказал он и побрел по дорожке, бормоча что-то себе под нос.

Она это сделала! Скоро она останется дома одна. В своем доме. Она сможет готовить. Она может чистить свою собственную мебель, стирать пыль со своих собственных полок. Она сможет плавать в бассейне, а этот похабный Нельсон не будет больше за ней подглядывать. Она сможет возиться в саду, выращивать свои собственные овощи. А если Элу не понравится… Что же, ему придется смириться. Ради разнообразия она станет делать то, что доставляет удовольствие ей.

Эван лежал наверху на кровати, уставившись в потолок невидящими глазами. Если бы он не убежал… Это он виноват в смерти Нелли. Это его вина.

По лицу текли слезы, прокладывая дорожки среди прыщей.

Он не знал, что ему делать. Не знал, и все тут.

Прилетев в Лос-Анджелес, он сразу почувствовал себя так, будто никуда не уезжал. Калифорнийская секция Клуба фанатов Эла Кинга явилась в аэропорт в полном составе. Полиция изо всех сил сдерживала толпу, пока его усаживали в обязательный черный лимузин.

— Добро пожаловать! Добро пожаловать! Добро пожаловать! — визжали фанаты, высоко подняв плакаты, сообщающие миру об их безмерной любви к Элу.

Влиятельная журналистка уже ждала в лимузине, чтобы записать интервью с ним для радио. Программу будут транслировать по всей Америке.

Рядом крутился толстый и довольный собой Берни Сантэн. Он прибыл в свой город. Здесь у него все схвачено. Он передал Элу список голливудских дам, желающих устроить в его честь прием. В Голливуде считалось модным устраивать подобные вечеринки для знаменитостей. Они все боролись за честь принимать у себя Эла Кинга.

Эл поставил галочку напротив имени Дорис Эндрюз, потому что всегда любил ее фильмы, и другую галочку — напротив имени Кармен Раш, потому что она на данный момент была самой-самой суперзвездой. Нельзя сказать, чтобы красотка, но обладала обаянием, сила которого могла сравниться только с ее чудесным голосом. Как женщины они были не в его вкусе, но они ему нравились как актрисы, что куда важнее.

Берни остался доволен выбором Эла. Можно гарантировать, что все газеты и журналы страны напишут об этих приемах. Кармен Раш и ее команда уже заказали билеты на оба концерта Эла.

Все звезды старались встретиться с Элом, и Берни еще раз удовлетворенно отметил, что выглядит он превосходно. В Тусоне Эл ходил опухший, усталый и безразличный. Перемена была разительной.

Линда приехала в Лос-Анджелес в тот же день, хотя сама об этом не подозревала, пока не увидела газеты и не посмотрела телевизор. Она этого вовсе не планировала. Просто решила, что нужно на время уехать из Нью-Йорка, и, собрав необходимую одежду и аппаратуру, махнула сюда. То, что Пол сейчас в одном с ней городе, вовсе не означало, что она обязана с ним встречаться.

Она позвонила Даллас на студию. Даллас настаивала, чтобы Линда поселилась у нее.

— Я собиралась снять небольшую квартирку, — сообщила ей Линда. — Но пока я ее ищу, с удовольствием воспользуюсь твоим гостеприимством.

— Приезжай на студию и забери ключ, — предложила Даллас.

Как только Эл устроился в бунгало гостиницы „Беверли-Хиллз", он протянул Полу клочок бумаги и сказал:

— Позвони ей.

Пол тупо смотрел на номер.

— Кому — ей?

— Даллас.