Игровая комната. Книга стихов, Михайлова Екатерина Львовна

Игровая комната. Книга стихов

Михайлова Екатерина Львовна

Шрифт:

КАК ВАРИАНТ

Когда я окончательно устану, когда я окончательно опомнюсь — я встану и уеду всем составом куда-нибудь на севернейший полюс, где ледяные древние просторы, бесчеловечно холодно и люто и нет хороших мальчиков, которых беречь я не умею абсолютно. А может быть, я сделаюсь монашкой; займусь простыми, честными трудами, заброшу идиотские замашки, положенные благородной даме, и стану далека душой и телом от этих терпеливых и красивых и любящих меня — как я хотела, и это-то всего невыносимей. Под небом цвета выцветшей извёстки, как сонные туристы едут к морю, уеду я в посёлок Белоозёрский и стану петь в церковном местном хоре, и жить одна, — не стану вить я гнёзда, и это никому не выйдет боком. Я буду петь. И небо содрогнётся, когда направлю я любовь на Бога. 03.12.2010

ПРО ДОМАШНИЙ УЮТ

Он, приходя, выпускает в неё напалм — прямо с порога её обрывает танец: «Знаешь, я в этом городе, думаю, не останусь». «Знаешь, я с ней полгода, наверно, спал». «Знаешь, наверно, не надо тебе со мной». «Знаешь, конечно, чай и домашний уют — приятно...» До плинтусов в невидимых красных пятнах кухонная стена за её спиной. А она всё сидит, будто бы цела, улыбается — как выжимает под штангой двести: «Знаю — ты не из тех, кто сидит на месте», только пальцы вцепляются в край стола. Но однажды приходит неузнаваем, в глазах вода: «Я тут книгу твою почитал немного и наткнулся на список вещей в дорогу, прошлого года. Не знаю пока, куда. Но далеко — на Алтай, или там в Сибирь. Выбросил — я-то знаю, как обращаться с прошлым. Список хороший... я тут подумал — может, будешь мне больше рассказывать о себе?» 06.01.2011

ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

Раны мои украшают тебя, мой свет. Каждое слово твоё стало больше весить. Ты повзрослел за два месяца лет на десять — страшно с тобой ходить по одной Москве. Знаем давно: каждый пряник скрывает кнут. Палки в колёса не ставишь, но целишь в оси. Ты для меня без пяти минут смертоносен; нет, я не буду ждать эти пять минут, посади меня на автобус, всего делов, что нам с того — я всё помню, ты помнишь тоже. Дай мне самой, самой себя уничтожить, и не смотри на прощание через стекло. 21.11.2010

Так иди один. Пусть бросает в холод и в жар...

Так иди один. Пусть бросает в холод и в жар, — привыкай дышать свободно, пока не взяли. Так умей говорить, чтобы каждый немел, дрожал. Откажись от рабства — носи в рукаве кинжал; защищать тебя больше некому — нет хозяев. Так иди один. Никого ни о чём не проси. Стань гурманом — или отшельником и аскетом (что одно, на деле). Иди, сколько хватит сил. Хлеб железный съешь, сапоги чугунные износи. Вот тогда будет шанс на встречу хотя бы с кем-то. 19.11.2010

ГОСТЬ

Он проходит в дом, снимает тяжёлые перстни, запирает дверь и вешает плащ на гвоздь. Всем соседям, котам и собакам давно известно — к ней ночами является странный гость. Он садится за стол, она молча приносит ужин, — будто пища простая здесь кому-то нужна: ритуал. Как со смертным, пришедшим с работы мужем, говорит о делах, подливает в бокал вина. И присматривает, чтоб было светло и чисто, чтоб ему было славно, тепло и спокойно с ней. Он же смотрит только туда, где её ключицы, и чуть выше — где кожа тоньше, ткани нежней. У неё под глазами тени ночей бессонных, а глаза безумны, а руки — сколько ни грей... Всех в округе — кого-то взглядом, кого-то словом — он отвадил давным-давно от её дверей. Ей уже сто лет почтальон не приносит писем. Её взяли бы на роль панночки — так, без проб. Он ей нежно на ухо шепчет: «В гробу отоспимся», — и указывает на двуспальный уютный гроб. 11.11.2010

NATURAL BORN LOVERS

Просто кто-то выжал по полной газ и исчез, на ветер подняв листву. Я снова слышу, — кто-то не верит в нас. И во что тут верить? Мы существуем. Мы не будем прятаться в каземат, потому что вместе — неуязвимы. Мы настали, как настаёт зима; много ли добьёшься, ругая зиму? Стоит ли расстреливать первый снег? Он кружит, он падает вам на плечи! Всё равно мы кончимся по весне — просто потому, что ничто не вечно. Но пока мы рядом. Мы прямо здесь. Мы растём стремительнее посевов. Мы настали, видите? Как пиздец. Абсолютный. Полный. И сразу всем вам. 26.10.2010

ПЕРЕГОВОРЫ

Я хочу, чтоб вы славно жили в своих домах, и смеялись, и зла не видели — днём с огнём. Эта штука в руках называется «автомат». Осторожнее говорите со мной о нём. 21.10.2010

ГЛЯДЕЛКИ

Он смотрел на неё — острившую сгоряча, молчаливую — каждый раз ощущая кожей этот взгляд поверх чужого мужского плеча; только плечи менялись, а взгляд оставался тот же. И она на него смотрела — издалека, ясно, пристально — без поволоки и без истомы; он всё кутался в дым табачный, как в облака, а она на него смотрела, как на святого. Так прошло десять лет. И, когда рассеялся дым, а мужчины ушли под белые своды спален, они поняли вдруг — осознали на все лады! — как они друг без друга устали. Устали. Устали. 19.10.2010

MAKE NOTES

На полотне, на стене, на бумаге рисовой, на рукаве — хоть шёлком пускай расшит. Время такое — хочется всё записывать; но ещё больше хочется всё прожить. 14.10.2010

НАСТОЯЩЕЕ ПРОДОЛЖЕННОЕ

Трудно верить — всё происходит на самом деле. Трудно жить в том же доме, расхаживать в том же теле (впрочем, тело оставьте, пожалуйста). Столбик ртутный заполняет стеклянную колбу до верха. Трудно — объяснить хоть кому-то, что это не ты, не нужно (если б то, что внутри, могли прочитать снаружи!) Рвутся самые прочные связи, стальные нити. Повторять: вы ошиблись номером. Не звоните. Это просто случайно рассыпался паззл, задетый невозможно красивой рукой. Это просто, это — два примера на вычитание и сложение. Это просто начало истории с продолжением. 01.10.2010

Вынь из ладони ногти, ослабь нажим...

Вынь из ладони ногти, ослабь нажим, встань наконец уверенно в полный рост. Ничего-ничего, это просто другой режим; сердце твоё работает на износ. Нет, не гадать, вместе вы или врозь; выдох и вдох, и тут же идти к нему — как, разбивая лоб, на нерест идёт лосось, как идут апостолы — к Самому, берегом ли, водой, по траве, золе, как водолаз — не касаясь ногами дна. Так уходит корабль к иной земле — даже не зная ещё, какова она, есть ли — она... По самой прямой из трасс. Губ его память — в висках, у корней волос. Он тебя ждёт. Никому тебя не отдаст. Сердце твоё работает на износ. 26.09.2010

АЛХИМИЧЕСКОЕ ПРОСТОЕ

И, понятно, мы притязательны, но просты, и безмерно самодовольны, как львы в саванне; мы же странники оба — искатели красоты, и друзья темноты, и охотники за словами. И, конечно, кругом октябрь, темно в Москве, но по пальцам бегут серебряные разряды — мы, алхимики, воздух легко превращаем в свет; всем светлей, но слегка задыхаются те, кто рядом. И, наверно, в миру было встретиться нам пора — посидеть-поболтать, как самим себе тянем жилы; мы работники оба — пера, да и топора, эту встречу, в общем, давно уже заслужили. И, как только обрежут парки тугую нить — и тебя, и меня накажут по высшей мере: мы обманщики оба, что уж тут говорить. Так давай же обманем друг друга. Как мы умеем. 26.09.2010

1 2 3 4 5 6 7 8 9-13

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Игровая комната. Книга стихов

Михайлова Екатерина Львовна

Шрифт: