Чтение онлайн

— Осторожнее, моя прелесть. У меня на тебя большие планы.

— Поставьте меня! — возмущённо проворчала Броня, пытаясь дотянуться ногами до палубы. — У меня на вас планов нет!

Броня уперлась ладонями в его грудь, но Адриан лишь усмехнулся, медленно опуская её на палубу. Он явно наслаждался этой игрой.

Как только все ступили на борт, матросы подняли якорь и развернули паруса. Прохладный утренний бриз тут же наполнил их, и судно плавно заскользило по воде, оставляя за собой едва заметный след. Мы устремились на восток, прямо навстречу наступающему рассвету. Вокруг была только бескрайняя водная гладь, глубокая и непостижимая. Стоя у борта, я вдыхала свежий солёный воздух и чувствовала, как медленно спадает напряжение последних дней, сменяясь чувством невероятной свободы. Море, как всегда, было лучшим душевным лекарем.

Постепенно небо начало светлеть. Сначала на горизонте появились тонкие полоски серого цвета, затем вспыхнули нежно-розовые и оранжевые оттенки, разливаясь по всему небосводу. И вот, наконец, над самым краем моря показался диск солнца: огромный, огненно-золотой, он медленно поднимался, окрашивая воду в мириады искрящихся бликов. Лучи скользили по волнам, превращая их в жидкое золото, и весь мир словно просыпался, залитый чистым девственным светом. Именно в этот момент я увидела появляющийся из-за горизонта крошечный клочок земли. Он утопал в сочной зелени, словно драгоценный изумруд, брошенный в бескрайнее синее море. Лазурный Остров.

Вскоре наше судно замедлило ход, плавно приближаясь к берегу. А мы с Броней не могли отвести глаз от пышной растительности, пытаясь рассмотреть то, что она скрывала. Судно мягко ткнулось носом в мель, и Адриан первым спрыгнул на мелководье. Следом его команда ловко спустила небольшую сходню. Мы ещё на палубе сняли обувь, и мои ноги тут же утонули в мягком золотистом песке.

— Какая же красота! — протянула подруга, прижав туфли к груди. — Странно, что наша ловкая старушка не смылась сюда раньше… Я бы так и сделала.

Перед нами раскинулся настоящий рай. Вода у берега была такой прозрачной, что можно было разглядеть каждую ракушку на дне. А дальше, у коралловых рифов, она переливалась всеми оттенками синего и бирюзового. Сквозь резные листья высоких пальм пробивались яркие лучи солнца, создавая причудливые узоры на земле. В буйно цветущей зелени мелодично пели птицы. Это место дышало первозданной нетронутой красотой.

— Итак, мы здесь, — Адриан подошёл к нам и, сложив на груди большие руки, поинтересовался: — Может, наконец, объясните, зачем вам это понадобилось?

_____________________________________________________________

* Занавеси-норэн — традиционный японский занавес, который вешают для отделения пространства в комнате, как штору в дверном проёме или на окне.

* Дзабутон — японская плоская подушка для сидения.

* Ширмы-сёдзи — декоративная и функциональная мебельная конструкция, которая используется для разделения пространства в помещениях.

— Мы не были до конца честны с вами, — вздохнула Бронька, понимая, что раскрыть тайну всё равно придётся. — Дело не только в нашем любопытстве. Разбирая вещи госпожи Доротеи Пендлтон, мы нашли кое-какие документы. Оказывается, этот остров принадлежит ей.

На мгновение на лице Адриана промелькнуло удивление.

— Вот как… — задумчиво протянул он. — Доротея Пендлтон — владелица Лазурного острова? Это любопытно. Очень любопытно. И вы полагаете, что она может быть здесь?

— Мы не знаем, — честно призналась я. — Но это единственная зацепка.

Малыш внимательно огляделся, после чего кивнул в сторону буйно разросшейся зелени.

— Вон там, у кривой пальмы, есть тропа, ведущая вглубь острова. Смею предположить, что нам нужно именно туда.

Младший Демор отдал какие-то распоряжения своим людям и, оставив их у судна, направился к тропе. В предчувствии невероятных событий мы пошли за ним.

Ступив под сень девственного леса, я будто оказалась в другой реальности. Воздух мгновенно стал влажным, сладким, пропитанным ароматами незнакомых цветов и нагретой земли. Небо исчезло, растворившись в плотном изумрудном куполе листвы. Гигантские папоротники с резными листьями размером с зонтик, извивающиеся лианы, а на их фоне — яркие орхидеи — огненно-красные, фиолетовые, ярко-жёлтые. Где-то в глубине зарослей жужжали невидимые насекомые, а откуда-то сверху доносились голоса экзотических птиц. Наверняка, именно так и выглядел Рай.

Пройдя метров пятьдесят, мы услышали едва уловимый шум, который по мере нашего продвижения становился всё громче, превращаясь в мерный шум падающей воды. Похоже, рядом находится водопад. И тут в просветах густой растительности показалась ровная линия крыши и отблеск оконных стёкол. С замиранием сердца мы вышли из зарослей на небольшую поляну и обомлели. Перед нами стояло очаровательное бунгало из светлого дерева с просторной верандой и панорамными окнами. Оно выглядело крепким, ухоженным и абсолютно жилым.

— Ничего себе… — изумлённо прошептала Броня, рассматривая симпатичное строение. — Хороша избушка…

Внезапно тишину нарушил знакомый каркающий смех. Он доносился откуда-то со стороны водопада. Мы удивленно переглянулись.

— А вот и наша без вести пропавшая, — протянула я. Сомнений не оставалось: Доротея здесь.

Стараясь ступать как можно тише, мы двинулись в ту сторону, откуда доносился смех. Броня нетерпеливо раздвинула огромные листья папоротника, загораживающие вид, и громко ахнула.

Перед нами открылась невероятная картина. У небольшого озерца, в которое с негромким шумом падал кристально чистый водопад, стоял лёгкий навес. Под ним в удобном плетёном кресле с бокалом вина в руке сидела Доротея Пендлтон. На старушке было что-то напоминающее яркое парео, завязанное на шее. Распущенные седые волосы свободно падали на плечи. Доротея смеялась так искренне и беззаботно, как только может смеяться по-настоящему счастливый человек. Взгляд хозяйки антикварного магазина был прикован к озерцу, где, фыркая и отдуваясь от удовольствия, плавал совершенно голый мужчина. Глаза Адриана стали размером с блюдца.

— Не может быть… Матерь Божья… Отец?

Доротея резко обернулась, но, заметив нас, казалось, ничуть не удивилась. На её лице отразилась скорее досада, чем шок. Старушка картинно закатила глаза.
– Явились! — фыркнула она, уперев руки в бока. — Честно говоря, я думала, что увижу вас не раньше, чем через месяц. Ну и ушлые же вы девки! Разнюхали всё-таки!

Мы выбрались из густой листвы и подошли к навесу. Возмущение, кипевшее во мне всё это время, наконец, вырвалось наружу.

— Так вы живы?! — воскликнула я, не в силах сдержаться. — Что вообще происходит?! Мы же черт-те что уже передумали! Исчезнуть вот так, не сказав ни слова! Вас в убийстве обвиняют, между прочим!