Чтение онлайн

Имение Абрамсов встретило ожидаемой пустотой. Под потолком грустно кружились в неспешном вальсе зачарованные живые цветы. Накрытый в гостиной стол терпеливо ждал как минимум дюжину персон. Из кухни доносился аромат запеченного мяса.

Обалденный день рождения. Арканы к нему тоже хорошо подготовились… Правда, заявились без подарков.

Ничего. Я вполне самодостаточная девушка. И самый лучший подарок преподнесу себе сама, вытащив Андрея с той стороны. А потом стребую с него компенсацию морального ущерба и душевных потрясений. В натуральной валюте: поцелуями, объятьями, лаской, словами…

Настроенная по-боевому, я поднялась на чердак. Где-то должен был остаться хотя бы клок шерсти нашего домашнего оборотня…

– Анна, что вы забыли в моей спальне? – донеслось хриплое позади меня ровно в тот момент, когда я с энтузиазмом распотрошила верхний ящик комода.

Ромул появился на пороге – со следами усталости и печали на бледном лице. Казалось, в его коротких русых волосах прибавилось седины. Судя по надетому швами наружу свитеру, он забегал сюда переодеться.

– Мне нужна ваша шерсть, – заталкивая обратно несколько разноцветных носков, не нашедших пару, призналась я.

– До полнолуния далеко, мисс Дэлориан.

– Бросьте! Уверена, лунными ночами Мелисса моет вас шампунем и вычесывает щеткой, – фыркнула я и продолжила досмотр второго ящика. – Иначе такой шелковистой ухоженной шерсти не добиться… И я чувствовала запах! Вы пахли хвойной отдушкой.

– В последний раз была лавандовая, – поморщился волчара.

На секунду по лицу куратора пробежала тень смущения, но глаза тут же снова наполнились пустотой.

– Анна… Вы собираетесь опять влезть в неприятности? – с робкой надеждой спросил Ромул.

– Собираюсь, – не стала его разочаровывать лживыми отговорками.

– Мне стоит о вас беспокоиться? – он нахмурился, порылся в тумбе и выудил оттуда заветную щетку.

– Пожалуй, стоит.

– Что бы вы там ни задумывали… Каковы шансы, что это удастся?

– Мизерные, сэр.

– Чем я могу помочь?– побежденно тряхнул головой куратор.

– Вы можете отдать мне вашу чертову шерсть, – напомнила я сердито и протянула руку за вожделенной щеткой. – И еще – сказать крестному и Джулии, что я легла спать в Пункте связи и просила меня не беспокоить.

– Сначала вы мне расскажете о своем плане, – потребовал Ромул, не спеша отдавать бесценный ингредиент.

– Не расскажу, – шмыгнув носом, я помотала головой.

– Я не могу позволить вам вляпаться в смертельно опасную авантюру, тем более, без должной подготовки. Артур мне не простит, если и с вами что-то случится. Да я и сам себе не прощу.

– Вы мне должны! – с истеричными нотками напомнила мужчине.

– Должен? Что? – удивился профессор Осворт.

– Желание! Я обыграла вас в «Упрямые фигуры», помните? – я задрала подбородок, готовая идти до конца. – Или вы не держите слово?

– Держу, – сипло пробормотал куратор, оценивая масштаб раскинутой сети.

– Так вот: я желаю вашу шерсть, – я поманила пальцами расческу. – Хотя бы клок.

Ромул недовольно закряхтел.

– П-пожалуйста.

– Обещайте, что останетесь живы, – потребовал он, отдавая мне щетку.

– Я буду очень стараться.

На короткий миг мы столкнулись глазами, и куратор поймал мой перепуганный, ни в чем не уверенный взгляд. Но остановить уже не смог: с легким дуновением телепортирующего вихря я перенеслась в кабинет Андрея. Оставалось молиться, что Ромул вернул в него древний стилет. Второго желания у меня в запасе не имелось.

Стараясь не смотреть в сторону пустующей спальни, я выложила на зельеварительный стол страничку с описанием ритуала и массажную расческу с застрявшими между щетинок волосками. Порылась в серванте, нашла стилет и бутылек с кровью горгульи индийской. Ее оставалось на донышке, но десять капель должно набраться.

Мысль использовать кровь горгульи вместо китайского дракона пришла спонтанно, едва я попала в кабинет Андрея. Вспомнилось, как Карпов уверял, что они взаимозаменяемые. А значит, и мне подойдет. Хоть чему-то я, да научилась на дополнительных занятиях!

Теперь требовалось раздобыть чешую русалки, магический бульон, что был в ходу у Высших магов, и – бррр! – глаз морфа. Самое неаппетитное я оставила на десерт.

12.3

***

Ихти ко мне не вышел. Атарина сказала, что он тоскует на дне. Чувствует, что что-то случилось с его единственной. И мне совершенно нечем было его обнадежить.

Поворчав для проформы, русалка разрешила мне аккуратно выдернуть несколько чешуек из хвоста. Стоически терпела, сжав детские губки, пока я орудовала серебряным пинцетом. Она так же, как и я, хотела спасти Демона.

Несмотря на внешность девочки, морская дева, похоже, питала к плававшему без одежды Карпову вполне взрослый интерес. Хоть и совершенно платонический. Как поведала с грустным вздохом Атарина, русалки способны к скрещиванию только внутри своего вида. И слава богу!

Набрав в несколько пробирок воды из озера, напитанного сияющей материей, я с неохотой отправилась в подвал номер два.

Никогда бы не подумала, что перешагну этот порог добровольно! Поборов приступ тошноты, я стукнула именным жезлом Карпова по запертой двери и заставила себя войти.

Невольно поморщилась. Нет, пахло тут нормально… Пылью и старостью. Пользовались данными «сокровищами» нечасто. Но содержимое колбочек заставляло поторопиться.

Похоже, это хранилище в Академии – еще со времен Авроры и ее предков. Сейчас я ясно понимала, что это не музей, а склад заготовок для древних ритуалов Высших магов. Иначе зачем им консервированная голова морфа?

– Что, дружок? Демон говорил, ты по мне давно скучаешь? – пробормотала для храбрости, подбираясь к огромной колбе.

На меня повернулись застывшие глаза перепуганного морфа. Что ж, боялся он не зря. Я сняла печать с крышки и, зажмурившись, просунула ладонь в голубой раствор.

Тролль меня сожри!

Ну пожалуйста… Вот прямо сейчас, я готова.

Глаз морфа растерянно поглядывал на меня с мокрой ладони. Бррр!

Если Карпов выживет, я собственными руками его придушу! За то, что мне пришлось через все это пройти. Боже, какая гадость… Едва ли я смогу когда-нибудь забыть эту ночь.

Сейчас, с глазеющим на меня органом, изъятым из лохматого тела, я окончательно прониклась мыслью, что ужаснее дня рождения быть просто не может. Он не задался с самого утра, и с каждым часом бил рекорды по своей омерзительности. Ох, стоило сразу понять, едва в моем сне возник белобрысый недоэльф с грязными помыслами, что все это не к добру!