Чтение онлайн

–  Верно! Так вот, один консилиум с местными светилами - и половина доказухи, что мы не дезертиры и не шпионы, будет на руках.

–  А что сам Док говорит?

–  Он согласен. Впрочем, это как раз он сам идею подкинул. Сказал, есть кое-какие идейки, которые санитарные потери смогут снизить, а, сидя в Белорусских лесах, их внедрить будет сложновато.

–  Получается, мы наступление по трём направлениям проводить будем… - констатировал я.
– Шура будет рассказывать подробности про "наши" тайны, Док врачей "лечить" будет, а мне про вражину немецкую сказки рассказывать, так?

–  Всё верно, только направлений не три будет. Ты нас не учёл. От меня "посылочка" персонально Судоплатову и его орлам будет. Документов трофейных у нас два "сидора" уже набралось… Ну и вообще…

–  Мда… "Подруга подкинула проблем"…

–  Точно! Ещё и песен им там споёшь, - широко улыбнулся Саша.

–  Ага, в комнате с очень мягкими стенами… - буркнул я в ответ, поскольку его оптимизма совершенно не разделял.
– А через пятьдесят лет прогрессивно-демократические историки напишут трогательную до слёз историю про гениального поэта, замученного "кровавым режимом".

Командир улыбнулся:

–  А что, хорошая тема! А я мемуары напишу, если что. "Мои встречи с поэтом Окуневым". Звучит?

–  Нет, если честно. А мемуары… Давай сейчас об этом не будем! Примета плохая.

–  Давай, - покладисто ответил Александр.
– И не переживай, время на раздумья у тебя ещё есть.

Люк с Тотеном вернулись примерно через полчаса, в соответствии со вселенским законом подлости именно в тот момент, когда Емельян озаботился кормлением личного состава. Вернее сказать, когда дошла моя очередь перекусить. Ели-то мы посменно - трое сторожат, трое питаются, а командир, Бродяга и Казачина в оперативном резерве.

Разносолов, естественно, никто не предлагал, но еда была вполне вкусной и уж точно - питательной. Пяток варёных картофелин, краюха пшеничного хлеба и половина копчёного леща на брата - для нашей ситуации просто царская трапеза. За прошедшие дни даже бывшие военнопленные немного отъелись и перестали выделяться на нашем фоне.

Полностью объём усилий, прилагаемых нашим зампотылом и начпродом в одном лице для обеспечения нашего отряда едой, представлял, пожалуй, только командир. За прошедший месяц я лично принимал участие как минимум в двух "спецоперациях". Оба раза мы проводили закупку еды у населения. И оба раза мы изображали "оголодавших" немцев. Хорошо ещё, что с марками, как имперскими, так и оккупационными, у нас проблем не было. Как пошутил Люк: "Клиент всё больше денежный идёт". Селяне продавали продукты охотно, а как-то я чуть не расхохотался в голос, услышав, как одна баба звала соседку принять участие в "спекуляции": "Тонька иди быстрее, эти не грабють!" Емельян во время этих экспедиций изображал переводчика-коллаборациониста и торговался со знанием дела.

Торопливо засунув в рот бутерброд и отхлебнув из фляги водички, я, жуя, направился к "эмке", где собрался командный состав.

–  …шухер небольшой есть, но не особо, - Люк уже начал свой доклад.
– Посты усилены - на въезде в город сразу пятеро дармоедов околачиваются, но всей серьёзности ситуации, они пока не просекли. Нас тормознули, но потом разглядели, что мы из СД, - Саша демонстративно похлопал себя по рукаву, - просто отмахнули, даже в бумаги не посмотрев.

–  Понятно… - задумчиво пробормотал Фермер, внимательно разглядывая карту-"километровку", расстеленную на капоте легковушки.
– А ты, Алик, ничего интересного не услышал?

–  Краем уха слышал, что солдат телефонным звонком по тревоге подняли, а кого конкретно ловить не объяснили. Но местных трясут изрядно. Хоть пешего, хоть конного.

–  Это есть, - подтвердил информацию Люк.
– Даже тех, кто аусвайсы предъявляет в местную комендатуру волокут.

Фермер побарабанил пальцами по капоту:

–  А как вы думаете, мужики, охотно немцы от подозрительных лиц избавятся?

Минская область, посёлок Валерьяны, 14 августа 1941, 20:07

Освальд украдкой плеснул из небольшой металлической фляжки в стоящую перед ним кружку с кофе несколько глотков коньяка.

"Настоящий, французский. Пока еще осталось немного", - подумал он, отхлебнув. Он давно заметил, что после десятой чашки, кофе перестаёт его бодрить, а вот если обмануть организм и немного выпить, то напряжение отступает и бодрость возвращается.

Он только что закончил ругаться по телефону с капитаном из службы тыла девятой армии, которому позарез надо было доставить какой-то груз в Минск. Армеец кричал в трубку что-то про дело государственной важности, и, даже грозил какими-то карами, но разрешение на проводку колонны так и не получил. Разговор закончился тем, что Бойке ледяным тоном бросил в трубку: "Государственность и важность любого дела в данном районе определяю сейчас я!"

"Ещё один такой звонок, и вы сами будете разговаривать с ними, бригадефюрер!
– Освальд бросил злой взгляд в спину Небе, стоявшему, словно истукан у окна.
– Подумать только, превратил офицера Службы Безопасности в телефонную барышню, и в ус не дует!"

На самом деле в глубине души унтерштурмфюрер понимал, что с профессионализмом старых "сыскных псов" мало кто может сравниться, а удача, улыбнувшаяся ему там, у исковерканной машины рейхсфюрера - не больше чем удача, которая, как известно, благоволит новичкам.

Пока же поиски злоумышленников не увенчались успехом. Да, местность вокруг места нападения оцеплена, тела погибших перевезены сюда, в Валерьяны, где с ними работают медицинские эксперты крипо, сняты отпечатки следов обуви подозреваемых. Вдогонку вышли группы с собаками. Вроде, всё сделано согласно полицейским правилам, но Освальда не оставляло немного странное ощущение, что все эти усилия напрасны.

Сомнения подтвердились буквально по прошествии нескольких минут - стоило Бойке допить свой кофе и закурить, как дверь распахнулась.

–  Небе! Это чёрт знает что такое!
– возопил толстяк в штатском костюме, обращаясь к повернувшемуся на шум генералу, но, заметив в комнате постороннего, сбавил тон, - Господин бригадефюрер, боюсь до утра моей группе придётся прекратить работы!

–  Что такое, Михельс?
– голос Небе не был раздражённым или разгневанным, скорее, в нём слышалась искренняя заинтересованность.

–  "Ещё один "старик", если судить по реакции самого большого тут начальника, - отметил для себя Бойке.
– Эксперт или что-то в этом роде"

–  Мои ребята как раз приступили к исследованию воронок и поиску фрагментов фугасов… Представляешь, - толстяк снова сбился на фамильярность, - они даже нашли остатки проводной сети! И тут - взрыв! Эти сволочи оставили закладки.

–  Кто-нибудь пострадал?

–  Трегера - наповал! Войт и Гамбовски в тяжёлом состоянии… - начал скороговоркой перечислять Михельс.
– Ещё троих зацепило! Не знаю, кого мы ловим, но скажу сразу - сволочи они изрядные! Это надо додуматься - положить заряд под автомобильные аккумуляторы! Там в радиусе десяти метров всё кислотой забрызгано теперь.