Чтение онлайн

– Очумел ты Дермидонт от страха. Я это, опусти оружие! – донеслось из тумана, и из плотной пелены материализовался Толокнов.

– Что же ты барин пугаешь? Боязно ведь, а вдруг бы выстрелил?

– Вот что Дермидонт, помоги мне кое-что достать из саквояжа, а там поглядим, что делать дальше.

Достав подзорную трубу, они уже вдвоем вернулись к месту наблюдения.

Рассматривая в трубу постройки, Толокнов вслух перечислял все, что мог разглядеть:

– Толи село, толи городишко. Церковь деревянная, кладбище. Где-то с дюжину домов, может чуть больше. Дома в основном деревянные, есть и каменные. Двухэтажный дом с фонарем: или трактир, или постоялый двор. Весело тут у них, – Толокнов опустил трубу. Последняя фраза была им сказана с сарказмом, хотя видневшаяся панорама навевала скорее не веселье, а щемящую тоску и унылую обреченность.

– До деревни с версту будет, может чуть меньше.

– А людей там не видел, барин?

– Людей не видел, но наверняка есть. Фонарь кто-то должен был зажечь.

– Что делать то? – ямщик растерянно смотрел на Толокнова.

– Хороший вопрос, давай подумаем, – Толокнов принял важный вид,

– Есть три предложения. Первое: чиним в этой дыре кибитку и продолжаем путь. Но здесь есть две беды: одна – туман, другая – приближающаяся ночь. Заплутаем еще больше, да и ночлег неизвестно где и с кем по соседству, да еще и в тумане, думаю, настроения не прибавит. К тому же неизвестно, словили того рыжего детину, или он до сих пор со своим ножиком по лесу шастает.

– Послушай барин, а какое второе предложение? – перебил ямщик Толокнова, как только услыхал про беглого мужика.

– Ты нетерпелив Дермидонт. Ну ладно, второе предложение такое: распрягаем лошадей, грузим на них поклажу и ночуем на той стороне болот. Поутру с помощью местного населения ремонтируем кибитку, запрягаем лошадей и едем искать дорогу. Ну, как?

– А кибитку здесь бросить?! Что бы неизвестно кто подобрал? А потом мне на паперть с протянутой рукой? Нет, барин, кибитку я не брошу, даже на одну ночь!

Честно говоря, это предложение даже очень устраивало Толокнова, но ямщик – упрямый черт, был непреклонен. Бросать же его одного, здесь, на ночь как-то было не благородно.

Чуть помолчав, в надежде, что ямщик все-таки передумает и, не дождавшись этого, раздосадованный Артемий Петрович продолжил:

– Хорошо, третье предложение. Я иду в эту деревню, присылаю помощь. Ночуем там вместе с твоей ценностью, утром после починки сразу же отправляемся в путь. Надеюсь, проклятый туман к тому времени развеется. Ну, как, устроит?

– Барин, а еще предложения есть?

Толокнов начал выходить из себя:

– Есть, но они тебе не понравятся.

– Ну, что же, ежели вы не против, то третье предложение самое подходящее.

– Тогда мешкать не будем, а то скоро начнет смеркаться. Ступай к лошадям, да держи пистолет наготове. Я постараюсь быстро обернуться.

Хлопнув ямщика по плечу, Толокнов развернулся и зашагал в сторону видневшихся вдалеке домов, бодро шлепая сапогами по многочисленным лужам и разбрызгивая во все стороны дорожную грязь.

Семейство косуль, охраняемых самцом, мирно паслось на небольшой лесной поляне. Несмотря на полдень, в лесу царил полумрак. Закрывшие небо, черные тучи, не давали солнечным лучам не единого шанса. Мокрый лес был наполнен запахами грибов и прелой листвы. Царившее умиротворение лишь иногда нарушалось криком птицы, стуком дятла по стволу дерева или шумом ветра в кронах высоких елей.

Вдруг самец косули насторожился. Какой-то посторонний звук привлек его внимание. Все семейство, перестав жевать траву, подняли головы и замерли, чутко прислушиваясь. Резкий хруст треснувшей ветки стал сигналом, по которому косули, ведомые самцом, мгновенно скрылись в ближайшей лесной чаще.

Через минуту на поляну выбежал человек. Он остановился и затравленно, словно загнанный зверь, стал оглядываться по сторонам. От длительного бега его грудь тяжело вздымалась. Незнакомец обладал колоритной внешностью. Он был огромного роста и имел мощное телосложение. Его вспотевшее лицо и длинные рыжие волосы покрывала грязь, лесной мусор и паутина. Глаза беглеца горели то бешенством, то отчаянием. Отдаленный собачий лай заставил детину вздрогнуть. Он сплюнул и громко выругавшись, бросился бежать дальше. Прошло еще некоторое время, и на поляну выбежал разношерстный отряд, ведомый двумя матерыми лохматыми псами. Возглавлял отряд немолодой солдат в зеленом мундире. Он держал наизготовку ружье с примкнутым штыком, на его боку болталась сабля. Его сопровождение состояло из четверых крепостных мужиков. Один из них еле сдерживал на привязи собак. Вооружение остальных состояло из старого мушкетона и пары охотничьих рогатин. Солдат оглядел свой отряд: все на месте, никто не отстал. Троим из них, было лет под сорок и один совсем еще мальчишка, лет шестнадцати, не более. От быстрого бега все тяжело дышали. Посмотрев на рогатины, солдат выругался:

– Вашу мать, горе вояки, как на медведя снарядились!

Собаки чуяли след и рвались в погоню. Охотничий азарт захватил их полностью, и не важно, что добычей на сей раз, был человек, они находились в своей стихии.

– Ну что косопузые встали? Бегом вперед! – скомандовал солдат, и отряд вновь ринулся в погоню.

Кузнецу Афанасию Быкову по прозвищу «Колун» утром удалось сбежать из-под стражи. На пути беглеца случайно оказался солдат из команды, расквартированной в поместье. «Колун» предложил служивому убраться с дороги. Однако тот был не робкого десятка. Обнажив саблю, он ринулся в атаку. Уклонившись от рубящего удара, кузнец в свою очередь мощно рубанул кулаком по голове нападавшего. Бедняга со всего размаха вмазался лицом в стену, сполз на землю и больше не встал.

Тревогу подняли только через полчаса. Управляющий, делая обход, случайно обнаружил несчастного, лежащим на земле с окровавленным лицом. Солдат был без сознания, его отнесли в дом, послали за лекарем. О случившемся доложили барину и офицеру – старшему команды. Шуму было много. Брызжа слюной, с раскрасневшимся от крика лицом, барин сначала жаждал крови горе охранников, которых нигде не могли найти по той причине, что те где-то прятались от греха подальше. Затем барин переключился на поиски беглеца и хотел возглавить их лично. Насилу домашние его отговорили. Тогда барин стал требовать от офицера, старшего команды, чтобы тот отправил солдат в погоню за негодяем. Однако офицер был непреклонен. Сохраняя хладнокровие, он сообщил, что без команды начальства не может покинуть поместье. Но так как пострадал его подчиненный, готов на свой риск выделить одного из самых опытных солдат, который возглавит команду по поимке сбежавшего. Спорить было бесполезно.

Когда собирали команду, барин снова отличился, согнав чуть ли ни всех крепостных мужского пола попадавшихся ему под руку. Но и здесь офицер резонно заметил, что такую облаву нужно было устраивать сразу же после побега. Теперь же прошло довольно много времени, беглец ушел достаточно далеко. Собранный хозяином поместья сброд совершенно не организован и слишком многочисленен. Эти обстоятельства будут только задерживать погоню, что только сыграет на руку сбежавшему разбойнику. По предложению офицера были набраны три команды, по пять человек в каждой. Для более успешного поиска каждую команду сопровождали собаки. После того, как офицер назначил старших, погоня двинулась в путь. Лесной массив в округе достаточно обширный и густой, поэтому на след беглеца наткнулись только через час с начала поисков. Удалось это сделать отряду, шедшему под предводительством солдата-ветерана. Собаки, обнаружив след сбежавшего кузнеца, хрипя от давивших шею поводков, дружно бросились в погоню. Солдат приказал собак с поводков не спускать, дабы не потерять их в лесу.

– Шевелись, растяпы! – подгонял крестьян бравый вояка,– или хотите до зимы ноги топтать?

Действительно, работа предстояла хлопотная.

А в это время Афанасий Быков отдыхал, сидя на пеньке и был почти уверен, что сумел уйти от возможной погони. Он долго петлял по лесу, пару раз переходил попадавшиеся на пути ручьи, путал следы. Однако внутреннее чутье подсказывало ему, что просто так его не оставят и все неприятности еще впереди.

Все началось пять лет назад. Именно тогда тридцатилетний бобыль, деревенский кузнец Афанасий Быков встретил и по настоящему полюбил крепостную девушку, прислуживавшую в барском доме. Девушка ответила взаимностью. В одну из встреч молодые сговорились пожениться. Афанасий собирался пойти с прошением к барину, но злая судьба распорядилась иначе. На невесту кузнеца стал заглядываться любимый племянник барина. Это была одиозная личность, известная своим распутным образом жизни, пьяными выходками и жестоким обращением с крепостными. Жаловаться было бесполезно, барин предпочитал не обращать внимания на «шалости» единственного сына умершей в прошлом году младшей сестры. Как-то этот негодяй, находясь в приличном подпитии, встретил девушку возле амбара. Схватив ее за руку, несмотря на отчаянное сопротивление своей жертвы, он затащил ее в сарай и попытался изнасиловать. Несчастная стала звать на помощь, однако это не входило в планы насильника. Он зажал ее рот ладонью и, навалившись всем телом, продолжал держать, пока она не перестала сопротивляться. Когда же негодяй убрал руку, то в страхе обнаружил, что девушка уже не дышит. Племянник барина решил скрыть случайное убийство, закопав тело тут же в амбаре, но на его несчастье, все произошедшее видел дворовый мальчишка. В ужасе он выскочил из амбара и, никем не замеченный, бросился бежать, куда глаза глядят. Повернув за угол амбара, он буквально врезался в огромную фигуру Афанасия Быкова. Кузнец приезжал в усадьбу по вызову управляющего и собирался, прежде чем уехать, повидать свою возлюбленную. Однако застать ее живой, ему уже было не суждено.