Чтение онлайн

212 Schremmer . p. cit.,p. 595.

213 A. ., . ., С . Р ., Angleterre, 108,f° 28.

214 The Complete

English Tradesman.

L., 1745, II, p. 332, 335.

215 Voyage en Angleterre,f° 29.

ЛАВКИ ЗАВОЕВЫВАЮТ МИР

Но самым существенным, с нашей точки зрения, было то, что лавки торговцев всех категорий завоевывали, «пожирали» города, и все города, а вскоре даже и деревни, где с XVII в. и особенно в XVIII в. обосновывались неопытные мелочные торговцы, хозяева постоялых дворов низшего разряда и кабатчики. Эти последние, мелкомасштабные ростовщики, но также «организаторы коллективных увеселений», существовали во французских деревнях еще в XIX и XXвв. В деревенский кабак шли «играть, побеседовать, выпить и поразвлечься... там договаривались кредитор с должником, торговец — с клиентом, заключались сделки и арендные договоры». Чуть ли не постоялый двор для бедняков! По отношению к церкви кабак был другим полюсом деревни 210.

Тысячи свидетельств говорят об этом быстром росте лавок. В XVII в. размах их создания напоминал наводнение, потоп. Лопе де Вега в 1606 г. мог сказать о Мадриде, ставшем столицей: «Все превратилось в лавки» (Todo se ha vuelto tien`aas)2". Лавка (tienda)к тому же становится одним из излюбленных мест действия плутовских романов. В Баварии купцы сделались «столь же многочисленны, как булочники»212. В 1673 г. в Лондоне французский посол, выставленный из своего дома, который хотели снести, «дабы на том месте возвести новые строения», тщетно пытался найти жилье, «чему бы вы вряд ли поверили,— пишет он,— в таком большом городе, как этот... Но, поелику с того времени, что я пребываю здесь,большая часть больших домов была снесена и заменена на лавки и небольшие жилища торговцев, то имеется зело немного домов для найма», и по непомерным ценам213. По словам Даниэля Дефо, это разрастание числа лавок сделалось «чудовищным» (monstruously) :в 1663 г. в огромном городе было еще всего только 50 или 60 лавочников (mercers),а в конце века их было 300 или 400. Роскошные лавки переделывались тогда с большими затратами и усиленно покрывались зеркалами, украшались позолоченными колоннами, бронзовыми канделябрами и бра, которые славный Дефо считал экстравагантными. Но французский путешественник в 1728 г. пришел в восторг перед первыми же витринами. «Чего у нас во Франции обычно нет,— замечает он,— так это стекла, каковое, как правило, очень красиво и очень прозрачно. Лавки окружены им, и обыкновенно позади него выкладывают товар, что оберегает его от пыли, делает доступным для обозрения прохожими и придает лавкам красивый вид со всех сторон» 215. В то же самое время лавки продвигались к западу, следуя за ростом города и миграцией богачей. Их излюбленной улицей долго была Патер Ностер-роу, затем в один прекрасный день Патер Ностер опустела, уступив место Ковент-гардену, которая сохраняла ведущую

==56

> Battifol L. Op. cit.,p. 25—26.

217 См. первый том

настоящей работы

(изд. 1967 г.), с. 193—194.

2" Sombart W. Op. cit.,Il, S. 465 ; M'emoires

de la baronne

d'Oberkirch.1970, p. 348, note 1, p. 534.

219 Franklin A. Op. cit.,passim, p. 20, 40.

220 Мальтийский архив, 6405, начало XVIII в.

221 Say J.-B. De l'Angleterre et des Anglais.1815, p. 23.

222 Это обследование следует еще провести. Вот некоторые его вехи. В Вальядолиде в 1570 г. было на 40 тыс. жителей 1870 лавок ремесленников и торговцев, иными словами, в общем одна лавка на 20 жителей (Bennassar В. Valladolid au si`ecle d'or.1967, p. 168). В Риме в 1622 г.— такое же соотношение: 5578 лавок на 114 тыс. жителей (Delumeau J. Vie 'economique et sociale de Rome dans la seconde moiti'e du XVIe si`ecle.1957— 1959, I, p. 377, 379). Для Венеции см.: Beltrami D. 5(or(·a d'elia popolazione di Venezia dalle fine del secol XVI alla caduta d'elia Republica.1954, p. 219, а для Сиены см. перечень всех ремесел города в 1762 г. (A. d. S. Siena, Archivio Spannochi В 59). По поводу Гренобля в 1723 г. см.: Esmonin E. 'Etudes sur la France des XVIIe et XVIIIe si`ecles.1964, p. 461, note 80.

роль на протяжении всего десяти лет. Затем популярность перейдет к Ладгейт-хиллу, а еще позднее лавки будут тесниться возле Раунд-корт, Фенчерч-стрит или Хаундсдич. Но все города жили под одним знаком. Множилось число лавок в них, они покушались на улицы, выкладывая свои товары, мигрировали из одного квартала в другой 216. Посмотрите, как распространяются кафе по Парижу 2 7, как набережные Сены, с [открытым там] магазином «Пти Дюнкерк», который ослепил своим блеском Вольтера 218, вытесняют галерею Пале-Руаяля, торговая суматоха которой во времена Корнеля была в городе главным зрелищем 219. Даже малыегородские поселения переживали аналогичные перемены. Так было на Мальте, где с начала XVII в. в тесном новом городе Ла-Валлетта «лавки торговцев и мелких розничных торгашей столь умножились, что ни один из них не может полностью обеспечить себе средства к существованию,— говорится в обстоятельном докладе.— И вот они обречены воровать либо быстро обанкротиться. У них никогда не было бойкой торговли, и прискорбно видеть столько молодых людей, проедающих либо едва лишь полученное приданое своей жены, либо наследство своих родителей — и все сие ради занятия для домоседа и настоящего бездельника (ипа occupatione sedentaria et cosi poltrona)»220. Тот же самый добродетельный информатор возмущается тем, что в домах мальтийцев увеличивалось тогда число золотых и серебряных вещей — «бесполезный и мертвый» капитал; что мужчины, женщины и дети заурядного происхождения рядятся в тонкие сукна, кружевные накидки и, что еще более возмутительно, шлюхи (putane)прогуливаются в каретах, разодетые в шелка. По крайней мере, добавляет он без малейшего юмора, коль скоро на сей счет имеется запрет, пусть их обложат налогом ("un tanto al mese per dritto d'abiti")\Поскольку все

1 относительно, не было ли это уже своего рода зачатком «общества

\потребления»?

i Но наблюдались и градации. Когда в 1815 г. Ж.-Б. Сэ вновь увидел Лондон примерно через 20 лет (первое его посещение относилось к 1796 г.), он пришел в изумление: диковинные лавки предлагали свой товар со скидкой в цене, повсюду были шарлатаны и рекламные плакаты — одни «неподвижные», другие «передвигающиеся», «которые пешеходы могут прочесть, не теряя ни минуты». В Лондоне только что были изобретены «люди-сандвичи»

ПРИЧИНЫ ПОДЪЕМА

Говоря нашим сегодняшним языком, мы заключили бы, что повсюду наблюдались необычный рост распределения, ускорение обмена (другим подтверждением этого были рынки и ярмарки), триумф (наряду с постоянной торговлей в лавках и расширением услуг) третичного[обслуживающего] сектора,который отнюдь не был безразличен для общего развития экономики.

Этот подъем можно было бы проиллюстрировать многочисленными цифрами, если бы было рассчитано соотношение между численностью населения и числом лавок , или же процентное соотношение лавок ремесленников и лавок торговцев, или же

==57

" Sombart W. Op. cit.,II, S. 454.

224 Wirtschafts- und Sozialgeschichte zentraleurop"aischer St"adte in neuerer Zeit.1963, S. 183 sq. В Базеле с XVI по конец XVIII в. численность лавочников и розничных торговцев выросла на 40%, численность же всех ремесленников сохранялась прежней или обнаруживала тенденцию к снижению.

225 Я обязан Клоду Ларкье посмертным инвентарным списком имущества лавки одного торговца водкой (aguardientero) с[мадридской] Пласа Майор. Archive de los Protocoles, № 10598, f372—516, 1667.

226 Зондажи Мориса

Эймара: для 1548 г.

см. Tribunale del

Real Patrimonio 137, Livelli f" 3561

для 1584 г.: Ibid.

Privilegiati, f° 8.

Пужадизм —

мелкобуржуазное

право националистическое

движение

профашистского

характера во Франции

во второй половине

50-х годов XXв., возглавленное владельцем

книжного магазина

П. Пужадом.— Прим.

перев.

227 Москва, АВПР,35/6, 390, 84, Лондон, 7 марта 1788 г.

221 Soboul A. Les

Sans-Culottes parisiens

en l'an II,passim и,в частности, с. 163, 267, 443, 445. (См.: Собуль А. Парижские санкюлоты во время якобинской диктатуры.М., 1966.)

229 A. N., F12, 724.

230 Pedoue F. Le Bourgeois poli.1631.

231 Смит А .

Исследование

о природе и причинах

богатства народов.М.-Л-, 1935, I, с. 16.

средний размер и средний доход лавки. Вернер Зомбарт отметил свидетельство Юстуса Мозера, хорошего историка и несколько мрачного наблюдателя, который в 1774 г. констатировал по поводу города Оснабрюка, что «за столетие число лавочников определенно утроилось, тогда как ремесленников стало меньше вдвое»223. Историк Ганс Мауэрсберг недавно констатировал аналогичные факты, на сей раз — с цифрами, касающимися ряда крупных немецких городов 24. Обращаясь наудачу к нескольким зондажам (по инвентарным спискам имущества умерших), проделанным один в Мадриде времен Филиппа IV , а остальные два — в лавках каталанских и генуэзских перекупщиков на Сицилии в XVII в.226, обнаруживаешь бедные лавчонки, жалкие, жившие под вечной угрозой, после ликвидации которых остаются преимущественно долги. В этом крохотном мирке банкротство — привычное дело. Возникает даже впечатление — это только впечатление,— что в XVIII в. было бы все налицо для активного «пужадизма» *, если бы мелкие торговцы имели тогда возможность не стесняться в выражениях своих чувств. В Лондоне, когда правительство Фокса попыталось в 1788 г. обложить их налогом, ему пришлось живо дать задний ход перед «всеобщим недовольством, [которое этот акт вызвал] среди народа» 227. Но если лавочники —это не народ (вполне очевидная истина!), то при случае они·приводят его в движение. В Париже 1793 и 1794 гг. санкюлоты в значительной своей части рекрутировались среди этого полупролетариата мелких лавочников 2 . Это побуждает поверить одному на первый взгляд несколько пристрастному докладу, автор которого утверждал, будто к 1790 г. в Париже на краю банкротства находилось 20 тыс. розничных торговцев 229.