Чтение онлайн

– Я не могу устоять, – говорит Аид. – Хотя я обрекаю этим нас обоих.

Он до сих пор с этим борется? Я не буду давить на него больше, чем уже давлю. Я сделала свой выбор – и прояснила его.

Проходит напряженная минута тишины. Аид не поднимает головы, но его руки медленно сжимаются, когда он притягивает меня к себе. Его тело достаточно горячее, чтобы согреть воду вокруг нас. Я перетекаю к нему, а он одним дразнящим, ищущим движением проводит ладонью вниз по моему животу.

Легчайшее, самое бесящее из всех касаний заставляет меня всю дрожать.

Я откидываю голову ему на плечо и ахаю; его эмоции молнией проходят сквозь меня.

Это почти сносит мне крышу, но есть что-то еще. Его власть надо мной.

Эмоции настигают, мне их не удержать, но они делают происходящее только ярче.

Снова, и снова, и – о боги! – снова он меня дразнит. Пока дыхание не застревает в горле. Пока я не поднимаю руки и не завожу их назад, обнимая его за шею, сцепляя нас вместе.

Я ожидала, что все будет быстро и жестко. Но нежно и дразняще – боги, я уже рассыпаюсь на части.

Его свободная рука проходит вверх по моим ребрам и горячит прикосновениями.

А потом я чувствую его касания дальше, они разогревают меня, испытывают – и я не могла бы сдержать стон, даже если бы этого хотела. Но я и не хочу.

Он останавливается, мучая меня.

– Продолжай, – требую я. Даже хнычу. Вот что он со мной делает.

Я чувствую его улыбку, а потом Аид прижимается к основанию моей шеи в сладком поцелуе, как бы заявляя свои права. Это ощущается как клеймо. Он помечает меня как свою. Это не тот поцелуй благословения на моих губах. Тут дело не в защите.

– Есть тысяча причин, почему мы не должны… я не должен… – шепчет Аид, и хриплый голос наждаком проходится по моим чувствам. – Но я желаю тебя, Лайра. Я уже давно тебя желаю…

Он судорожно выдыхает, сдерживая силу и желание. Полный целеустремленный контроль.

Он дразнит меня, пуская дрожь по моему телу.

– Я желаю тебя так, как горят звезды. – Еще одно мучительное прикосновение, но меня куда больше заводят его слова. – Я желаю тебя так, как собирается буря над горами, только чтобы разразиться со всей яростью.

Он гладит меня так, что всю кожу покрывают мурашки. Но именно его слова сворачиваются вокруг моего сердца и заставляют его биться быстрее. И понимание, что он хочет меня так – меня, что всю жизнь была невидимой и нежеланной, – заставляет меня дрожать.

Томиться по нему.

Его губы движутся к точке за моим ухом.

– Я желаю тебя так, как первые смертные, что обрели приятие друг в друге и… взалкали.

В последнем слове звучат томные нотки, полные обещания, и они захватывают меня целиком, так, что я хочу слышать этот звук до конца своей короткой смертной жизни.

– Хорошо, – вздыхаю я под его мучительными касаниями, а потом завожу руку за спину, между нами, и упиваюсь тем, как он стонет, прижавшись губами к моей коже. – Тогда мы желаем друг друга одинаково.

Я никогда не прикасалась ни к кому так, но все же это настолько… естественно.

То, как его тело деревенеет перед тем, как он стонет, заставляет меня удовлетворенно улыбнуться.

– А теперь я хочу… чтобы ты перестал сдерживаться.

Аид застывает. Я слышу его резкое дыхание, пока он прижимается ко мне грудью. Он все еще сражается за контроль. А потом:

– Я не хочу причинить тебе вред. Если я потеряю контроль…

Я сжимаю его крепче и упиваюсь стоном.

– Я хочу, чтобы ты сломал меня.

– Чтоб тебя, Лайра…

Он внезапно выскальзывает из моей хватки и убирает руки, и я едва успеваю почувствовать, как падает сердце, думая, что на этом все, но Аид хватает меня за бедра, с таким нетерпением, что пальцы впиваются в кожу, и разворачивает лицом к себе, и я резко и судорожно вдыхаю при виде его глаз. Расплавленное, жидкое серебро.

От этого зрелища у меня екает сердце, жар и еще что-то, наполняющиеся светом, эти прекрасные глаза – о преисподние, да все его существо! – заставляют всю меня воспламениться.

Мне остается один удар сердца, чтобы впитать все это, пока Аид не завладевает моими губами в поцелуе, который превращается в лесной пожар от первой искры, проскочившей между губами.

Меня поглощает нетерпение – в общем-то, нас обоих, – и его руки повсюду, ласкают всю меня. Беспощадно дразня, заставляя меня постанывать.

И с каждым новым открытием, с ощущением его ладоней на мне и его под моими руками наши движения становятся все лихорадочнее. Если у нас есть лишь то немногое, что он может дать, что мы оба можем дать, то я заберу все, что могу, и предложу ему все в ответ.

Но вскоре мою беспокойную энергию становится нельзя утишить только руками и поцелуями.

Я хочу большего.

– Аид, – выдыхаю я со стоном, обвивая руками его шею, практически заползая на него и обхватывая ногами его талию.

Я ахаю, когда он внезапно вытаскивает меня из воды и сажает на каменный карниз. Инстинкт заставляет меня кинуть взгляд через плечо. Если падать отсюда – то вечно, отвесно и насмерть. Я цепляюсь за руки Аида, у меня сводит желудок, но когда я вновь смотрю в лицо бога, то шумно выдыхаю, широко раскрыв глаза, и сердце мое бьется лишь быстрее при виде выражения удовлетворения на этом лице.

И еще один заряд его эмоций с треском проносится сквозь меня.

Восхищение.

– Я так и знал, – выдыхает он. – Опасность заставляет тебя бороться, делает живой, облекает ощущения в пламя.

«Потому что ты видишь меня».

Думаю, он всегда видел меня настоящую. Из-за того что он бог – или бог смерти – или просто такова суть Аида. Он меня видит.

Точно так же, как я вижу его.

Он поднимает руки и накрывает ладонью мой затылок, тянется губами к моим губам, как будто моя реакция лишь подстегнула его желание. Этот поцелуй жесткий, требовательный. Он покусывает мою нижнюю губу и ласкает ее языком, а потом отстраняется. И я постанываю ему в рот и пытаюсь снова сползти вниз, к нему.