Чтение онлайн

Разве он не видит? Если я не сделаю этого, то возненавижу себя.

– Аид. – Я произношу его имя тихо, и его спина напрягается еще сильнее, как будто он готов сорваться. – Пожалуйста. Я должна.

– Твою мать, – бормочет он. Упирает руки в бока, опускает голову, его плечи поднимаются и опадают. – Ладно. Я поговорю с ними.

Когда ты можешь потерять все, ты начинаешь придумывать всякую хрень, из-за которой тебя покарают.

Этим мы и займемся сегодня вечером. В любую минуту, так-то.

«Мойры, прошу, будьте на нашей стороне, и пусть все получится».

Мы должны быть очень осторожны в своих действиях, чтобы избежать нарушения Аидом правила «Не вмешиваться». И по моей просьбе Аид приводит… гостей… в свой дом. Харон чуть на задницу не шлепнулся, когда Аид ему сказал. Как они смогут войти в Нижний мир и выйти из него без метки, похожей на ту, что Аид дал мне, я не знаю – и не спрашиваю. Но для всех остальных это вечеринка для поборников из разряда «ура, мне стало лучше, давайте наверстаем все, что я пропустила».

Учитывая размеры местного дома Аида, можно подумать, что развлекуха здесь бывает часто. Особняк – это мягко сказано. Замок – уже ближе. Консилиум лечащих меня призраков-врачей настоятельно рекомендует мне гулять, так что я занялась исследованиями.

На данный момент я уверена, что исходила только пятьдесят процентов территории и внесла в список минимум тринадцать спален, две столовые: одну формальную и одну неформальную, под стеклянной крышей. Еще тут есть сауна, массажная, библиотека, куда Аид перенес меня после смерти Буна (и она заставит покраснеть библиотеку сказочного Чудовища), три отдельных жилых помещения в этих стенах и по крайней мере еще три за их пределами: одно на крыше, где я нахожусь сейчас, одно у бассейна и одно в саду, от которого у меня захватило дух. Две кухни внутри: одна для личного пользования Аида и одна большая для местных слуг – и еще одна снаружи. Крытый бассейн и спортзал, пруд под открытым небом, а еще там же бассейн, или, точнее, ряд бассейнов, объединенных в роскошный пейзаж, бурлящий и разнообразный: с мостами, гротами и один даже с пляжными домиками на островах.

Отдыхай, Олимп.

Дом Аида в Нижнем мире буквально кричит об этом.

Когда остальные поборники явятся, их ждет сюрприз. Я почти улыбаюсь, представляя их реакцию. Пышность и роскошь одновременно и бросаются в глаза, и исполнены тонкого вкуса. Как и в пентхаусе, вокруг царит эклектика. Смесь стилей со всего мира.

Но есть и различие – ощущение, что здесь живут. Комнаты и декор не выглядят неприкосновенными, неудобными или показушными. Все помещения здесь… уютные. Мне хочется забраться в каждый уголок и просто наслаждаться: читать, дремать, смотреть телевизор, планировать грабеж.

Аид со мной в каждой из моих фантазий. Я не могу остановить их.

Я жду в жилой зоне на крыше. Отсюда открывается вид на триста шестьдесят градусов: на гору, на которой построен дом, и на земли за этими неземными холмами, полями и реками, над которыми потолок пещеры воздвигнут так высоко, что вполне может считаться небом. Здесь есть что-то типа дня и ночи, в подражание Верхнему миру, но цвета тут ярче. Особенно ночью.

Я вздыхаю, впитывая в себя это зрелище – возможно, в последний раз.

Завтра мы возвращаемся на Олимп во имя одиннадцатого Подвига. Аид выиграл нам время. Даймоны помогли, вернувшись, чтобы осмотреть меня, и согласились, что с последними испытаниями нужно подождать ради участия всех оставшихся в живых поборников.

Аид не сказал мне больше ничего о трех Подвигах, которые я пропустила, несмотря на то что я досаждала ему безостановочно, – плохой знак: мне не понравится то, что я услышу, но это не важно. Я все равно узнаю обо всем сегодня вечером.

Легкий ветерок ерошит мне волосы и ласкает кожу.

В Нижнем мире бывает ветерок. Я представляла себе жгучий ветер, несущийся над горящими полями, – но не здесь, в Эребе, Земле теней. Здесь ветерок прохладен и идеален.

На мне надето не что-нибудь, а сарафан веселого желтого цвета. Я понятия не имею, откуда Аид знает, что я всегда такой хотела. Заложники носят функциональную одежду или такую, чтобы слиться с окружением, когда мы на работе, но нам нельзя оставлять ее себе. И я по-любому никогда не доходила до такого уровня.

Я оглядываю аллеи, стоя у ограждения, и вздыхаю, потому что могла бы оставаться тут вечно и не скучать ни по какому иному месту. Но, возможно, тут дело в боге, который зовет это место домом.

Я чувствую Аида, прежде чем слышу или вижу, как он подходит ко мне. Не его эмоции. Я не ощущала их уже несколько дней, которые он выбил для меня, чтобы я отдыхала и восстанавливалась.

Но теперь между нами появилось напряжение.

Как будто тонкая проволока натянута между ним и мной, и если мы подойдем слишком близко, то искры пробегут по этой проволоке, и мы оба рискуем обжечься. Так что ходим друг рядом с другом очень осторожно.

Мы не соприкасаемся.

Не кидаем взгляды и тем более не пялимся.

Не находимся в одной комнате дольше нескольких минут.

Не пробиваем невидимые стены личного пространства, воздвигшиеся вокруг нас, как стеклянные пузыри.

Мы не намекаем. Не дразнимся. Не искушаем.

И благодаря всем этим неписаным заповедям, начинающимся на «не»… я, мать вашу, тлею от нереализованных желаний.

– Ты все еще намерена это осуществить? – спрашивает Аид.

С тех пор как я перестала постоянно спать, все наши обсуждения сосредоточены на стратегии. На том, как победить в Тигле.

– Да. – Ради Буна. Ради меня. И ради Аида.

– Лайра! – Мы поворачиваемся на крик Майке и видим, как она, Зэй, Триника и Амир поднимаются по лестнице, ведущей на крышу.

Мне не нужно смотреть, ведь я уже чувствую, что Аид исчез. Ему нельзя быть здесь, с поборниками. Ни с одним из них. Не для того, что я задумала.

Майке спешно подбегает ко мне и заключает меня в объятья.

– Хвала богам, – говорит она. – Мы думали… – Она морщится, отстраняясь.

– Хвала Аиду, ведь именно благодаря ему я до сих пор жива.

Она оглядывается вокруг, как будто сейчас найдет его тут.

Зэй уже присоединился к нам и тоже обнимает меня.

– Мы не знали, что с тобой случилось.

– Я сейчас расскажу.

Триника не подходит, опасливо озираясь. Амир стоит рядом с ней. Не то чтобы я участвовала в большинстве из тех Подвигов, на время которых эти двое официально стали нашими союзниками.

– Я рада, что вы вчетвером были друг у друга, пока меня не было, – говорю я.

– Мы скучали, – говорит Амир с мальчишеской улыбкой.