Чтение онлайн

– Твоему покровителю следовало подумать об этом до того, как искать… лазейки, – говорит Артемида.

Потом двойняшки произносят в унисон:

– Подвиги начнутся… сейчас.

И в следующую секунду боги и богини исчезают. Дверь распахивается, и там стоит золото-серебряная дева-сатир со свитком в руках. Я мало что вижу за ее спиной – только комнату, где еще больше белого мрамора и много света, но в остальном она кажется пустой.

– Первый, – говорит дева-сатир. – Зэй Аридам.

Зэй не двигается сразу. Вместо этого он смотрит на Риму. Как и мы все.

Она – поборница Аполлона. Почему бог солнца не посылает ее первой, чтобы дать фору перед всеми? Рима смотрит на нас в ответ, словно сова, и я не могу сказать, удивлена она или нет. В любом случае расстроенной она не выглядит.

Зэй глубоко вздыхает, смотрит на нас с Майке и кивает, а потом заходит в комнату, и за ним закрывается дверь. Через две минуты… он снова выходит. Недобрый знак.

– Нив Бушар, – выкликает дева-сатир.

Тем временем Зэй пристраивается в углу вместе со мной и Майке.

– Там арфа, – говорит он. – Ничего не делает, просто стоит. Но она довольно гротескная.

– Гротескная? – переспрашивает Майке.

Зэй кивает:

– Я не хотел подходить слишком близко.

Ладно…

– Но кроме нее – ничего. Я прощупал западную и южную стену везде, где смог дотянуться, чтобы найти потайной рычаг, кнопку или даже дверь, но у меня кончилось время.

Дверь открывается, выходит пышущая злостью Нив и направляется прямо к Дексу, Дэ и Риме. Не к Сэмюэлу.

Я, сузив глаза, смотрю на Декса, который внимательно слушает Нив.

– Майке Бессер, – зовет дева-сатир.

Мы с Зэем ждем. Через две минуты возвращается и Майке.

Следующая – Триника.

Майке спешит к нам.

– Я прощупала две другие стены. Ничего.

– Видимо, я проверю пол. – Оба кивают. – Зэй, в твоей книге ничего нет?

Он качает головой:

– Я уже пробовал.

Майке придвигается ближе и понижает голос:

– У меня есть зеркало Ариадны, второй дар от Диониса. Оно должно показывать, куда идти. Может, оно откроет мне выход. – Она на миг умолкает и морщит лоб. – Надо было им воспользоваться в первую попытку. Простите. Я думала только о том, как проверить то, что не успел Зэй.

Мне очень хочется похлопать ее по руке только за то, что она с нами этим поделилась. Хотя была не обязана.

– Арфа там стоит не просто так. – Я оглядываюсь вокруг. – Может, нужно что-то, связанное с музыкой?

– В следующий раз я попробую сыграть на арфе, – говорит Зэй.

А потом мы ждем. Можно подумать, что две минуты на каждого – это недолго, но кажется иначе.

Когда Декс выходит после своей попытки, его лицо искажено раздражением. Я не могу удержаться:

– Похоже, дар предвидения не настолько полезен, как ты думал.

Декс вздрагивает.

Нив сжимает губы за его спиной.

– Ты не сказал своим союзникам, но сказал ей? – Она обвиняюще тычет пальцем в мою сторону.

На лице Декса появляется грозное выражение.

– Каким хреном ты об этом узнала? – спрашивает он меня.

Я даже не тружусь спрятать усмешку:

– Я не знала. Наверняка. Но теперь знаю.

Он шагает в мою сторону, сжимая кулаки.

– Тронешь ее – будешь иметь дело со мной, – говорит Сэмюэл. Он не двигается, не повышает голос, но Декс останавливается как вкопанный. Я была права. Они потеряли союзника в его лице во время последнего Подвига. Не знаю, что послужило причиной, но я рада, что теперь он мне не враг.

Я киваю Сэмюэлу. Пусть он был с Дексом и остальными на начало прошлого испытания, но теперь мы квиты.

Через минуту видимой борьбы с гневом Декс, топая, отходит к своим союзникам. Ротация поборников в этом Подвиге возобновляется. Я, естественно, самая последняя. Аполлон мог хотя бы в середину меня сунуть для разнообразия.

Войдя в комнату, я первым делом закатываю рукав и пробуждаю татуировки Аида. Отсылаю лиса обнюхивать комнату, а тарантула – лазать по стенам в поисках возможного выхода, пока сама простукиваю полы.

Мои две минуты заканчиваются быстро, татуировки возвращаются на место, и я выхожу ни с чем. Дальше к арфе идет Зэй. Проходит не более десяти секунд, как раздается громкий вскрик, и мы все резко переводим взгляды на дверь.

Внутри меня разливается разочарование, когда Зэй выходит. А остальные тихо улыбаются про себя.

Мы снова кучкуемся.

– Проклятая арфа меня укусила, – шепчет Зэй. Согнувшись так, чтобы другие не видели, он показывает нам руку с отпечатками зубов по обеим сторонам ладони. Человеческих зубов.

– Укусила чем? – спрашиваю я.

– Эта штука… – Он корчит гримасу. – Она сделана из частей тел людей: основа из грудины, а струны, кажется, из волос. Когда я дернул за одну, на короне арфы отросли зубы, и она бросилась на меня. Кажется, целилась в горло.

Он был прав тогда. Насчет гротеска.

Снова наступает очередь Майке, но зеркало ничего ей не показывает. Никто дальше не добивается успеха, и, когда мы идем на третий круг, в комнате ожидания накапливается все больше и больше тихого отчаяния.

Нас ведь не убьют, если никто не найдет ответа. Верно?

Даже Зэй не предлагает новых идей – как и его книга с ответами. По крайней мере, бесимся не только мы. Мне кажется, Декс может лопнуть в любую секунду.

– Лайра Керес, – зовет дева-сатир.

Для меня это четвертый круг. Я захожу в комнату и в этот раз не смотрю, а закрываю глаза и пытаюсь успокоить сердце, чтобы сосредоточиться.

Сперва я даже не замечаю, что что-то делаю, но когда понимаю, что напеваю, то раздается негромкий звучок, и я чувствую, как вокруг моей головы, груди и руки обвиваются ленты.