Чтение онлайн

Несмотря на быстрый рост империи Миттала и вхождение Ispat в десятку крупнейших мировых металлургических компаний, мировой бизнес-бомонд не стремился признавать его себе равным. Американские газеты писали о нем лишь как об «удачливом предпринимателе третьего мира», что Лакшми Миттала обижало. Может быть, именно потому с середины 1990-х гг. его стало заносить на откровенные авантюры, цель у которых была одна: стать самой большой сталелитейной компанией в мире.

Ровно 10 лет назад, прогнозируя одновременное появление на рынке множества недооцененных активов на захлестнувшей весь мир волне приватизации металлургической отрасли, Лакшми Миттал создает структуру «на вырост». На нидерландских Малых Антильских островах (офшорной зоне) он учреждает, принадлежащее только ему, частное предприятие LNM Group. (Что означает всего-навсего «Группа Лакшми Нивас Миттала».) И сразу, там же, регистрирует от нее 100-процентную «дочку» — LNM Holdings N. V. как площадку для парковки активов, купленных в других странах. Штаб-квартиры обеих организаций располагаются в Лондоне и Амстердаме, компании пиарятся как «англо-голландские», хотя вся прибыль оседает в офшоре, и в странах размещения штаб-квартир налоги с них не платятся. В обеих структурах Лакшми Миттал — председатель правления и президент.

В 1996 г. Лакшми Миттал за символический один ирландский фунт ($1,5) покупает убыточную государственную компанию Irish Steel, в которую были объединены при национализации все металлургические производства острова. Правда, приватизация была обременена принятием на себя долговых обязательств компании — 80 млн. фунтов и запретом в течение пяти лет сокращать персонал. После покупки Комиссия ЕС добавила еще и свои требования: не менее 10 % продукции продавать за пределами объединенной Европы, при полном запрете расширять производство. Тут ему пришлось туго: ни рабочих сократить, ни зарплату урезать, ни объемы увеличить, ни индусов в руководство протащить. Единственное удовольствие, которое получил Миттал от этого приобретения — это переименование компании в Irish Ispat Ltd.

Неудача, конечно, но уж больно хотелось индийскому магнату, перебравшемуся к тому времени на жительство из Сурабаи в Лондон, чтобы признали его бывшие колонизаторы «сахибом» или, по крайней мере, считали «за своего». После неудачи с попыткой купить контрольное участие в приватизируемой British Steel он в 1994 г. перерегистрировал в Лондоне свою индонезийскую компанию, чтобы иметь право называться британским предпринимателем. А когда и это не помогло, купил убыточный металлургический заводик в Кенте, который содержит за счет прибыли LNM Group.

Конечно, не мытьем, так катаньем, команда менеджеров-марвари в Irish Ispat появилась и местные кадры существенно потеснила. Удалось договориться с поставщиками лома — не продавать его за рубеж, а сдавать на местные заводы. Личные связи в Азии, где в бывших британских колониях сохранился дюймовый стандарт, худо-бедно наладили сбыт. Только вот прибыли, к которой уже привык Лакшми Миттал, Ирландия ему не обеспечила, надолго превратившись в постоянную «головную боль» и, что самое главное, двери в «высший свет» Лондона не открыла.

В 2001 г. Irish Ispat Ltd. инициировала ликвидацию завода в Хаулбовлине, и, по слухам, Миттал хочет найти покупателя на всю компанию, и, если это не удастся, то ликвидировать ее всю.

Вторая авантюра, годом раньше, неожиданно принесла коммерческий успех. Правительство Казахстана банкротило Карагандинский металлургический комбинат «Кармет» и искало инвестора, который бы поддержал предприятие хотя бы в рабочем состоянии, не допуская социального взрыва в г. Темиртау, где комбинат — предприятие градообразующее. Люди Миттала тогда рыскали по Казахстану в поисках дешевого коксующегося угля и «неожиданно набрели на предложение о покупке» комбината мощностью в 5 млн. тонн. Тут же перезвонили Лакшми Митталу о таком предложении, а «тот взял и сразу согласился». Сделка была оформлена в рекордные сроки — две недели. Цена вопроса составила $450 млн. Плюс обязательство содержать город. От обязательств по долгам комбината правительство Казахстана Миттала освободило. Такова официальная легенда. Но в 2002 г., в период «Стальгейта», ВВС обнародовала информацию о том, что структуры Миттала заплатили комиссионное вознаграждение в размере $100 млн, чтобы получить комбинат в Темиртау. В прямом эфире Йоханес Ситтард, бывший сотрудник империи Миттала, утверждал, что эти комиссионные были выплачены группе Kazakhstan Mineral Risers за посредничество с правительством Казахстана. Но это было уже потом, и никаких последствий данное разоблачение не имело.

Тринидадский сценарий был проведен в полном объеме, но с большей жесткостью. Предприятие переименовывается в Ispat Karmet Jsc., 25 индусов во главе с генеральным директором Ispat Mexicana Маллаем Мукхерджи десантировались в Темиртау, местный менеджмент вышвырнут на улицу, 10 тысяч рабочих уволено, средняя зарплата — $200. Город (гостиницы, рестораны, электросети, водопровод. и даже трамвай) оказался в собственности компании. Все при полной поддержке президента Назарбаева, с которым Лакшми Миттал регулярно встречается

Вместе с комбинатом под контроль Ispat Karmet попали 15 близлежащих угольных шахт с зарегистрированными запасами угля в 1,7 млрд тонн, что позволило не зависеть от поставщиков кокса. Уровень производства достиг 3,6 млн. тонн. 95 % продукции экспортируется в Китай, Россию, Узбекистан и Иран.

Необходимо отметить, что производство в Темиртау — единственное, которое Миттал не стал реорганизовывать в мини-заводы Он даже сохранил там доменное производство. Ispat Karmet полностью выламывается из модернизационной технологической политики Миттала, однако, несмотря на то, что до ближайшего морского порта (Актау, Каспийское море) более 1000 км, Karmet стал в группе Миттала основным генератором прибыли, В империи Миттала Ispat Karmet занимает 12 % всего производства группы и 7 % ВВП Казахстана и является, по словам самого Миттала, «жемчужиной в короне империи группы компаний LNM».

В 1997 г. все заводы группы Ispat произвели более 10,5 млн. тонн стали и заняли в мировом рейтинге металлургических компаний 10-е место. Кроме того, Ispat — единственная металлургическая ТНК, заводы которой расположены на трех континентах. Обеспечивая независимость ее снабжения и сбыта, Миттал приобретает пять огромных кораблей под панамским флагом. В названии каждого корабля обязательно есть слово Ispat, но все равно «серьезные дяди» говорили об Ispat, лишь как о «ТНК третьего мира».

К миллениуму Лакшми Миттал подошел с решимостью: во что бы то ни стало войти в элиту мирового бизнеса. Для этого он 7 августа 1997 г. вышел с акциями объединенной компании Ispat International N.V. общей суммой $776 млн, на Нью-Йоркскую и Амстердамскую фондовые биржи, оставив за собой контрольный пакет, зарегистрированный на LNM Group. Председателем правления и президентом компании, естественно, стал сам Лакшми Миттал.

Мечтая о полноправном личном присутствии в рынке развитых западных экономик, с их жестким корпоративным правом и хорошей юридической защитой миноритарных акционеров, Лакшми Миттал решил не рисковать. Он разделил между LNM Holdings и Ispat International все свои активы по принципу: западные стандарты — в Ispat International, все, что в них не вписывается — в LNM Holdings.

Лакшми Миттал мог быть вполне счастлив и тем, что уже было создано, но без присутствия на американском рынке его компании не хватало вертикально интегрированной законченности. Кроме того, ему, производящему в основном полуфабрикаты и строительный прокат, очень хотелось внедриться в самый дорогостоящий рынок стальной продукции — рынок листовой автомобильной стали. И не просто войти в этот рынок, а пробиться в нем на самую закрытую площадку — США.

Кто ищет, то всегда найдет, или его найдут. В 1997 г. Венесуэла объявила тендер на приватизацию металлургической компании Sidor. Лакшми Миттал сам приехал в Каракас, чтобы провести переговоры с государственными чиновниками, но те уперлись и снижать цену компании ($2,3 млрд) не желали. В итоге, Миттал отказался участвовать в тендере, но коридоры венесуэльской власти свели его с бизнесменом из Чикаго Робером Дарналлом, генеральным директором четвертой в Штатах сталелитейной компании Inland Steel. Дарнаплу исполнилось 60 лет, и он уже подумывал об уходе на покой. Эта встреча вылилась в присоединение Inland Steel Inc. к Ispat International N.V. в 1978 г., которое обошлось Митталу в $1,44 млрд, но принесло намного больше «нематериальных дивидендов». Эта сделка сразу же вывела империю Миттала с 10-го на 5-е место «мировой табели о рангах». Робер Дарналл проработал в объединенной компании еще два года и в 2000 г. отошел от дел. Наверное, он считает, что не прогадал: в 1997 г. в США было 30 банкротств металлургических фирм. Но именно партнерство с этим известным и уважаемым в западном истеблишменте бизнесменом и ввело Миттала в «когорту избранных», обеспечив постоянное присутствие в колонках «светской хроники».