Чтение онлайн

Нам становятся известными привычки человека, его друзья, связи, биография, родственники, мы узнаём, что он любит пить, какие книги любить читать… Что же касается Диня, то у нас пока остаётся много невыясненных вопросов.

— Что касается его происхождения, то оно мне хороню известно, — сказал Нго Динь Дьем.

— Возможно, — согласился Лэнсдейл.

— Я тщательно проверил его, — продолжал Нго. — А вы запрашивали о нём французскую разведку?

— Да, запрашивали.

— Ну и что они сообщают?

— Вы что же, не знаете разведчиков? Любой из них занят своим делом и действует в секрете от других и, разумеется, не может как следует знать другого разведчика. Правда, наши люди докладывают, что французская разведка доверяет Диню. Но у нас остаётся много неясных моментов: где его семья, как он оказался во Франции?

— А вы не можете связаться непосредственно с руководством французской разведки? Как-никак они наши союзники.

Лэнсдейл и Колин громко засмеялись.

— У разведчиков не бывает союзников, — пояснил Лэнсдейл. — Союзники — это тоже агенты, за ними тоже необходимо наблюдать, и иногда не меньше, чем за противником. Мы внедряем своих людей во французскую разведку, а французы внедряют своих людей в нашу. Они могут многое рассказать о коммунистах, но расспрашивать их об агентах лучше не пытаться. Это ни к чему хорошему не приведёт.

— А что сообщил Фан Cyaн Фонг о работе Фан Тхук Дни я после возвращения во Вьетнам? — спросил Нго Динь Дьем.

— По возвращении во Вьетнам Фан Тхук Динь находится под наблюдением Фам Суан Фонга, — ответил Лэнсдейл. — На самолёте, во время полёта из Сайгона в Хюэ, он спросил у стюардессы номер телефона «Эр Франс», а во время пребывания в Хюэ несколько раз звонил по телефону «триста семьдесят семь». Мы проверили этот номер. Абонента зовут Репе Казань. Он заведующий отделением «Эр Франс» в Хюэ, тайный агент французской разведки. Нам не удалось записать содержание разговоров Фан Тхук Диня с этим господином. Находясь в Сайгоне, Динь часто посещал дансинги «Арк-ан-Сьель» и «Американский уголок»…

— Во время пребывания в Хюэ, — сообщил Нго Динь Дьем, улыбаясь, — Динь выполнял одно очень важное поручение, о котором Фан Суан Фонг ничего не знал.

— Какое поручение? — удивился Лэнсдейл. — Мы ни о каком поручении не знаем.

— По моему заданию Динь изучал обстановку в этом городе, и, что самое главное, он установил связь с Ле May Тханем.

— Да, да. И что же Ле May Тхань сообщил вам? — спросил Лэнсдейл, положив руки на спинку кресла. — Насколько я понимаю, этот парень был одним из руководителей партии Великий Вьетнам. Затем он перешёл в зону, контролируемую Вьетконгом, с тем чтобы, перекрасившись в красный цвет, подрывать коммунистический режим изнутри.

— Откуда вам это известно?

— Извините, вы направили Диня для установления связи с Ле May Тханем. Мы тоже направили человека для связи с профессором и одновременно для выяснения характера отношений между Ле May Тханем и Фан Тхук Динем. Похоже, что Тхань завербован коммунистами и они ему полностью доверяют.

— Ваш человек ошибся, — медленно произнёс Нго Динь Дьем. — Он увидел только внешнюю сторону фактом. Ле May Тхань — опытнейший разведчик. Он пробыл в зоне Вьетминя несколько лет и вскоре намерен возвратиться. Коммунисты неотступно следят за ним. Но ему удаётся обводить их вокруг пальца. Он готовит им большой сюрприз. У нас с Тханем уже давно установлен пароль, при помощи которого мы поддерживаем связь друг с другом через наших агентов. Тхань — мой доверенный человек, он предан национальным идеалам и никогда не отступит ОТ дела, которому служит. Он имеет огромный опыт в борьбе с коммунистами. Я уже получил от него первый доклад. И большую помощь в этом деле оказал мне Фан Тхук Динь.

— Хорошо, — сказал Колин, решив несколько ослабить напряжённость разговора. — Как бы там ни было, но мы считаем преждевременным назначать Фан Тхук Диня на какой-либо официальный пост в правительстве. Мы несём ответственность перед президентом Эйзенхауэром и госсекретарём Даллесом за оказание вам, господин Нго Динь Дьем, помощи в осуществлении разработанного плана. Итак, помимо вашего советника Нго Динь Ню и вашего личного секретаря Хо Хая вы можете взять себе ещё одного человека в качестве помощника. Им будет Чан Ким Туен. На него будет возложена ответственность за анализ общественно-политической обстановки.

— Господа, я, кажется, кое-что придумал, — сказал Лэнсдейл, прохаживаясь из угла в угол. — Мы используем Фан Тхук Диня для других целей. У нас есть хорошая возможность проверить его. В то же время он окажет нам большую услугу. Динь тесно связан с французской разведкой. Он наверняка отлично знает эту организацию. Я думаю, господин Нго Динь Дьем, вам следует поручить ему вскрыть сеть французской разведки во Вьетнаме и передать нам полный список агентов этой сети. Французы на протяжении многих лет готовили этих людей, создали хорошую организацию, и было бы грешно не использован, эти возможности, Я думаю, мы найдём применение этим людям. Ну а тех, кто откажется работать с нами, мы устраним. Мы должны полностью очистить эту землю от какого бы то ни было постороннего влияния.

— Окей! — согласился Колин. — Меня устраивает ваше соображение, господин полковник. Если Фан Тхук Динь проявит себя, зарекомендует, тогда, я думаю, будет не поздно предложить ему какой-нибудь официальный ноет. Как вы считаете, господин Нго Динь Дьем?

Нго Динь Дьем ещё раз просмотрел лежавший перед ним список.

— Мне нравится ваша мысль, господа, — сказал он. — Я просил бы вас только как можно быстрее уладить дела с французами, с тем чтобы я скорее приступил к исполнению обязанностей. Если мы затянем с решением данного вопроса, то обстановка может повернуться в неблагоприятную для нас сторону.

— Не волнуйтесь, — успокоил его Колин. — Считайте, что с французами мы уже договорились.

— С этого часа на нас ложится огромная ответственность, — торжественно произнёс Лэнсдейл.

7 июля 1954 года под давлением американцев французы согласились распустить правительство Быу Лока. Нго Динь Дьему было поручено сформировать новое проамериканское марионеточное правительство. В этом правительстве все ключевые посты заняли родственники Нго Динь Дьема и люди из ближайшего окружения этой семьи.

В Сайгонском морском порту шум и оживление. Шныряют катера французского экспедиционного корпуса. Медленно передвигаются торговые суда. К пирсам пришвартовались корабли американского военно-морского флота. На многих судах — доставленные с севера вьетнамцы, насильно эвакуированные в зону, контролируемую французами. Большинство из них католики Фатзьема, Садоая, Буйтю. На их лицах усталость, беспокойство. Они бросили всё — дом, землю, семью и, слепо следуя призывам американской пропаганды, развернувшей мощную психологическую кампанию, поехали на юг, не зная, ради чего они бросают родные места и что их ждёт завтра. Многие старики и дети, не выдержав изнурительного перехода, погибли в пути.

Каждый раз, когда судно пришвартовывалось к пирсу, перед тем как пассажиры выходили на берег, команда выносила несколько носилок с тяжелобольными или умершими в пути. В эти минуты на палубе раздавался плач родных и близких. Пассажиры тащили на плечах скарб, нажитый не одним семейным поколением. Здесь же, как правило, находилось несколько американцев, с ухмылкой наблюдавших за трагедией тысяч людей.

Из громкоговорителей, установленных на пристани, время от времени неслась одна и та же фраза: «Внимание, соотечественники! При выходе на берег не забудьте получить талон. Каждый человек может получить по нему сто пиастров. Их вам дарят наши американские союзники». На пирсе крутились американские журналисты. Они снимали на киноплёнку сцену получения американских подарков.