Чтение онлайн

В какой-то момент дверь палаты открылась, и вошла медсестра.

— У нас есть новости, — сказала она тихо.

Я поднялась с кровати, сердце колотилось в груди.

— Как они? Что с ними? — спросила я, стараясь сдерживать слёзы.

— Операция младшему сыну запланирована на утро, — сказала медсестра. — Но у нас недостаточно донорской крови. Мы просим вас сдать кровь, если вы согласны. Для старшего мальчика она тоже нужна.

— Конечно, я согласна, — ответила я без раздумий. — Делайте всё, что нужно.

Медсестра кивнула и ушла, оставив меня в одиночестве. Я знала, что должна сделать всё возможное, чтобы помочь своим детям. Моё сердце было полным страха, но я не могла позволить себе сдаться.

Весь остаток ночи я не спала. Мысли о предстоящей операции и возможном донорстве почки не давали мне покоя. Я молилась, чтобы врачи смогли спасти Мишу и Сашу, чтобы они выжили и вернулись ко мне.

Я достала сотовый, задержала дыхание, а потом набрала номер гостиницы Ахмада.

— Соедините меня, пожалуйста, с номером Ахмада ибн Бея.

— Как вас представить? Кто ему звонит?

— Аллаена!

Я сидела на краю больничной койки, сердце бешено колотилось в груди. В голове роились тысячи мыслей, и я не могла унять дрожь в руках. В палате царила напряжённая тишина, где-то ходили люди, разговаривали, доносился шум издалека на ресепшене. Я знала, что Ахмад вот-вот войдёт, и пыталась собраться с мыслями.

Дверь тихо открылась, и я услышала его шаги. Он вошёл в палату, и наши взгляды встретились. В его глазах читалась смесь тревоги и дикого удивления. Он выглядел усталым, но по-прежнему сильным и решительным. Я заметила, как его взгляд прошёлся по комнате, останавливаясь на моей фигуре.

— Вика, — сказал он тихо, его голос прозвучал хрипло. — как ты? Ты цела?

Он сделал несколько шагов ко мне и наклонился над постелью. Хватая меня за лицо, внимательно всматриваясь в него.

— Я да…дети…дети пострадали.

— Как пострадали? Как вы попали в эту аварию…куда ты ехала с детьми?

А потом вдруг его лицо каменеет и он смотрит мне в глаза, сжимая челюсти и сдавливая пальцами мой подбородок.

— Бежала от меня? Снова!

— Это не важно…не важно Ахмад…Важно другое. Я хочу сказать тебе. Сейчас. До того как начну просить, умолять. Миша…младший. Это твой сын. Слышишь, Ахмад? Миша твой сын!

Его глаза расширились от удивления, и я увидела, как его лицо побледнело. Он открыл рот, но не смог сразу ответить. Тишина между нами стала невыносимой.

— Что? — наконец произнёс он, его голос был полон недоверия и шока. — Ты… ты скрывала это от меня всё это время?

Я кивнула, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

— Да, — прошептала я. — Я боялась. Боялась твоей реакции, боялась, что ты отберёшь его у меня. Но сейчас… сейчас я не могу больше молчать. Мише нужна помощь.

Ахмад стоял неподвижно, его взгляд сверкал и прожигал меня насквозь, пробивал во мне кровавую дыру. Я видела, как он борется с собой, пытаясь осознать услышанное. И сама вся тряслась не зная, что он скажет.

— Почему ты не сказала мне раньше? — спросил он, его голос дрожал от эмоций. — Почему ты решила это скрыть?

— Я не знала, что делать, — ответила я, чувствуя, как каждое слово даётся с трудом. — Я боялась, что ты заберёшь его, что я потеряю его. Но сейчас, когда его жизнь в опасности, я не могу больше скрывать правду. Помоги ему, Ахмад, прошу тебя, умоляю.

Ахмад закрыл глаза, и я видела, как его руки трясутся. Как заострились черты лица, и кожа стала бледной до синевы. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться.

— Ты понимаешь, что говоришь? — спросил он, открывая глаза и глядя на меня с невыносимой болью и гневом. — Ты скрывала от меня моего собственного сына! ОПЯТЬ! Ты это сделала снова…если верить, что то был мой сын! Ты снова сбежала с моим ребенком! Понимаешь?

— Я понимаю, — ответила я, чувствуя, как слёзы снова начинают течь. — Но, Ахмад, я сделала это из страха. Страха потерять его. Сейчас я прошу тебя помочь нам. Пожалуйста, Мише нужна пересадка почки, и я не подхожу как донор.

Его лицо исказилось от боли и гнева, но я видела, как внутри него что-то меняется. Он боролся с собой, с теми чувствами, которые переполняли его.

— Ты просишь меня спасти его, — сказал он тихо, его голос охрип я едва узнавала его. — Но ты не понимаешь, что я тоже чувствую. Я… я не знаю, как это принять. Снова ложь…снова какие-то откровения. Снова просьбы. У меня сраное дежавю!

— Ахмад, я знаю, что это трудно, — сказала я, стараясь удержать его взгляд. — Но, пожалуйста, ради Миши. Он твой сын, и ему нужна твоя помощь.

Мы смотрели друг на друга, и я видела, как в его глазах вспыхивают разные эмоции. Гнев, боль, непонимание. Но также и что-то другое…я пока не понимала, что именно. Он был в шоке, он смотрел на меня и я видела в его глазах глубокое отчаяние.

— Пожалуйста…времени так мало. Сдай анализ на совместимость, умоляю.

— Хорошо, — наконец сказал он, его голос звучал твёрдо. — Я сделаю все что смогу ради моего сына! А ты…рассказывай! И не лги! Не смей мне больше лгать! Хватит!

Я понимала, что сейчас наступил момент истины, и должна была объяснить всё, что произошло.

— Ахмад, — начала я, стараясь говорить как можно спокойнее, хотя внутри всё дрожало. — Когда я узнала, что беременна, я была в ужасе. Тогда я уже уехала, я жила здесь одна, ты выгнал меня, ты отказался от меня. Я была растеряна и не знала, что делать.

— От тебя да! Но не от нашего сына!

Ахмад нахмурился, его глаза сверкнули от вспыхнувших эмоций.

— А ты решила скрыть это от меня? — спросил он, его голос был полон тоски и разочарования. — Ты не думала, что я имею право знать?

Я сглотнула, чувствуя, как слёзы подступают к глазам, как обжигают склеры.

— Я боялась, Ахмад, — продолжила я, голос дрожал. — Я боялась, что ты заберёшь ребёнка. Я не знала, как ты отреагируешь, и не хотела потерять его. Я решила начать новую жизнь.

Ахмад посмотрел на меня с болью с такой болью, что я задохнулась.

— Ты думала, что я такой монстр? — его голос стал громче. — Что я просто заберу ребёнка и оставлю тебя ни с чем?

— Нет, не знаю…не знаю, что я думала… — прошептала я, чувствуя, как слёзы текут по щекам. — Я была испугана и одинока. Я не хотела рисковать. А потом, когда Миша родился, я ещё больше боялась. Он был таким маленьким и беззащитным. Я не могла представить, что кто-то может отнять его у меня.