Чтение онлайн

– Ваш начальник штаба представляет ценность ? Гудериан только кивнул. Девушка затащила в комнату бесчувственное тело и бросила на пол. – ЗИМА – забери оружие у генерала, может тебе понравится ? Девушка подошла, вытащила пистолет из кобуры. – У меня такой уже есть – буркнула она. – Но не самого командующего 2й танковой группой Хайнца Гудериана. – Это он ? – бросила девушка заинтересованный взгляд на генерала.

– Он самый – улыбнулся командир. Улыбнулась и девушка – товарищ Сталин будет доволен… В комнату двое заволокли еще одно бесчувственное тело: начальник шифровального отдела – со злорадством заметил он. Этот неумеха немного даст русским. За ними вошли еще двое волоча тело, при взгляде на которое злорадство Гудериана испарилось, как снег под жарким солнцем – это был самый талантливый из его шифровального отдела – настолько талантливый, что Гудериану стоило больших трудов удержать его у себя. Наконец двое занесли тяжелый мешок. "Энигма" - грустно вздохнул про себя Генерал. Зашли еще двое:

– Всех зачистили ? – Всех командир. – Этот нам не нужен – сказал командир указав на начальника шифр отдела. Девушка выстрелила из своего пистолета в лежащее тело. Грохота выстрела Гудериан не услышал – только хлопок. – Они убили всех ! – ужаснулся Гудериан. Это была его последняя мысль перед тем, как он потерял сознание. Он не видел, как бойцы подхватили под руки генерала, начштаба, молодого шифровальщика, а остальные подхватили их. Мгновение – и в комнате остался лишь лежащий на полу без памяти адъютант…

Глава пятнадцатая

… а у Спецназа руки длиннее…

(продолжение)

Сдали пленных охране и прыгнули снова в бой. По большому счету захват Гудериана ничего не решал, по крайней мере в начале операции. Командиры получили приказ, направление и цель, а как они добьются решения поставленной задачи – их дело. Генералитет до таких мелочей не опускался, в отличие от нашего. У нас каждый, кому не лень норовил влезть, поучить, особенно если это безопасно для их здоровья… Что в Красной Армии, что в Советской было наибольшее количество генералов на сотню солдат во всем мире. Меня в юности восхищала картина: Жуков о окопе, в генеральской форме и фуражке у пулемета, рядом пулеметчик - а Жуков смотрит в даль, в бинокль, на вражеские окопы. Идиотизм – понял я позднее, да и Жуков идиот, если позволил печатать такой снимок. В реальности, он бы уже валялся на дне окопа с прострелянной башкой. И что он может увидеть из окопа – уровень информации для ротного ? Даже комбат глядя на панораму будущего боя, старается увеличить обзор… А мне сам бог велел расширить обзор аж на четыре поля боя ! С четырех до шести трудился как проклятый – расставлял технику на места. Доверил Морозовой работать с ноутбуком – дал ей разрешение. Вроде бы и полегче, но расставить такую массу техники даже вдвоем ?!. Спасали ворота, но с ними не везде сунешься. У Хиславичей зона ответственности другого командарма, поэтому пришлось нажать на комдива авторитетом, арестовать комиссара (это уже стало входить в привычку) на территории дивизии, где я решил расположить технику с охраной. Группа Михася оборудовала под медицинский эвакуатор с поля боя четыре "Тигра" 5го уровня защиты: на трех лежачих в кузове; стрелок у пулемета "Корд", спаренного с гранатометом АГС "Пламя"; врач в кабине и медсестра в кузове с медицинскими причиндалами. Взял с собой на операцию врачей Волкову, Кудрявцеву, врача из предпоследней группы пленных – Елену Маркову, срочно по этому поводу вылеченную до абсолютного здоровья. Устроила скандал Голубева, оставшаяся у отца:

– Хочу на поле боя в качестве медсестры - пришлось уступить… Ольга осталась равнодушной к тому, что я ее не взял – промолчала и все. Все были удивлены, хотя вида не показали… Главный подарок – совместное производство Михася и Артема – две отлаженные системы обнаружения летящих самолетов, смонтированные на подьемниках ISUZU. Вместо площадок для монтеров - площадка с локаторами дальнего обнаружения на сорок километров, подобно тем, что стоят на истребителях – перехватчиках. Подьемник поднимает локаторы на высоту 25 метров. Окрашенные в маскировочный цвет среди крон деревьев они были совсем незаметны…

В 6.00 сквозь предрассветную дымку и легкий серый туман стало заметно начавшееся шевеление в немецком расположении. Пока еще неспешно, фигурки стали собираться в местах сосредоточения, подтягиваться к бронетранспортерам, занимать свои места. Танкисты занимали свои, артиллеристы – свои. Приказа прогревать моторы не было – незачем обнаруживать себя звуками работающих моторов – прогрев начнется с первыми разрывами бомб. Тридцать минут вполне достаточно, чтобы прогреть мотор и подтянуться на линию атаки – не зима на дворе…И невдомек было немецким солдатам и офицерам, что в небе над ними, на 2х километровой высоте парили, раскинув пятиметровые крылья, две наблюдательные птички – творения так ненавидимых ими евреев. Прекрасная оптика, замечательная картинка. В режиме Он-лайн, то есть в реальном времени, на боевые планшеты командиров выводились расположения целей. Поправок делать не требовалось – цели были на месте; но вот когда все начнется – тогда возможны и поправки… В 6.30 когда первые бомбы должны были начать падать на русские головы они и упали – только не на русские…

При распределении ответственных за успешное выполнение задачи по уничтожению намеченных целей – сосредоточенных в четырех местах скоплений противника вышла небольшая неувязка: майор Одинцов обиделся на то, что я поставил командиром ударной группы на направлении Хиславичи старшего лейтенанта Морозову, а ему определил уничтожение только 7 пехотной, 10 моторизованной дивизии и 3 танковой дивизии под Лобковичами. Пришлось обьяснить.

– Ты помнишь Василину ? – Такую до конца жизни не забудешь ! – Так вот она кое-что из своего умения передала Морозовой. А под Хиславичами есть база снабжения войск вермахта. Ты можешь перебрасывать грузовики с базы и обратно с захваченными трофеями ? Нет. А она сможет… - Мама - роди меня девочкой ! – воскликнул Сергей. – Не поможет – сказала молчавшая Екатерина. – У вас тогда на уме будут одни мужчины ! – под дружный хохот сидевших закончила она.

– Мама, не надо девочкой – пусть уж лучше будет так. И так хорошо получилось – гордо окинул он взглядом смеявшихся. – Конечно – согласилась Катя – не командир а кобель. Просто заглядение ! Теперь сидящие не смеялись - хохотали во все горло… - А тебе майор вместо того, чтобы обижаться, придется очень сильно напрячь извилины – твой участок самый сложный. – У вас есть что напрягать товарищ майор ? – невинным голосом поинтересовалась Морозова. Я хлопнул ладонью по столу:

– Хватит ! У нас здесь не цирк… - ОДИН – у тебя будет меньше техники и людей, а задача труднейшая – две дивизии – одна танковая и одна пехотная ! Все. На Хиславичах – ЗИМА, ПТИЦА и БИБА. Старшая – ЗИМА. 7ой армейский корпус и 13я дивизия. На Мстиславле – Я, ЗВЕРЬ и САМ. 24ый армейский корпус и 4я танковая дивизии. На Лобковичах – Пехотная, моторизованная и танковая дивизии. ОДИН и ГЕРД. Старший – Один. На Кричеве – ЗЯМА, АКИМ и новый командир – капитан Савичев - СОВА. 24й танковый корпус: две танковые, мото -ризованная дивизии. Старший – ЗЯМА. Задействуем всех стажеров – у каждого ком.роты по два взвода стажеров. Стажеры в бою не участвуют – только в критических случаях. Их задача – охрана зенитной техники, сбор трофеев и пленных. На складах – погрузка добытого непосильным трудом. За нами пойдет пехота местных - они должны получить только то, что мы им дадим – пусть помнят щедрость Спецназа ! Все продумать и просчитать. Если не хватает бойцов – разрешаю поставить на охрану зенитных установок новичков… Каждая группа получит по 2 дивизиона РСЗО – 12 "Градов", 8 "Ураганов2, 8 "Смерчей"; по две роты Т-55 АМ; БМП-3 по 2 роты; СУ-100 по две роты; самоходные орудия "Гвоздика" 122мм и "Акация" 152мм по две роты; 32 120мм возимых миномета – 4 дивизиона х 2 батареи х 4 орудия; 82мм минометы "Василек" в каждое отделение; самоходное орудие-миномет "Нона СВК" 120мм 2 роты х 2 взвода х 4 машины. Три группы, кроме ОДИНА получат по роте СУ-122-54 – у них больше пехотных дивизий, так что самоходки там нужнее, а СССР выпустило их всего 77 штук. Кроме этого эти группы получат ТОЗ-АА "Буратино" - реактивные 24 ствольные 122мм огнеметы стреляющие ракетами с воспламеняющимися смесями на 6 километров – как раз для пехоты. Проверим доктрину американской армии: меньше народу – слово технике ! Я решил попробовать их тактику потому, что подразделение Спецназа насчитывало активных бойцов всего по три взвода у каждого командира и стажеров два. Получалось – 27 взводов, или 9 рот бойцов (778 бойцов и командиров) и еще стажеры, которые в бой не пойдут… Да плюс еще два моих отделения… И это на 10 пехотных дивизий и 4 танковых ! То, что в них половина состава «ветераны», еще четверть новобранцы; что дивизии заполнены максимум на 70% - все это мало утешает при сравнении количества: их и нашего. Значит придется брать качеством и техникой !

Шесть часов тридцать минут. Все: сидящие в танках, орудийные расчеты, расположившиеся у орудий, водители Ганомагов и самоходок "Штука", офицеры и пехотинцы непроизвольно вскинули головы вверх, напрягая слух – где же птенцы Геринга, несущие смерть врагам ?! И они услышали. В последний раз ! Нарастающий свист, рев, грохот и на замерших в ожидании обрушилась та, которую они ждали. Но не для себя ! Смерти же все равно кто: ждали – получите ! Стальные 300мм сигары "Смерчей" обрушились с неба на скопления живой силы и техники. При подлете к земле, словно головки чертополоха, боеголовки лопались, выбрасывая из себя губительные семена смерти – 72 осколочно-фугасные гранаты, или самонаводящиеся противотанковые элементы. Они рвали в клочья тела, прошивали броню танков и бронетранспортеров, на излете куроча тела, разрывая плоть, отрывая и части человеческого тела и части машин. Чудовищные взрывы 80ти килограммовых боеголовок срывали башни с танков, словно шляпы с голов, отшвыривали, переворачивая по несколько раз, Ганомаги с солдатами и заполненные грузовики. Горящее топливо с танков и бензовозов растекалось как река в половодье, сжигая все, к чему прикасалось: людей, технику, боеприпасы. Ухали взрывающиеся в боеукладке снаряды, принося новые разрушения, трещали очередями раскалившиеся патроны, внося новую сумятицу в уже развернувшуюся панику. Но все когда то кончается. Кончился и этот обстрел. Сквозь клубы дыма стали проглядывать клочки чистого неба. Ошарашенные, потрясенные, потерявшие рассудок люди - еще несколько минут назад бывшие непобедимыми солдатами доблестного Вермахта, превратились в неуправляемое стадо… Только орднунг: немецкий порядок – великая сила. Пришедшие в себя первыми офицеры, фельдфебели и унтер офицеры потихоньку стали собирать солдат, приводить их в подчинение. А небо тем временем очищалось от дыма, чтобы глаза возмездия увидели новые цели. И они не замедлили прибыть… 122мм реактивные снаряды "Градов" - это не "Смерчи", но сейчас они были важнее… Осколочно-фугасные, напалмовые, зажигательные боеголовки прорезали небо, врывались в столбы дыма и обрушивались на еще не пришедшего в себя врага. И это было страшнее прежнего разрушения – это был Армагеддон, обещанный библией за грехи человеческие. Грехи немецких солдат… Снова вокруг все горело, взрывалось, свистело, принося смерть, разрушения, боль и страдания… "Грады" не били одиночными – они били залпами, накрывая сразу большие площади - скрыться от них не было никакой возможности. Отгремели залпы и в образовавшейся тишине был слышен треск пламени, скрежет раскаленного железа, крики боли и стоны; крики и стоны... Только нет для врага передышки – новая смерть пришла с неба – имя ей "Ураганы"… Перезарядка 12 ствольного «Смерча» - 35 минут. 16 ствольного "Урагана" - 25 минут, 40 ствольного "Града" - 10 минут. Я поставил очередность: "Смерч", "Град", "Ураган", "Град". Затем такая же серия по второму эшелону войск противника. Две батареи – 8 установок обрабатывали противника, затем их сменяли другие 8 установок… Первые удары наносились по танкам и позициям артиллерии, затем пехоте. И так на всех четырех участках операции.

С началом ракетного удара выдвинувшиеся с скрытых позиций позади наших окопов ударили прямой наводкой 122мм и 100мм самоходки СУ 122-54 и СУ - 100. Позиции противотанковых пушек, доты с пулеметными расчетами, командные пункты и пункты наблюдения, узлы связи – все подверглось артиллерийскому огню. Да не стрельбой по площадям: один-два выстрела и взлетает в воздух пулеметный дот. Еще выстрел – разбегается расчет перевернутой противотанковой пушки… Выкатившиеся самоходки "Нона СВК" ударили 120мм минами по укрывшимся в блиндажах немцам. К ним подключились возимые 120мм минометы. По окопам противника ударили 82мм минометы «Василек». БМП-3 стали расстреливать открытые пулеметные гнезда в окопах. ПТ-76 расстреливали из своих 76мм пушек все, что шевельнулось, выскочило из окопа, или в подлеске – огонь по любому движению… Снаряды еще рвались на позициях врага, а самоходки медленно, но неумолимо двинулись вперед на вражеские окопы. За ними пошли взводы танков Т-55АМ-83, пристроились ПТ-76,за ними БМП-3, а за ними покатили БТР-50П. Следом не спеша покатили БТР - 60П с прикрепленными парами 120мм возимыми минометами. В каждом БТРе – 2 расчета минометчиков и боекомплекты к минометам. Наблюдатели, контролирующие каждый свой сектор в пределах прямой видимости, по рациям сообщали "своим" о малейших признаках опасности в сфере их контроля. Бывало по команде – слева на 11 часов шевеление в окопе – туда ударяло сразу два, а то и три снаряда. Лучше перебдеть, чем недобдеть… За двести метров до окопов огонь минометчиков стих по команде. Из раскрывшихся люков БМП и БТРов стали выпрыгивать бойцы охраны. Самоходки притормозили, бойцы охраны – по полуотделению на машину, их догнали и распределились по краям, отлеживая возможную опасность. А пулеметчики БТР прикрывали десант. Несколько неприцельных очередей были пресечены быстро и жестко. Подбегая к вражеским окопам свободные группы - каждая в своем секторе действия, бросались к блиндажам и укрытиям. Рывок – граната Ф-1 летит в вытяжную трубу. Взрыв внутри – новый боец заскакивает в окоп и встав в мертвом секторе поражения рвет дверь блиндажа на себя. Новая граната Ф-1 летит внутрь. Дверь захлопывается. Взрыв… И волна наступающих катится дальше… А дальше – гнев Господень: развороченная техника, трупы и стонущие от боли враги. Им – пуля милосердия !

Впереди – в 10 километрах от линии фронта в Хиславичах и в 12 километрах – возле Милославля вовсю идет погрузка продовольствия и боеприпасов на выезжающие из леса 6и и 10и тонные КамАЗы. К складу ГСМ – бензина и моторных масел солидно, неспеша приближаются 30 тонные наливники и 16 тонный заправщик под моторное масло. Один взвод по складу начал свою работу еще до начала работы нашей ракетной группы. Загрузка идет быстро и четко: груженая машина уходит в лес, а оттуда появляется пустая… Развернутая в цепь самоходная группа словно неводом проходит по занятой немцами советской земле вычищая всякую нечисть. А пройти им – до занятого моим подразделением продсклада. Птички сверху отслеживают малейшее движение, наводя огонь на любое скопление людей или боеспособной техники. Следом за десантом идут трофейщики из стажеров, собирающие добровольных пленных, пулеметы, автоматы; отмечающие уцелевшие, ну или не очень пострадавшие, грузовики, Ганомаги, танки… Заберем их себе – в хозяйстве все сгодится !

Я стоял с командармом, комдивом на НП дивизии; наблюдал за четкой, слаженной работой моих бойцов; принимал доклады из остальных трех мест поведения широкомасштабной операции. Доклады были такими, какие я и хотел услышать: сделали то-то, прошли то-то, захватили то-то. Пошли доклады о потерях – легкие… Рванувшие за наступающими медицинские «Тигры» докладывали – ранения легкие, эвакуации не требуется, справляются сами… Я повернулся к потрясенным командирам.

– Ну что товарищ командарм – давайте команду своим на атаку. Атаковать, правда некого, но возможны очаги сопротивления оставшихся в блиндажах и в укрытиях. Команду на атаку на всех четырех позициях. Не забудьте – дальше 10 километров не углубляйтесь – вам еще фронт держать… Голубев отдал приказ на наступление. – Да, Константин Дмитриевич – все, что найдете – ваше - мы свое уже взяли… А птички сверху беспристрастно фиксировали провал наступления и разгром 2й танковой группы Гудериана. Полный разгром… И никто не знал, что три оператора проезжая сквозь разгромленные, искореженные, дымящиеся обломки фиксируют все это на качественное видео: один общую панораму, а двое – справа и слева. Для отчета. Внезапно в рабочий фон докладов ворвался взволнованный голос службы обнаружения: