Чтение онлайн

Такой особый статус тем более удобен, что в 1980-е годы подобные исламские банки были созданы более чем в 23 странах, среди которых Швейцария, Люксембург или Малайзия, не говоря уже об отделениях, существующих в Турции и... на Багамах.

Таким образом, крушение экономической мечты некоторых исламских теоретиков и экономистов о создании универсальной денежной системы, основанной на мифическом золотом динаре, заставила исламскую банковскую систему найти себе новое применение. Исламские банки и вправду сыграют важнейшую роль и продемонстрируют свои исключительные способности не на международном уровне, а во внутренней экономике. Собирая и переводя в твердую валюту деньги, полученные либо от «неформальной» торговли [162] , либо на черном рынке всех стран мусульманского мира и некоторых африканских стран, эти учреждения, действующие скорее как обменные пункты, а не как депозитные банки, в конце концов стали распоряжаться огромными средствами, до сих пор ускользавшими от классической банковской системы.

В числе учреждений, которые делят между собой львиную долю вкладов исламского банковского сектора, три исламских банка недавно привлекли особое внимание своей «внебанковской» деятельностью. Действительно, через посредников или через учреждения, выступающие в роли прикрытия какой-либо исламской организации, они участвуют в финансировании исламских фундаменталистских организаций, зачастую и не подозревая об этом. Банк «Дар Маал Ислами» (ДМИ), филиал Исламской банковской группы Фейсала, зарегистрированный на Багамах 27 июля 1981 г., сегодня временно приостановил свою деятельность. В свое время фетва дала разрешение на учреждение этого банка, и соответствие банковских операций исламским принципам жестко контролировалось двойным и странным административным советом, состоящим наполовину из финансистов, наполовину из священнослужителей. Раньше у этого банка не было конкурентов; он был первым исламским банком, его акционерами были известнейшие политические лидеры, такие как президент Пакистана Зия-уль-Хак, президент Судана Джафар Нимейри и многие саудовские принцы. Общественная подписка позволила собрать 35 миллионов долларов. Начиная с 1982 г. ДМИ и принадлежащие ему инвестиционные общества ворочали на международных финансовых рынках миллиардами, имея начальный капитал в 315 миллионов долларов. Багамский по месту регистрации банк ДМИ имел, однако, представительство в Женеве, в доме № 7 на улице Альп. Это женевское бюро должно было стать как бы мостом ДМИ в западный мир. Действительно, одним из стремлений амбициозных руководителей банка было открытие представительств на Западе и использование банка для распространения ислама по всему миру. Но ДМИ натолкнется на враждебность властей в Европе. Африканский континент, напротив, широко откроет перед ним двери, а такие страны, как Гвинея, даже согласятся пересмотреть свое банковское законодательство, в частности в том, что касается компенсаций по вкладам или кредитных операций, и сделать его совместимым с системой исламских банков, жестко регламентированной шариатскими законами, запрещающими заниматься ростовщичеством. Однако деньги надо зарабатывать, и исламские банки через целую систему сложной регламентации банковских услуг и инвестиций умудряются получать прибыль.

Но этот проект потерпит неудачу... В 1984 году ДМИ объявит о двадцативосьмимиллионных потерях, по сравнению с 7 миллионами прибыли в предыдущем году. Такие потери стали результатом рискованных спекулятивных операций на рынке золота. Но это еще далеко не конец исламских банков. И тем более не пропало у некоторых желание незаметно вовлечь их в финансирование радикального исламизма.

В то же время, когда ДМИ испытывает трудности, появляется еще один исламский банк, «Деллах аль-Барака». Имея капитал в миллион долларов, этот банк возникает как прямой соперник ДМИ, который больше не пользуется доверемя вкладчиков. «Аль-Барака» был основан группой неизвестных деловых лиц арабского происхождения, в его административном совете нет ни одного саудовского принца. Руководя операциями из своего головного оИФСа в Лондоне, банк внедряется в десяток стран: в Судан, в Мавританию, Бахрейн, Тунис и даже в Таиланд и США, в частности, в Техас. В 1990 г. он открывает свое представительство в Алжире. Стремясь укрепиться и в западном мире, «Аль-Барака» проникает туда через посредство доверительных обществ, таких как «Международный холдинг Исламской банковской системы». Под подобной маскировкой «Аль-Барака» добивается успеха там, ДМИ потерпел поражение: в результате он контролирует первый Международный исламский банк (МИБ) в Копенгагене. Этот банк, открытый в 1984 г., быстро станет, благодаря своей осмотрительности (в подражание швейцарским и люксембургским банкам), любимым банком живущих в Европе мусульман. В число прочего» станет банком и для Французского исламского объединения, организации, частично стоявшей у истоков исламского движения Туниса «-Нахда». В 1990 году «Аль-Барака» открыл свои представительства повсюду, где стало необходимо поддерживать отношения с арабской диаспорой: в Джибути, Иоханнесбурге или Шанхае.

Но самым таинственным из исламских банков остается «Аль-Таква». Этот банк настолько незаметен, имея единственное представительство на Багамах, что во многих разведках начали сомневаться в самом его существовании. И тем не менее, «Аль-Таква» действительно существует и действует более чем в 30 странах! Он был создан в 1987 г. в Нассау с капиталом в 50 миллионов долларов, две трети которого были переданы в его распоряжение фундаменталистскими организациями и в частности Кувейтским мусульманским братством «-Ислах». Остальные средства были собраны по открытой подписке. Как и во всех других исламских банках, соответствие банковских операций шариатским законам здесь контролируется религиозным советом и одним членом египетской ассоциации «братьев-мусульман».

Из докладов полиции, в частности египетской, явствует, что «-Таква» неоднократно финансировал исламских кандидатов на муниципальных выборах в Египте и что его основателем и президентом стал Юсуф Нада, весьма богатый египтянин, входящий в Организацию «братьев-мусульман» и руководящий более чем двумя тысячами коммерческих обществ. Вице-президент банка Али Галиб Химмат также известен своей активной исламистской деятельностью; он был одним из духовных руководителей исламской диаспоры Германии и Исламского центра в Мюнхене. Сегодня эти двое считаются... итальянцами, но никто в полиции не заподозрил их в связях с террористическими исламистскими обществами. Кроме резиденции в Нассау, настоящая штаб-квартира банка «Аль-Таква», вероятно, находится в Швейцарии, в городе Кампьоне неподалеку от Лугано.

Наиболее непримиримые руководители фундаменталистов часто пытались использовать банки, цепь которых, проходя через все налоговые райские места планеты, протянулась от Нассау до Пешавара. Они цинично пользуются этим и иногда думают, что банки могут в обход обычных финансовых потоков осуществить быстрое отмывание денег в любой неконвертируемой валюте на обычных рынках! Действительно, значительная часть финансовых средств, идущих на джихад, поступает от преступной или неформальной деятельности. Начиная с 1995 г. международное сотрудничество позволило урезонить руководителей исламских банков: многие переводы сомнительных средств в адрес фундаменталистских движений были таким образом идентифицированы и блокированы. Впрочем, охота спецслужб, включая Интерпол, на Усаму бен Ладена сконцентрировалась именно на этом, сугубо финансовом, аспекте, побудив экспертов к принятию мер, способных осложнить деятельность бывшего саудовца, лишив его средств.

Эксперты в области разведки и борьбы с терроризмом теперь совершенно уверены в том, что фундаменталисты вовсе не намерены ограничиться терактами против американских казарм или посольств, в результате которых погибает несколько сотен жертв. Их следующими мишенями могут стать города и даже целые страны! Такая эскалация целей основывается на обладании новейшими технологиями и на том, что у подрывных организаций есть финансовые возможности покупать эти смертоносные технологии или подкупать тех, кто ими владеет, а уж денег у террористов хватает.

«Приобретать оружие для защиты мусульман — это наш долг. И если правда, что я купил оружие (химическое и ядерное), я благодарю Аллаха, который мне это позволил. И если я стараюсь получить такое оружие, то это — долг. Для мусульман было бы грехом не попытаться завладеть тем оружием, которое могло бы помешать неверным причинить зло мусульманам...»

Это двусмысленное и вызывающее тревогу заявление, какими часто бывают высказывания Усамы бен Ладена, заставило вздрогнуть многие западные правительства.

В сентябре 1998 г. в одном официальном американском документе были выдвинуты предположения о «возможных шагах Усамы бен Ладена с целью получения ядерного оружия». В этом документе — обвинении, выдвинутом против Мандух Махмуда Салема, одного из приближенных Усамы бен Ладена, арестованного в Германии в 1998 г. по подозрению в подготовке диверсии против американского консульства в Гамбурге, утверждается, что существовала прямая связь между Усамой бен Ладеном и Ираном, страной, внесенной США в их отныне знаменитый черный список как государство, поддерживающее террористов. По мнению прокурора штата Нью-Йорк, занимавшегося этим делом, в начале 90-х годов Усама бен Ладен, вероятно, заключил антиамериканский союз с Ираном и Суданом, еще одной страной из черного списка госдепартамента, и разослал по всему миру своих эмиссаров для покупки ядерного оружия.

Из этого восьмистраничного документа, составленного обвинением, следует, что в Хартуме и Тегеране Салем тайно встречался с иранскими официальными лицами, чтобы договориться об организации с их помощью интенсивной военной подготовки боевиков Усамы бен Ладена, возможно, на юге Ливана, в лагерях «Хезболлах» группировки, контролируемой и финансируемой Ираном. Из текста обвинения Салем предстает как исламист, озабоченный тем, чтобы для большей пользы ислама объединить шиитов и суннитов против Соединенных Штатов и Израиля. Салем скорее всего влиятельнйм член и основатель военной организации «Аль-Кайеда» — отделения Братства бен Ладена. По мнению федерального прокурора, Салем входил по крайней мере в два комитета «Аль-Кайеды» — «Меджлис Шура», верховный совет, в чью компетенцию входит давать разрешения на ведение военных действий, и комиссию по фетвом, которая публикует законы и приговоры против американцев. По мнению того прокурора штата Нью Йорк, Салем несет ответственность за многие деяния «Аль-Кайеды» в Афганистане, Малайзии и на Филиппинах. Одно время он обучал новобранцев и руководил в Пакистане центром «Аль-Кайеды» по их приему, прежде всего в его задачу входило доставать передатчики и электронику для изготовления детонаторов. В 1993 г., продолжает обвинение, Салем подписал внутренний меморандум «Аль-Кайеды», в котором ставилась цель приобретения обогащенного урана для изготовления ядерного оружия. Однако прокурор был вынужден признать, что ему неизвестно, до какого этапа в осуществлении этой задачи дошел Салем и приступил ли он вообще к ее исполнению.

По сведениям, полученным от перебежчиков и раскаявшихся афганцев и египтян, у Усамы бен Ладена уже имелось много примитивных ядерных бомб, помещенных в чемоданчики со специальными кодами защиты. Правда это или хитрый обман? Так или иначе, вполне логично предположить, что — это касается любых видов ядерного оружия — для того, чтобы взорвать такое устройство, необходимо пройти несколько уровней защиты, и нет никаких доказательств наличия у террористов всех необходимых для этого ключей. Находятся ли эти чемоданчики в рабочем состоянии (что не установлено достоверно, потому что покупателей, посланных бен Ладеном, могли и обмануть жулики) — террористы смогут узнать только в тот день, когда попытаются их взорвать — со всеми, какие только можно вообразить, последствиями в случае удачи. Тем не менее к этой опасности следует отнестись серьезно.