Чтение онлайн

– Вербуешь сторонников? Хватит у нас биоэнергонов – вот так их раздавать? Ты в курсе, что они махом вознеслись в элиту Планетарного Совета? Два средних биоэнергона – это то же самое, что три высших на столичной планете. А два высших уже дают право на приставку «Ра» к фамилии, притом потомственно, но при передаче их одному наследнику. Они теперь чуть ли не высшими планетарными аристократами будут.

– Ну и хорошо. Вытащили счастливый билет. Пусть рассказывают о чуде! Они ко всему прочему достаточно богаты теперь. По местным меркам. Если честно, они мне оба понравились. Один пройдоха, мошенник и плут, а второй столько лет один хранил для нас сокровище. И не разворовал. Думаю, из них получится отличная пара в решении местных деловых вопросов.

– Да уж, точно. Как ты умудряешься так быстро просчитывать людей? Причем ты это делал и поражал всех до Изначальных и биоэнергонов.

– Ладно. Я к детям! – не стал я реагировать на последние слова Дункана. – Просмотри все по имуществу Наместника. Потом пришли мне свое мнение и оценку. Ну и состояние необходимо оценить. Все, что нужно отремонтировать, ремонтируем по максимуму. Что нужно докупить – докупаем. Решай с Готоном и Га Шихом. До нашего приземления там все должно блестеть, благоухать и соответствовать высшему уровню жизни для всего экипажа. Для деток отдельно присмотрите место размещения со Степаном Валентиновичем. Там должно быть удобно и безопасно. Максимально безопасно, – повторил я, чтобы убедиться, что он понял.

– Есть. Все сделаю, Ваше Императорское Величество. Доложу через пару часов.

Спускались на планету по орбитальным маякам. Я наблюдал за растущей планетой в своем кабинете на экране во всю стену. Вид был красивейшим. Если наша планета была сине-голубой, то эта оказалась нежно-бирюзовой. Материка было всего два, и были они совсем невелики. Примерно, как Африка у нас. Зато было множество островов, больших и маленьких. По справке от БСИС, на Дум-36 всего насчитывалось более одного миллиона островов и почти четыреста тысяч из них были заселены.

На полюсах были видны шапки льдов, а сами материки расположились возле экватора. Средняя температура на материках была 20 градусов по нашей шкале Цельсия, что за множество лет повлияло на цвет кожи местного населения. Он был темно-бронзовый. А еще отличительной чертой местного населения были глаза – они обязательно должны были быть разного цвета. Например, голубыми и черными, зелеными и карими. Волосы у местных были в основном светлыми.

Рассматривая на визоре картинки, я поражался, как они вообще ходят в ветреную погоду, имея такие миниатюрные фигуры. Средний вес взрослого мужчины был 50 килограммов, а женщины – 45. Рост же был в среднем 170 сантиметров. Между тем на меня с экрана смотрели безумно красивые люди. Я не понимал страсти к прозрачным тканям, но вмешиваться в столь откровенную моду не собирался. Просто от мысли, что придется постоянно находиться среди множества чуть прикрытых прозрачными одеждами женщин, да еще и таких красивых, чуть впадал в панику. Но брал себя в руки и повторял, что полосу препятствий и спортзал никто не отменял, тем более что распорядился в этих помещениях организовать стандартную земную гравитацию.

Вот и сейчас, вместо того чтобы рассматривать планету, я думал о пяти или шести дистанциях полосы космодесанта, ведь выкинуть из головы образы нанятой в наш новый дом прислуги по-другому не получалось.

– Вот же ж зараза, – бурчал себе под нос, – вообще не могу себя контролировать. Как завороженный. Нужно срочно завести себе подружку и поскорее, – выдохнул, отжимаясь от пола уже пятидесятый раз.

Приземлились на громадной площадке острова в океане в автоматическом режиме по командам наземной службы. Досматривать нас никто не стал, и, похоже, встречать тоже не торопились. Готон пояснил, что от острова-космопорта до столицы больше 100 километров. Мы могли нанять катер на антигравитационной подушке и за 20 минут добраться до нашего причала в особняке Наместника.

– Ваше Бессмертное Величие адмирал Ра Стислав, – проговорил он, как будто после каждого слова ожидая выстрела в голову, – как только мы прибудем в резиденцию Наместника Императора, в вашем распоряжении будут морские и океанические суда, наземный транспорт, которого больше нет на планете в таком аристократичном исполнении, воздушный транспорт, который по законам Дум-36 разрешен к использованию только высшей знати и прилетающим галактическим дворянам. Весь транспорт, к сожалению, стоит законсервированным и ожидает, когда мы сможем наполнить его пси-энергией. На самой планете теперь редко кто может позволить себе роскошь постоянно пользоваться транспортными средствами на пси-энергии. Сейчас многие даже не понимают, что это такое. Используют энергию распада частиц и электромагнитную. А в глубинке чаще водородную, хоть в столице она запрещена.

– Понятно, Готон. Организовывайте погрузку. Я с детьми направлюсь на платформе по морю или океану. Что здесь? Нас допустят или нужен какой-нибудь пропуск?

– Пропусков не нужно. Наш корабль – первый, за много лет приземлившийся на этой площадке. Здесь даже работников нет. Только несколько смотрителей и роботизированная система навигации.

Через два часа мы неслись на совершенно приличном и удобном корабле с антигравитационной подушкой в 30 сантиметрах от поверхности моря, которое сегодня было как на заказ гладким и прозрачным на сотни метров вглубь. Подводный мир на Дум-36 был просто раем для любителей дайвинга. Водоросли были настолько яркими и разноцветными, что казалось – мы летим над сплошной рукотворной мозаикой.

Резиденция Наместника показалась совсем небольшой. Дункан доложил, что мы расселимся в ней спокойно, но после прибытия эскадры разместить здесь кого-то еще возможности не представлялось. Прислуга, которую нанял Готон, ожидала нас на террасе возле причала. Было их всего 20 человек, и все они оказались коренными жителями. Мужчин наняли 8 для работы водителями наших транспортных средств и садовниками. Говорили они на общеимперском диалекте с легким акцентом, будто слегка картавя.

Встречали, как здесь было положено, на коленях. И у меня это вызвало сразу резкую зубную боль. Особенно разозлило то, что они, упираясь лбами в землю, вытягивали руки вперед и вверх ладонями, показывая, что ничего не держат. Я, кривясь, прошел мимо и попросил Дункана сделать так, чтобы они больше так не падали ниц каждый раз, когда видят меня.

– Расти, у каждого народа, я уж не говорю о цивилизациях, свои законы и устои. На традициях держится самобытность. Давай хотя бы пока не будем ломать правила. Это нужно делать медленно и планомерно, в противном случае вызовем к себе только злость и отторжение.

– Да, понимаю, Дункан. В чужой монастырь со своим уставом не лезут… Но мириться с этим не хочу. Давай так. Соберите завтра весь самый высокий культурный бомонд столицы. Лучших художников, скульпторов, музыкантов, композиторов. Человек 50, не больше. Я хочу сделать им заказы и подружиться. Кроме этого, в резиденции есть театр. Я хочу, чтобы два раза в неделю в нем проходили лучшие местные спектакли с последующим банкетом для приглашенных артистов и гостей. Там же необходимо расположить выставку-вернисаж. Это место, – я обвел его взглядом, – должно стать Меккой для людей искусства. Чуть позже подтянем сюда ученых и начнем строить наш университет. Займемся школами и в последнюю очередь местной элитой и бизнес-средой.

– Принял. Будет сделано, Ваше Императорское Величество, – Дункан хитро улыбнулся. – Я, грешным делом, подумал, что у вас нет плана. – Он еще раз посмотрел вокруг, оценивая объем работы, тряхнул головой, – пойдемте, я покажу вам ваши покои и детские комнаты. Они все выходят окнами на океан, а ваш кабинет, как всегда, имеет выход на самую высокую точку и сегодня будет оборудован всем необходимым.

– Благодарю вас, сэр Дункан, – оценил я заботу друга серьезно и, не выдержав, расхохотался. Дункан мне вторил. Напряжение последних десяти месяцев, как вода, уходило с этим смехом и растворялось в бирюзовом мхе между стыками мозаичной плитки дорожки, ведущей к дому. Моему новому дому!

Дети, видя, как я заливаюсь смехом вместе с Дунканом, подхватили радостную волну: мальчишки начали носиться вокруг меня, смеясь, смешно косолапя ножками и пытаясь подпрыгивать.

Я подхватил Лесю и Валерию на руки. Они с самого начала терпеливо ждали, протянув ручки ко мне, твердя на свой манер: «На ручки»! Ну не мог же я не оправдать их ожиданий? Мы понеслись к дому. Комнаты детей по настоянию их наставника Федора Валентиновича были раздельными и соединялись одним большим игровым залом. Сам Степан выбрал себе комнату, выходившую тоже в игровую. В каждой комнате была своя ванная и гардеробная комнаты, а у Богуша еще и небольшой, но уютный кабинет с оружейным сейфом.