Чтение онлайн

Я обернулся к старику, невольно смягчаясь от его искренней тревоги.

— Твоя преданность достойна уважения, Захар, но поверь, я знаю цену своей жизни не меньше, чем ты. И не стану рисковать ею понапрасну. Скажи лучше, что думаешь насчёт нашей новой спутницы?

— А что тут думать, барин… — старик замялся, почёсывая лысеющий затылок. — Вроде и под простую косит, а только руки у неё не те. Ни мозолей тебе, ни заусениц, белые да холёные. Да и говорит чудно — вроде как нашим языком, а будто книжки читает. Слова выбирает, ровно боится ошибиться. Ну и… — он понизил голос до шёпота, — когда я ей тулуп подавал, она руку так отдёрнула, будто я прокажённый. Не по нраву ей, что холоп к ней прикоснулся. Не простая она, барин, как пить дать не простая.

Стражники, тем временем, обшаривали поляну, и вскоре один окликнул меня, указывая на заросли ежевики. Приблизившись, я увидел в ветвях походный саквояж из потёртой кожи. Подняв его, ощутил тяжесть и характерный звон стекла внутри.

Боец потянул за застёжки, намереваясь изучить содержимое, но я жестом пресёк его порыв:

— Дама имеет право на свои секреты.

Ратник смущённо отдёрнул руки.

Да и магическая аура, исходящая изнутри, намекала — там не пустяки дорожные, а нечто поинтереснее. Артефакты, не иначе.

Могилевский меж тем вернулся с разведки, хмурый, как туча. Доложил сухо:

— Ни машины, ни следов колёс, ни попутчиков живых или мёртвых. Похоже, девица брешет напропалую.

Я невесело хмыкнул. Не то чтобы удивился, слишком уж дырявой казалась история Василисы.

— В путь, — скомандовал отрывисто. — Нечего мешкать.

И сам подал пример, запрыгнув в телегу. Тело скрипнуло, словно ржавые петли, напоминая о своём бедственном состоянии. Увы, Платонов до моего появления явно не уважал физические нагрузки. Кожа да кости, силёнок — кот наплакал.

Нет уж, будем ковать из этого тела острый меч. Магу без тренировки — грош цена в базарный день.

Спрятав саквояж под сиденье телеги, я подтянул к себе созданный недавно молот-клевец. Копьё-то моё не пережило близкого знакомства с Бездушным, так хоть этим грузом помашу. Одним усилием воли придал оружию нужные пропорции.

И принялся за дело. Тягал молот, как гирю, проклиная нерадивое тело и лодыря Платонова на чём свет стоит. Руки онемели, в боку кололо, но я лишь стискивал зубы и не думал сдаваться. Нет уж, темпа не сбавлю. Раз за разом, чуть сильнее, чуть резче.

Следом занялся корпусом. Скручивания, подъёмы ног и всё, что мог проделать, не покидая телеги. Медленно, вдумчиво, прорабатывая каждую мышцу. Благо, времени и дороги впереди хватало. Сопровождающие бойцы косились на меня с удивлением, но я игнорировал взгляды, не отвлекаясь от дела.

Не забывал и про магию. Раз за разом фокусировал внутреннюю силу, перебирая в уме варианты. Куда бы пристроить с умом собранный зёрна — Эссенцию, то есть? Можно учиться эффективнее оперировать малыми потоками энергии. Или вложиться в стабильность контроля, а то дар пока словно чужой. Опять же, не помешало бы укрепить связь со стихией. Сдаётся мне, здешние земли и металлы мне ещё подсобят изрядно.

Да и новые края Грани не мешало бы открыть. Я ведь прекрасно помню, что превращением камней в клинки мой Талант, как говорят местные, не ограничивался.

В любом случае, для каждого варианта нужна основательная подготовка, ресурсы особые. Зёрна-то достойные на сырую не используешь.

Ничего, авось в Угрюмихе добуду всё нужное. Хоть и медвежий угол, но люди есть. Значит, есть и заезжие торговцы.

Весь оставшийся день я усиленно тренировался, вгоняя бренную плоть в сладостное изнеможение. К вечеру, когда Захар притормозил на обрывистом берегу речушки, с трудом держался на ногах. Зато настроение было самое благодушное.

Ближе к ночи Василиса очнулась. Бледная, точно поганка, но хоть сидеть уже могла без чужой помощи. Даже умяла похлёбку, заботливо состряпанную Захаром. Правда, нос воротила, будто ей подсунули болотную воду пополам с лягушками.

Поймав момент, я подсел к девушке. Пора бы уже пообщаться по душам.

— Я не представился в прошлый раз. Платонов Прохор Игнатьевич, боярин из Владимира.

— Моё имя вы знаете, — настороженно кивнула собеседница. — Я слышала о вашей семье.

— Не поделитесь ли, барышня, зачем в лес ходили? — поинтересовался я.

Василиса замялась, теребя рукав куртки. Глаз не поднимала, явно подыскивая отговорки. Наконец, выдавила смущённо:

— Так это… Чернотравы искала. Отошла от машины, пока её чинили. Думала, обернусь по-быстрому.

Определённая догадка у меня возникла, но я решил уточнить:

— Чернотравы? Что это?

И тут девушку будто подменили. Вскинула голову, сверкнула глазищами и застрочила, как учёный муж о своей любимой теме:

— Понимаете, боярин, там, где обитают Бездушные, вся природа меняется под влиянием их тёмной природы. Возникает особое поле, преображающее всё вокруг. И те ресурсы, что оттуда берутся — настоящая драгоценность! Как для простых людей, так и для магов или алхимиков.

Она начала загибать пальцы, перечисляя:

— Реликтами называют всё, что там добывают. То общая категория, но у каждого вида — своё название. Вот, к примеру, Чернотравы — это особые растения, используемые при изготовлении зелий. А Мёртвая и Живая вода, соответственно, особая влага из водоёмов, что вместе одолеет любой недуг. Опять же, Тлен-земля — на ней любые посевы в миг вызревают и дают небывалые урожаи. Качество почвы повышается многократно.

Василиса махнула рукой в сторону леса:

— Даже древесина — и та особенной становится, Пустодревом прозывается. Хоть здания строй, хоть в магических ритуалах используй — крепче камня будет! Ну а про Холодное железо я вообще молчу. Там и сплавы дивные, и свойства невиданные — за такое любой Стрелец и артефактор душу продаст.

Я слушал, временами вставляя уточняющие вопросы.

Информация меня не удивила. Именно так и обстояли дела в моём мире, но приятно, что и здесь люди открыли чудесные свойства этих ресурсов. Всё, что может пригодится, нужно использовать против врагов рода человеческого.

— Добыча этих даров — весьма прибыльное, хоть и опасное дело, — продолжила собеседница. Стрельцы-то в основном должны Бездушных уничтожать, но каждый ищет, где бы жилу найти или корней особых…

— За это, стало быть, немалые деньги платят?

— Именно так. Это побочный промысел, но многие за него и в огонь, и в воду. Одна беда, мало кто выживает. Сами понимаете, в таких гиблых местах всякое случается. Большие отряды не пройдут — Бездушные сбегутся со всей округи, а малые не способны зачистить действительно богатое Гнездо. Так что цены на Реликты крайне высоки. Многие состояния сколачивают. Из тех, кому повезло уцелеть.