Чтение онлайн

По обе стороны от ворот стояли одетые в униформу охранники с плотно сжатыми губами и настороженными глазами. Когда автомобиль остановился, один из них приблизился к окну. Святослав заметил на его шее амулет, тускло светящийся синеватым светом — явно магическая защита. Вот только зачем подобный уровень защиты в учреждении, где содержатся обычные должники?..

— Доброе утро, господин Елецкий, — охранник склонил голову.

— Проверь список, Алексей, — проронил массивный боярин, сидевший рядом со Святославом. — Со мной господин Скрябин, он сегодня в списке визитёров.

Охранник сверился со скрижалью, на экране которой выводилась информация, и кивнул. Ворота плавно отворились, пропуская автомобиль на территорию.

— Впечатляет, — намеренно восхищённо произнёс Святослав, изображая простодушное увлечение. — Такая безопасность для лечебного заведения?

Елецкий повернулся, окинув его изучающим взглядом:

— Многие наши подопечные… непредсказуемы. И конечно, мы обязаны защищать их покой от любопытных глаз, — мясистые губы боярина растянулись в улыбке, не затронувшей глаз. — Благотворительность требует деликатности, не правда ли?

Журналист кивнул с пониманием, мысленно отметив первую странность: охрана выглядела слишком профессиональной для подобного учреждения, а амулеты были явно боевыми.

Впереди открывалась идиллическая картина: ухоженные сады, клумбы с яркими цветами, мраморные статуи, а чуть дальше — несколько огромных стеклянных теплиц, где виднелись силуэты людей, усердно работающих над растениями.

У парадного входа их встретил высокий худощавый мужчина с аккуратно подстриженной бородкой и большими залысинами, судя по всему, Голубев, управляющий усадьбой, чья фамилия значилась в отчётах.

— Рад приветствовать вас, Василий Григорьевич, — поклонился он. — И вашего гостя, конечно.

— Порфирий Степанович, познакомься, — Андрей Николаевич Скрябин, наш новый специалист по связям с общественностью, — представил Святослава Елецкий. — Покажи ему наше образцовое учреждение.

Управляющий с едва заметной настороженностью взглянул на Волкова:

— С удовольствием. Пройдёмте, с чего хотите начать?

— Пожалуй, с жилых помещений, — вмешался Елецкий. — Покажи нашему гостю, какие комфортные условия созданы для наших подопечных.

Внутри усадьба была обставлена с умеренной роскошью: каменные полы, деревянные панели на стенах, картины с дивными пейзажами.

— Ежедневное лицезрение красоты исцеляет и душу, и тело, — высокопарно протянул Голубев.

Он провёл их по первому этажу, демонстрируя просторную столовую, библиотеку и общий зал для отдыха.

— А вот здесь у нас медицинское крыло, — управляющий указал на закрытую двойную дверь с навесным замком. — Туда, к сожалению, доступ ограничен. Инфекционный контроль, сами понимаете.

Святослав заметил, что рядом с дверью дежурили двое охранников с такими же амулетами, как у ворот. Ещё одна странность.

— Конечно, понимаю, — улыбнулся он. — Безопасность превыше всего.

На втором этаже располагались жилые помещения. Управляющий показал несколько образцовых комнат: чистые, светлые, со всеми удобствами.

— Наши подопечные живут по двое-трое в комнате, — объяснял Голубев. — Мы стараемся создать атмосферу общности, это способствует социализации.

Святослав заметил, что в коридоре не было ни души, хотя по документам здесь должны были проживать десятки людей.

— А где сами… подопечные? — осторожно поинтересовался он.

— О, они сейчас на трудотерапии, — слишком быстро ответил управляющий. — Мы считаем физический труд важнейшей частью реабилитации.

Журналист посмотрел в окно, где виднелись теплицы:

— В оранжереях, как я понимаю?

— Совершенно верно, — кивнул Голубев. — Мы выращиваем редкие лекарственные растения. Работа с землёй, с живыми растениями успокаивает нервную систему и учит терпению.

Матёрый журналист сразу ментально сделал стойку. Речь наверняка шла о Реликтах, уход за которыми часто требовал огромных усилий и специфических условий.

— И дисциплине, — добавил Елецкий, пристально наблюдая за реакцией Святослава. — Многие из них привыкли к праздности и безответственности. Здесь они заново учатся ценить труд.

— Благородный подход, — согласился Святослав с энтузиазмом. — Труд облагораживает человека, как говорили древние.

Елецкий удовлетворённо кивнул. Первый тест был пройден.

Проходя по коридору третьего этажа, журналист заметил ещё одно крыло с усиленной охраной. На двери висела табличка «Особый режим».

— А что там? — кивнул он в сторону закрытой зоны.

— Там размещены пациенты, требующие… исключительного внимания, — уклончиво ответил управляющий, обменявшись быстрым взглядом с боярином. — У некоторых наблюдаются агрессивные тенденции, другим необходим строгий режим из-за тяжёлых зависимостей. Сами понимаете, до попадания к нам, многие из них вели асоциальный образ жизни, пристрастились к алкоголю и наркотикам. Мы возвращаем заблудшие души в лоно общества.

Святослав вновь изобразил понимание, хотя внутренне напрягся: «особый режим» плохо сочетался с идеей добровольной реабилитации.

После осмотра здания они направились к теплицам. По пути Святослав заметил ещё несколько странностей: периметр усадьбы был защищён не только физической охраной, но и полупрозрачным мерцающим куполом, видимым лишь в магическом диапазоне. Кроме того, все работники носили одинаковые серые робы без карманов, а на щиколотках некоторых виднелись тонкие металлические браслеты.

В теплицах работали десятки людей: мужчины и женщины разных возрастов, с осунувшимися лицами и потухшими глазами. Они методично ухаживали за растениями, в которых Святослав легко опознал редкие Реликты.

Похоже, вся эта благозвучная чушь про трудотерапию была лишь способом набить свои карманы, заставив де-факто рабов выращивать необычайно ценные ресурсы.

— Каждый получает задание соответственно своим способностям и физическому состоянию, — объяснял управляющий. — После прохождения полного курса реабилитации мы помогаем им с трудоустройством.

— И как долго длится этот курс? — невинно поинтересовался Святослав.

Елецкий перехватил вопрос:

— Каждый случай уникален, Андрей Николаевич. Некоторым требуются месяцы, другим — годы. Мы не торопим процесс исцеления, давая каждому столько времени, сколько необходимо.