Чтение онлайн

— Прохор! — Ракитин широко улыбнулся, протягивая руку для рукопожатия. — Рад видеть! Проходи, покажу, что мы тут настроили.

Оставив людей разгружать грузовики, я последовал за ним. Внутри форта кипела работа — женщины носили воду, наполняя бочки вдоль стен, мужчины складировали камни для метания, дети помогали, чем могли.

— Народу собралось — яблоку негде упасть, — пояснил Ракитин, заметив мой взгляд. — Все шесть деревень съехались. Четыре сотни душ, не меньше. Еле разместили.

Мы поднялись на стену. Отсюда открывался отличный обзор на окрестности — лес вырубили на двести метров от стен, создав простреливаемое пространство. Перед стенами выкопали ров, на дне которого поблёскивали заострённые колья.

— Инженер твой, Грановский, дело знает, — восхищённо произнёс Ракитин. — Такие углы обстрела рассчитал — мёртвых зон почти нет. А Василиса… — он покачал головой. — Я думал, сказки про эффективность магов рассказывают. А она за день столько камня подняла, сколько мои мужики за месяц не осилили бы.

В одной из башен до сих пор стоял деревянный макет пулемётного станка — готовились к прибытию настоящего оружия.

— Кстати, о пулемётах, — сказал я. — Привёз три Трещотки. И обученных пулемётчиков к ним. Патронов должно хватить на первое время.

Глаза Ракитина загорелись. Для него современное автоматическое оружие всё ещё было в диковинку — до встречи со мной его люди полагались на старые винтовки, ружья да самодельные луки.

— Вот это подмога! — воскликнул он. — С такой огневой мощью мы любую волну отобьём!

Я не стал его разочаровывать. Пусть верит в силу укреплений и оружия — оптимизм командира передаётся бойцам. Но сам я знал: во время Гона твари идут не дюжинами, а сотнями. И далеко не все они тупые Трухляки.

Мы спустились во двор, где уже заканчивалась разгрузка. Мои бойцы передавали ящики с патронами местным, те благоговейно принимали драгоценный груз. Десять добровольцев во главе с Зиновием знакомились со своими новыми товарищами.

— Не волнуйся за своих, — заметил Ракитин мою озабоченность. — Я их в обиду не дам. Все, кто под моим началом — мои люди, откуда бы они ни пришли.

Я улыбнулся. Мои бойцы, с отличной подготовкой и экипировкой сами способны кого хочешь обидеть.

Ценно другое, в голосе воеводы звучала искренность. Несмотря на молодость и горячность, парень умел ценить верность и помощь. Из таких получаются хорошие командиры — если доживут до зрелости.

— Верю, — кивнул я, — но ты сам береги себя. Во время Гона командиры гибнут первыми — твари чуют, кто главный.

— Не дождутся, — усмехнулся он, похлопав по эфесу сабли.

Мы прошли в дом старосты, временно ставший штабом обороны. На столе лежали карты окрестностей с пометками — вероятные пути подхода Бездушных, места для засад, запасные пути отхода. Ракитин явно не терял времени даром.

— Всё по твоим наставлениям, — пояснил он, заметив моё одобрение. — Начал в Эфирнете искать учебники искать о ратном деле. Особенно понравился трактат о подвижной обороне. Думаю организовать вылазки — бить тварей на подходах, не давать скапливаться у стен.

— Разумно, — согласился я, — но не увлекайся. Лучше потерять территорию, чем людей.

Мы обсудили ещё несколько деталей обороны, после чего Ракитин вдруг хлопнул себя по лбу.

— Совсем забыл! Тут такое письмо из Владимира пришло… Ты не поверишь, что они написали!

Он достал магофон, протягивая его мне с возмущённым видом.

— Взгляни сам. Я, когда прочёл, думал — то ли смеяться, то ли плакать!

Я взял протянутый Ракитиным магофон и пробежал глазами по строчкам чудесного послания. С каждым прочитанным словом мои брови поднимались всё выше, пока не достигли, кажется, линии волос.

— Нет, ты это видишь? — не выдержал я, перечитывая особенно циничный пассаж. — «Ввиду приближающегося стихийного бедствия и высокой вероятности физической утраты налогоплательщиков, княжеская канцелярия требует немедленной уплаты налога за текущий год в полном объёме».

Ракитин фыркнул, едва сдерживая смех:

— А дальше ещё лучше! Читай, читай!

— «В случае невыполнения данного требования в семидневный срок, на имущество неплательщика будет наложен арест с последующей конфискацией в пользу княжеской казны», — я покачал головой. — То есть они всерьёз собираются приехать сюда во время Гона и арестовывать имущество? У предполагаемых мертвецов?

Молодой воевода больше не сдерживался — расхохотался во весь голос, хлопая себя по колену:

— Представляю! Приезжают чиновники с описью имущества, а тут Стриги по улицам шастают! «Извините, господа Бездушные, не могли бы вы подождать, пока мы опишем вон тот амбар?»

Я тоже не удержался от смеха. Абсурдность ситуации была настолько очевидной, что оставалось только смеяться. Князь Веретинский явно решил выжать последние соки перед тем, как мы все якобы погибнем.

— Знаешь, что самое забавное? — утёр слёзы Ракитин. — Они даже не скрывают, что считают нас покойниками. «Высокая вероятность физической утраты налогоплательщиков» — это ж надо так изящно сформулировать!

— Канцелярская крысы! — плюнул я, возвращая магофон. — Для них мы уже мертвецы, осталось только оформить документально. Ну что ж, не дождутся.

Руслан встал, протягивая руку для прощания:

— Точно не дождутся. Мы им ещё покажем, как жители Пограничья умеют выживать. Удачи тебе, Прохор. Увидимся после Гона — отметим победу!

— И тебе удачи, дружище, — крепко пожал я его руку. — Береги людей. И помни — лучше отступить и сохранить жизни, чем геройски погибнуть на стенах.

— Понял, понял, — отмахнулся он, но в глазах мелькнула благодарность за заботу. — Не волнуйся, я не собираюсь становиться героем посмертных баллад.

Мы ещё раз пожали руки, и я направился к грузовикам. Мои бойцы, возвращающиеся из Иванищ в Угрюм, уже погрузились, готовые к обратной дороге. Тридцать человек Ракитина выстроились для прощания со своими новыми товарищами — за недели совместных тренировок они успели сдружиться.

Обратная дорога прошла без происшествий, хотя напряжение в воздухе чувствовалось всё сильнее. Лес молчал той особенной, давящей тишиной, которая предшествует буре. Даже мотор грузовика работал как-то приглушённо, словно боясь нарушить это зловещее спокойствие.