Чтение онлайн

…

Высокий человек, одетый в белые одежды, разукрашенные золотыми нитями снизу и на воротнике, медленно проходил по ровной линии между столами, сопровождаемый удивленными и даже восхищенными взглядами.

Широкие плечи и узкий таз подчеркивал широкий белоснежный пояс, а в складках платья прятался темный свет. Казалось, солнце еще светило и грело за окном, но вокруг этого человека стояла холодная атмосфера, будто он сам был той самой снежной горой.

Седьмой принц — холодный и утонченный, всегда со складкой между бровями, цепляющим взглядом и кривой ухмылкой на лице. Он заставлял людей сторониться себя, и желать притронуться, как к великолепно выточенной статуе.

Вокруг установилась тишина. Принц Остин и Лейф — самые красивые из императорских сыновей, но судьбы их были настолько разными, как свет и тьма. Первому суждено стать если не Императором, то великим человеком. А второму — провести всю жизнь в тени. По слухам, этот загадочный и трусливый Седьмой принц родился под несчастливой звездой, будучи слабым здоровьем от самого рождения.

Хотя сейчас, ситуация была кардинально другой.

Смотря на него вот так, почти всех женщин бросило в жар, а лица стали красные, как лепестки роз.

Но Лейф даже не обратил внимания на это, его взгляд был прикован лишь к одной девушке, стоящей недалеко от своего отца.

Вадгард подобрался, и взял на себя инициативу поприветствовать императорского сына:

— Приветствую Ваше Высочество! Спасибо, что решили потратить свое время, чтобы прийти сюда, — по мнению мужчины, этот человек действительно был большим благодетелем для их семьи, потому что спас их несколько раз, и не требовал даже благодарности.

Видимо, жизнь в простой семье пошла на пользу в том плане, что у него давно забрали золотую ложку изо рта, и научили самостоятельности, щедрости, бескорыстию…

А ведь у Вадгада до самого момента появления Седьмого принца не было никакой надежды, и он послал приглашение скорее из вежливости. Кто знал, что принц откликнется на просьбу, и, несмотря на свое плохое здоровье, придет.

Сердце мужчины было потрясено и одновременно счастливо.

Лейф, тем временем, обезоруживающе улыбнулся:

— Это счастливое событие для генерала и его дочери. Я не мог бы пропустить веселье, тем более, что давно не был на таких праздниках. Вы не будете возражать, если я сегодня немного задержусь у вас?

Вадгард поспешил заверить принца:

— Конечно, не против! Ваше Высочество может оставаться, сколько угодно! Для меня и моей дочери нет большей радости, чем принимать вас на своем празднике! — лицо мужчины было полно настоящего восхищения и благодарности умом императорского сына, что не сильно понравилось самой Ариэле, на которую Лейф, наконец-то, вновь обратил внимание.

— О, мисс Так не думает? — с издевкой, что для всех прозвучало как удивление, спросил Седьмой принц. Похоже, он совсем не верил в благие намерения девушки, коими обладал её отец. Хотя у самого их было столько же, когда он просился остаться на ночь.

Ариэла заставила себя согнуться в приветствии, чтобы не смотреть в хитрые глаза мужчины, и смело ответила:

— То, что я думаю, это лишь мысли юной девушки. Ваше Высочество может не прислушиваться ко мне, и приходить когда угодно, — его небрежный взгляд внезапно изменился, и глаза хищно сощурились.

Сцена была, мягко сказать, ошеломляющей. Казалось, каждая фраза между этими двумя молодыми людьми сквозила двусмысленностью. Они знакомы? Как давно?

Если вспомнить, и на Дне рождении Четвертого принца они вели себя странно, будто близкие друзья или… Иначе зачем же он появился сегодня, когда целый месяц отказывался от любых приглашений?!

Очень странно….

С другой стороны, хотя Седьмой принц был на особом счету у Императора, он давно не появлялся в городе. Им было просто некогда встретиться, да и императорский сын никогда не выказывал свои чувства даже самым красивым и очаровательным мисс.

Может, тогда все из-за генерала? Как знали большинство чиновников, у каждого из принцев была своя поддержка во дворце. Может и Седьмой не отстает он братьев?

Столько вопросов, но по лицу Лейфа нельзя была ничего понять.

…

Хотя сегодня в доме Летящего бамбука находилась почти вся аристократия, но никто не нашелся выше по статусу, чем принц, поэтому после его прихода с поиском мест проблем не оказалось.

Более того, он сидел за одним столом в Вадгардом и Ариэлой. А также, на удивление, возле них молчаливой статуей замер господин Адам.

Не то что кто-то был против, но Ариэла взяла на заметку, почему-то… почему-то начиная что-то подозревать.

— Присаживайтесь, Ваше Высочество, — сказал Вадгард.

— Старший не должен быть так вежлив. Сегодня я, как и любой из господ здесь, — после этих слов мужчина посмотрел на парня с еще большим уважением. Он не ведет себя заносчиво, хотя имеет все права на это.

Ариэла недовольно посмотрела на отца, и не могла не почувствовать обиду. Но внешне девушка продолжала улыбаться. Сейчас действительно происходил полный обман всех присутствующих этим слишком умным и сильным человеком.

— Ари, можешь налить чай для Его Высочества? Он помогал нам столько раз, а мы се еще не поблагодарили его как следует, — сказал генерал, и лишь мельком посмотрел на дочь, занятый разговором с принцем.

Девушка застыла с улыбкой на лице и потянулась к напиткам, избегая чайника с чаем, и беря в руки кувшин с вином.

Чистое и вкусное рисовое вино полилось в пиалу, и Ариэла вежливо сказала:

— Ваше Высочество, это очень хорошее рисовое вино, оно более терпкое, потому что выдержанное более 10 лет. Вам определенно должно понравиться, — собеседники за столом замолчали, а принц лишь криво улыбнулся на такой намёк.

— Мое здоровье только немного улучшилось. Не знаю, могу ли я попробовать его, хотя ты так хорошо рассказываешь… Наверное, тебе лучше знать? — не сдавался Лейф, ожидая её дальнейших действий.

И девушка не разочаровала:

— Ваше Высочество, я все понимаю и нет, это просто информация, которую мне рассказали работники этого дома. Просто я беспокоюсь, потому что вы сегодня надели очень тонкие одежды, и без вина, согревающего тело, вы быстро замерзнете.

Седьмой принц странно посмотрел на неё, без тени веселья:

— Я не могу выпить слишком много… — после этих слов Ариэла также перестала язвить, немного задумавшись.

А зачем, спрашивается, ей устраивать это представление, да еще и на публике? Чтобы пошли новые слухи, или чтобы отец начал задумываться о её новом браке?