Чтение онлайн

Мари облизнула потрескавшиеся губы. Ей хотелось пить. Далеко она без воды не пройдет. Высокая трава разделилась, раскрыв пруд, что вонял гнилью и мертвой рыбой. Изогнутый мост тянулся над водой. На мосту бились кабан и девушка. Кабан был почти размером с девушку. С его рта лилась слюна, бивни были красными. Кабан топнул ногой. Мари заметила, что это была девушка с серпом и цепью, смелая, что подписала контракт первой.

«Я думала, она уже получила свиток».

Девушка с серпом и цепью вскинула руки, ее глаза расширились.

— Тише, свинка, — сказала она, пятясь. Кабан тряхнул головой и снова топнул.

«Это не твой бой, — уговаривала себя Марии. Она повернулась уходить. Ее ноги и совесть не дали сдвинуться. Она застонала и закатила глаза. — Я не допущу смерти еще одной девушки, если в моих силах помешать этому», — Мари пригнулась и вырвалась из тростника. Ее ноги не издавали ни звука на скрипучем деревянном мосту. Она бежала, выставив нагинату над собой. Древко ударило кабана в висок. Зверь дрогнул, но не рухнул. Она замахнулась и ударила еще три раза. Кабан упал на мост без сознания с громким стуком. Мари тяжело дышала и смотрела на кабана, готовая ударить еще.

— Спасибо, — сказала девушка с серпом и цепью. У нее были темно-карие глаза, каштановые волосы и прямые брови. Нежным в ней было лишь лицо в форме сердца. Она была в уваги. Туника прикрывала ее шею, обвивая горло.

Мари кивнула.

— Там, откуда я родом, есть кабаны. Жуткие звери. И грязно едят.

Девушка хрипло рассмеялась.

— Я буду помнить о манерах рядом с тобой, — она поклонилась. — Я — Асами.

Мари поклонилась в ответ.

— Мари.

— Еще раз спасибо, Мари, — сказала Асами. Она поправила серп и цепь. — Удачи, — Асами развернулась и убежала.

— Погоди, — сказала Мари. Асами замерла. — Мы можем работать вместе, — она подумала о двух девушках, которых преследовала и об их недолгой дружбе, разбитой предательством. — Вместе у нас будет больше шансов. Мы бы прикрывали друг друга… по крайней мере, до последней Комнаты.

«Думай головой. Союзник тебе нужен».

— Прости, Мари, — Аюми пошла дальше. — Я работаю одна, — она пропала за березами.

Мари опустила голову. Черный паук с белыми полосками полз по ее ноге. Он был почти размером с ее ладонь. Тихо пискнув, она стряхнула существо и разрезала пополам нагинатой. Тихий крик донесся из леса. Умерла еще одна девушка?

* * *

Близилась ночь, но жар остался, душил бесконечный лес.

Мари брела, пот лился по телу. Ее мышцы болели от усталости, но она думала о свитках. Наверное, все уже разобрали. Но тогда прозвучал бы сигнал. Звук гонга означал поражение. Она его пока что не слышала. Но она и не видела других девушек часами. И не слышала ни звука, кроме шороха деревьев и гудения насекомых.

А если она шла зря? А если ходила кругами? А если проигравших оставят в Летней комнате погибать?

Она дважды думала, что видела сияющую реку за деревьями, опускала ладони, а пробовала с них лишь грязь. Она услышала хруст листьев за собой. Ее преследовали? Она развернулась, подняв нагинату. Ничего. Никого. Разум играл с ней. Жара сводила с ума.

Все пахло гнилью, землю будто переварили. Она шла, бежала, когда могла, шагала в остальных случаях. Тоска по дому ударила Мари по животу. Как там Хисса? Что сейчас делал Акира?

«Увижу ли я их снова?»

Твердые камни впивались в ее ступни. Редкая трава леса пропала, начался склон горы. Мари подняла голову. Сухая гора казалась маленькой издалека, а теперь возвышалась над ней великаном. Она не могла просто подняться, не хотела ползти. Ее ладони погружались в пыль, гравий впивался в кожу, пока она карабкалась. Ее ждала еще тысяча таких шагов.

* * *

Мышцы Мари болели. Она рискнула посмотреть вниз. Она видела лишь зияющую черную бездну, желающую проглотить ее целиком. Жаркий ветер кружил, вызывая воспоминания. Она отвлекалась на них, чтобы не думать о боли.

Когда она впервые заговорила с Акирой, она сбросила его с дерева. Ее послали забирать подношения у ворот. Она подняла корзинку хурмы, и движение привлекло ее внимание. Она знала, кто это был. Он следил за ней днями, замирал у ворот. Она отыскала в корзинке апельсин и бросила ему. Он упал с дерева.

— Ты меня преследовал. Чего ты хочешь? — спросила она, нависнув над ним, уперев руки в бока.

Он вздрогнул.

Она нахмурилась сильнее.

— Что с твоим лицом?

Он погладил глубокие серебристые шрамы. На его руках было больше.

— Моя мать была Девушкой с разрезанным ртом. Я — Сын кошмаров, — сказал он, словно все объяснил этим.

— Ты не выглядишь кошмарно, — сказала она, морща нос. Может, как плохой сон, но не более, — она схватила апельсин, что бросила, почистила его и протянула ему половину.

Он взял апельсин, задел ее пальцы своими. Это прикосновение Мари запомнила как песню, мелодию одинокой души, зовущей другую.

— Думаю, мы могли бы подружиться, — сказал он.

Мари задумчиво поджала губы. Вскоре ее будет искать мама.

— Не думаю, что это хорошая идея.

Мальчик со шрамами улыбнулся.

— А мне эта идея кажется лучшей из всех моих.

Мари сглотнула от воспоминания. Она должна вернуться к нему, к друзьям. Она должна любой ценой вернуться в Цуму. Склон стал ровнее, и Мари подавила крик, выбравшись на поверхность. Она встала, грудь вздымалась. Жаркий ветер трепал волосы. Ее ногти были сломаны, ее когда-то белое одеяние стало грязно-коричневым. Ее колени были ободраны от острых камней. Но она забралась на гору. От этого ощущалась новая надежда.

Мутный свет сиял впереди. Между выступами была платформа. Там самураи с копьями в руках сторожили стол. А на столе? Свиток с красной бечевкой.

«Мой».

За платформой был другой павильон, где девять девушек, грязных и потрепанных, пили воду из деревянной кадки. У каждой был свиток.

Мари облизнула пересохшие губы, ощущая победу. Она бросилась вперед. Ноги пропали под ней. Она рухнула, рассекая ладони об острые камни. Ее бок болел, будто от удара большим кулаком.

Мари повернула голову. Увидела черные глазки-бусинки. Кабан стоял над ней. Кабан. Она узнала его красноватые бивни, рану на виске. Он преследовал ее. Она поздно вспомнила, как умны и терпеливы эти животные. Кабан топнул ногой и отпрянул, готовый броситься.

Мари закрыла глаза и молилась, чтобы было быстро. Воздух пронесся мимо, раздался стук, и тело упало. Мари робко открыла глаз.

Асами заняла место кабана. Ее серп был темно-красным.

— Стоило убить его, когда был шанс, — сказала Асами. Она протянула руку к Мари. Ее запястья и ладони были в татуировках. Страх сдавил горло Мари. Проклятия? Она пригляделась. Цвет чернил был не тем, но она не знала, чем это было. Мари взяла Асами за руку.

Свиток был в складке уваги Асами.

«Она покинула защиту самураев, чтобы помочь мне?» — Мари не понимала. Асами указала на низкий столик.