Чтение онлайн

– Я связался с нашими отрядами, у всех пока спокойно, но чувствуется напряженность животных – будто они чуют приближение неприятеля, – вступил в разговор Антиро. – Мои друзья говорят, что это связано, скорее всего, с приближением к месту скопления карликов. Наша магия перебивается их волшбой, а усиливать ее, чтобы дальше благополучно скрываться, не имеет смысла – так как мы сразу обнаружим себя. Поэтому я поддерживаю Моргана и предлагаю на сегодня завершить нашу вылазку и спокойно покинуть тропу.

– Будь по-вашему, – кивнул гном. – Антиро, труби отступление, за сутки соберемся с силами, вооружим людей и тогда дадим настоящий бой, как подобает детям гор. Отомстим карнибулам за их прошлые грехи.

Антиро передал приказ отступать всем отрядам, и ночные мстители, не торопясь, соблюдая все меры предосторожности. тихой поступью двинулись ко входам в царство гномов.

Через несколько минут, пройдя местами первой ночной бойни, отряд Моргана поравнялся с выходом из сердца скалы. Осторожно, постоянно оглядываясь, новоиспеченные воины скрывались среди каменных сводов пещеры. Лишь Морган, Прадли и Антиро не спешили заходить в сердце горы.

– Что ты задумал, друг мой? – Почувствовал переживания лидера восставших гном.

По лицу Моргана можно было понять то, что в его голове и сердце творится неразбериха.

– Да, друг мой, ты прав, – сдержанно улыбнулся воин, – я думаю, что нам немного надо поменять тактику боя. Предлагаю оставить меня по эту сторону баррикад, дабы из логова врага я мог координировать действия ваших войск. Я хочу чтобы вы за сегодняшний день полностью вооружили новых воинов, а ночью, ну или в другой удобный момент, обрушились на кочевников. Просто я сомневаюсь, что следующая вылазка у нас пройдет так же гладко, как и сегодня. Обнаружив убитых, карбезы в любом случае выставят дополнительные посты и не будут так беспечно спать. Поэтому я оденусь в лохмотья раба и прибьюсь к одной из наступательных машин, чтобы, так сказать, из первых рядов координировать ваши действия. Как вам такой вариант?

– Интересно, но очень опасно, – встревожился Антиро, – не было бы беды.

– Да не переживай ты так, – подмигнул другу Морган, – сколько времени я эту лямку тянул, и ничего же, все обошлось.

– Мне кажется, – перебил их гном, – надо десятком идти, полностью занимать всю машину, чтоб подозрений не было.

Морган задумался на мгновение.

– С одной стороны ты прав, но, мне кажется, не каждый сейчас согласится вновь приковать себя к машине, – ответил воин.

– Я готов пойти, – раздался за спинами голос одного из товарищей Моргана, – ради общего блага я готов еще денёк побыть рабом. Да и мои товарищи, уверен, пойдут ради правого дела со мной!

– Ну вот и славненько, – улыбнулся бунтарь, – тогда переодеваемся, сдаем оружие и быстро перевоплощаемся в рабов.

Всего несколько мгновений понадобилось воинам, чтобы скинуть доспехи и сдать мечи, облачившись в еще не забытые лохмотья.

– Я буду постоянно следить за вами. Прикоснувшись к земле, ты сможешь мысленно говорить со мной и давать сигналы. В случае тревоги или по первому твоему сигналу мы начнем действовать. – Уверенным голосом добавил Антиро.

– Если что, ты только дай сигнал, – похлопал по плечу новоиспеченного друга Прадли, – сотня гномов будет следовать параллельно вашей повозке, и в случае опасности им понадобится лишь пара минут, чтобы выйти на поверхность. А там и мы подоспеем. Так что, держитесь, друзья мои.

Поговорив о чем-то еще несколько минут, друзья разошлись. Морган с десятком друзей пошел к последней освобожденной ими машине, чтобы притвориться рабами и продолжить движение в составе обоза карбезов, а Прадли с остальными товарищами отправился заниматься вооружением новой освободительной армии, насчитывающей уже, помимо гномов, более трех сотен штыков.

С момента начала атаки прошло всего пара часов, но за это время жизнь нескольких сотен человек поменялась до неузнаваемости. Сотни бывших рабов, уже и не помышлявших о свободе, в одночасье обрели ее, да к тому же получили шанс отомстить своим угнетателям. А множество бывших надсмотрщиков, в свою очередь, лишились жизни. Конечно три сотни убитых в трехсоттысячном войске – это капля в море, но капля ощутимая. Причем эффект неожиданности и страх сделают свое дело: доселе уверенные в своей безнаказанности и легкой победе кочевники задумаются, поняв, что свои жизни они могут потерять за секунду, причем не обязательно на поле боя.

Морган и девять его товарищей спокойно дошли до машины, почему-то не разрушенной, как все остальные, и привязали себя к ней – правда так, чтобы в любой момент можно было освободиться от пут.

Тяжелые гномьи мечи были оставлены ими при выходе из расщелины, но остаться полностью без оружия было тоже не очень приятно, поэтому товарищи взяли по кривой сабле карбезов, аккуратно спрятав клинки в многочисленных щелях деревянной боевой машины. Это оружие, извлеченное из тайников, могло спасти жизнь или иным образом повлиять на судьбу псевдо-невольников.

Прошло еще около получаса, прежде чем откуда-то издали начали доноситься голоса степняков, будящих рабов и приводящих в порядок лошадей. Голоса становились все ближе и ближе, по цепочке команда к началу движения передавалась от одной машины к другой, от одной группы кочевников к следующей. И вот уже совсем рядом раздались голоса врагов, охранявших соседнюю осадную машину – голоса счастливчиков, до которых сегодняшней ночью не добралась смерть, пощадив пока их полную убийств и издевательств жизнь.

– Ну всё, ребятки, держитесь, они уже рядом. Еще несколько мгновений – и они забьют тревогу. Делаем вид, что мы ничего не знаем, не видели и знать не можем, – серьезным голосом сказал Морган. – Да пребудут с нами боги, – уже шепотом произнес он и с содроганием сердца стал ждать приближения кочевников.

Пара мгновений – и из-за большого валуна показалось несколько недавних хозяев положения, чувствовавших себя свободно и безнаказанно. Не торопясь, они шагали в сторону Моргана и его товарищей. Казалось, их ничего не тревожило; они были так увлечены разговором, что даже не смотрели в сторону потухшего костра и десятка окровавленных тел своих товарищей. Но безмятежность не могла быть вечной. Окрикнув товарищей и не получив ответ, один из приближающихся кочевников обратил взор в сторону ночлежки. Его лицо мгновенно поменяло выражение с жизнерадостно улыбающегося на испуганно непонимающее. Замерев на месте, он одернул своего друга и молча указал в строну трупов. Через секунду второй воин со встревоженным криком побежал в обратном направлении, а первый, обнажив клинок и озираясь по сторонам, направился к догоревшему кострищу.

Морган и его бойцы сделали вид, будто только что проснулись и заняты подготовкой к тяжелому трудовому дню, но надсмотрщик даже не посмотрел в их сторону. Подойдя к окровавленным телам и убедившись, что они бездыханны, он бегом направился в сторону следующего кострища. Через минуту крик негодования и испуга донесся и оттуда.

Улыбка радости и морального удовлетворения промелькнула на лицах Моргана и его друзей: наконец-то они дали почувствовать своим врагам горесть непредвиденной утраты и зародили в них страх перед неизвестностью.

Убежавший за подмогой кочевник уже возвращался назад с несколькими десятками земляков. Все они были напуганы и, обнажив клинки, принялись бегать между осадными машинами, находя при этом все больше и больше убитых товарищей и подсчитывая пропавших рабов.

Обстановка накалялась. Кочевники собирали убитых, что-то крича на своем наречии; черные всадники сновали между камней; где-то вдалеке были замечены несколько карнибулов. На прикованных рабов никто не обращал внимания – все были заняты убитыми и пропавшими. По реакции карбезов было понятно, что в произошедшем они винят в первую очередь сбежавших рабов. Умелая магия горных духов и гномьих волшебников скрыла следы небольшой армии мщения. Многочисленные группы всадников по узким горным тропам начали разъезжаться в стороны от места убийства – видимо, конные разъезды были высланы вдогонку якобы сбежавшим рабам.