Чтение онлайн

– Ладно, давайте ее к шефу...

* * *

Серафина взглянула на окруживших ее бичей - это были до отказа накачанные молодчики. От таких не убежишь и наверху, а уж здесь тем более. И она пошла между двумя бичами, подталкиваемая сзади третьим, и печально думала, как глупо они попались и ни за что ни про что проиграли, неумело поставив на карту свои жизни.

– Умойся, рожа, к шефу идешь!
– и, свернув в коридор, молодчики затолкнули Серафину в какой-то люк.

Тотчас она решила, что тут ей и конец пришел - и сверху, и снизу, и сбоку на нее хлынули потоки воды, жесткие щетки терли ее, будто наждак. Чихая и отплевываясь, она снова оказалась в коридоре, и ее потащили дальше.

Пока ее тащили, она пришла в себя и приготовилась к самому худшему. Судя по тому, как быстро и без лишних слов расправились с Мики, ее тоже ждет похожая участь, если не хуже. Внутри у Серафины что-то тонко и противно задрожало, когда она поднималась по лестнице. Вот и кабинет - черная дверь, обитая толстой кожей. "Это еще под землей или уже наверху?" - размышляла Серафина.

Но, увидев помещение без окон, освещенное лампами дневного света, поняла, что находится еще под землей. За нею точно захлопнулась дверь темницы. "Не убежишь!" - подумалось еще тоскливее.

Теперь, разглядывая важно сидящего за столом человека с пухлыми белыми руками, Серафина мучительно пыталась припомнить, где она видела это характерное запоминающееся лицо с мясистым круглым подбородком, маленькими глазками и большой залысиной на темени. Но ще - не могла вспомнить.

– Рассказывай!
– нарушил молчание хозяин кабинета.
– Ну!

В этом "ну" было столько явной угрозы, что Серафина поняла - хитрить и отпираться нет смысла. Участь ее все равно одна - живой ей отсюда не выбраться. От горой возвышавшегося из-за стола босса веяло холодной грозной силой, словно перед нею сидел мертвец. Поросшие густыми рыжими волосами руки вертели в коротких толстых пальцах карандаш. Серафина с ужасом смотрела на эти волосатые руки. Она узнала его.

Где-то два года назад газеты наперебой шумели о сбежавшем из-под стражи убийце и людоеде, который занимался тем, что убивал людей и ел их мясо - и не только ел, а и продавал туристам на шашлыки. Убийце грозила смертная казнь, и приговор был уже вынесен, но злодей совершил побег из тюрьмы и скрылся в неизвестном направлении.

Так вот где обосновался бывший злодей и убийца - перешел на более доходное ремесло, найдя способ накормить оголодавший народ в широком масштабе.

– Ну!
– угрожающе повторил бандит и опустил на стол тяжелые руки.

Неожиданный гнев захлестнул Серафину, она подняла голову.

– Извращенные вкусы с годами несколько меняются - от человечины перешли к мертвечине!
– с невыразимым презрением сказала она.

Людоед стал медленно подниматься из-за стола - лицо его налилось кровью.

– Не воображайте, что будете безнаказанно кормить народ мертвечиной. Не мы, так другие все равно разоблачат вас, прибавила Серафина.

– Разоблачат? Ха-ха-ха!
– как безумный, закатился в хохоте людоед.
– Наивная дура! Так вы шли, чтобы разоблачить нас?
– он выхватил из стола толстую пачку банкнот и, прежде чем Серафина успела отшатнуться, хлопнул ее этой пачкой по носу.
– Вот она, моя гарантия! Надежней нет! Все они там, наверху, у меня вот здесь!
– он вытянул волосатые руки и сжал их в кулаки.

Серафина отвернулась.

– Но - к делу, - сказал злодей, снова усаживаясь к столу.
– В конце концов если вы жрете и вам нравится, то крах нам не грозит. А я люблю храбрецов, мне нравятся рисковые люди. Я думаю, тебе тоже не хочется умирать такой молодой. У меня тут вот какое предложение. Сама понимаешь, механизировать все сразу мы не можем, и столько добра пропадает зря, к примеру, производство удобрений...

– Ну еще бы, у вас ничего не пропадет!
– с отвращением поморщилась Серафина.

– Рабочие руки нам нужны, а брать кого попало с улицы мы не можем. Сколько слабонервных уже пришлось отправить на тушенку. Домой, конечно, ты не вернешься...

– Мерзавец!
– вскочила Серафина.

– Не хочешь?
– недобро усмехнулся людоед.
– Ну так дважды я не предлагаю. Тогда ты умрешь!

В ответ Серафина с омерзением плюнула.

– Учти, ни один сыщик не найдет твой труп... в консервной банке...

Серафина похолодела от ужаса. Мозг ее лихорадочно работал. Согласиться, а потом что-нибудь придумать... Хотя бы маленькая отсрочка, а там... Но хитрый злодей разгадал ее мысли - о, он был далеко не дурак.

– Отсюда не убежишь, не надейся, - недобро усмехнулся он.
– Слишком умных тоже на мясо, - и он нажал кнопку на столе.

Тотчас же в дверях выросли бичи-телохранители, по знаку своего начальника схватили Серафину под руки и потащили из кабинета.

Серафина отчаянно сопротивлялась, когда ее тащили вдоль конвейера, по которому один за другим ползли мертвецы. Видимо, наверху был большой наплыв усопших. Острые ножи то и дело взлетали вверх и со скрежетом опускались - падали головы, руки, ноги. Страшная мясорубка действовала полным ходом. Привлеченные шумом, у конвейера показались несколько фигур в синих комбинезонах - обслуживающий персонал машин. Но, увидев, в чем дело, некоторые снова поспешно скрывались, другие же, наоборот, подходили поближе и с интересом наблюдали за происходящим. Серафина давно уже поняла, что кричать здесь бесполезно, и поэтому сопротивлялась молча, но ожесточенно. Она царапалась и кусалась, но дюжие молодчики, для которых ее удары были что укус комара, бесцеремонно и безжалостно сорвали с нее одежду, связали руки и ноги веревкой и бросили на конвейер. Злодеи придумали ей самую ужасную пытку - миновав нож, обезглавливающий тела, жертва живьем попадала в потрошилку.

Страшная, чудовищная смерь, блестя стальным лезвием, висела над головой Серафины. Она извивалась всем телом, пытаясь сбросить веревки, но напрасно. Лязг ножей слышался уже над самой ее головой. Серафина корчилась и отворачивалась, чтобы не смотреть на страшный ятаган, готовый вот-вот опуститься, чтобы вспороть ей живот. Неумолимая, сверкающая смерть приближалась - медленно, но неотвратимо. Вот уже острый блестящий нож на уровне груди - в ужасе Серафина мечтала потерять сознание, чтобы не видеть этого кошмара и не чувствовать, как острая сталь вопьется в тело...

...Вдруг раздался невыносимый уху треск, скрежет - и сверкающий нож замер в миллиметре от ее живота. Конвейер остановился... Где-то скрипело и завывало, словно что-то заело в огромном механизме. Но конвейер стоял, и топор не поднимался - производство смерти застопорилось.

Рабочие в синих комбинезонах бросились исправлять повреждение. Слышался резкий голос их начальника - он бранился. К Серафине шли двое рабочих.

– А с этой что делать?

– Подвинь подальше, а то нож промахнется.

Серафину за волосы потащили вверх по конвейеру. От боли и ужаса из глаз у нее брызнули слезы.

– Может, прикончить ее, чтоб не мучилась?
– сжалился один из рабочих.

– С ума сошел! Не мы здесь распоряжаемся!
– испугался другой, отворачиваясь и стараясь не глядеть на жертву.

Вдруг из-под конвейера поднялась черная фигура, взмахнула чем-то блестящим - и один из рабочих упал. Серафина не поверила глазам: перед нею стоял живой и здоровый Мики, черный, как трубочист, и с увесистой болванкой в руке. Не успели оба насильника опомниться, как уже лежали на полу, оглушенные. Мики стащил подругу с конвейера и развязал веревки.