Чтение онлайн

Теперь эльфийские и человеческие маги пытались разобраться в произошедшем. Из-за их попустительства к странным событиям, происходящим последнее время в Золотом лесу, Империя чуть не попала под власть демонов. Такое не должно было больше повториться. Торн и Тай, не сговариваясь, ничего не рассказали о том, что на самом деле случилось в святилище. Торнариэль при этом видимо преследовал какие-то свои интересы. Маги им вряд ли поверили, но и читать их память не стали. С Торном это делать было опасно из-за его высокого положения, а Тай теперь была его невеста.

Торнариэль выполнил свою часть договора, целиком и полностью обелив Тай перед лицом магической общественности, впрочем, кольцо на её пальце было гораздо красноречивее всех его слов и заверений. Поэтому сомневающихся в словах крон-принца не было.

Весна в этом году была ранняя. Уже в конце березня было так тепло, что днём обходились без топки камина. Окно в комнату было распахнуто настежь, по потолку и стенам скакали радостные солнечные зайчики, а вместе с ними скакало настроение, причём исключительно вверх.

Нинэль каким-то образом отстояла и закрепила за собой их старую комнату, пообещав, что будет присматривать за ретивыми адептками. Теперь она сама была преподавателем. Впрочем, эта должность ничуть её не изменила. Девушка всегда была весьма рассудительной и уверенной в себе.

Обстановка в комнате не поменялась, только исчезла одна кровать. Вторую Нинэль оставила для гостей. Сейчас на ней лежала Тай, закинув ноги на высокую спинку кровати и наслаждаясь тёплым свежим воздухом, струящимся в открытое окно. Нинэль сидела за столом, подперев голову рукой и мечтательно глядя на Тай.

– Ну, это надо же, влепить пощёчину крон-принцу Серебряного леса, да потом ещё приставить к его горлу кинжал! Отказать тому, о ком мечтает вся женская половина Империи! Вот, Амарга не знает. Впрочем, это к лучшему, а то бы она или сама от зависти удавилась, или тебя удавила за такое кощунство.

– Нинэль, я тебя не узнаю!
– Тай повернулась со спины на бок, спустив ноги со спинки кровати и с интересом разглядывая лицо подруги. Разговор этот вёлся уже не первый раз и всякий раз с новыми эмоциями травницы по поводу случившегося. Сначала она полностью одобрила поведение Тай в отношении эльфийского принца, затем предположила, как много выгоды можно было бы получить, согласись Тай выйти за него замуж. Теперь в её словах мелькали какие-то новые чувства.
– Или ты таким вот образом пытаешься восполнить мне отсутствие Амарги?

Нинэль хитро улыбнулась.

– А если он всё-таки влюбился в тебя?

Сначала Тай не смогла и слова вымолвить, а потом рассмеялась громко, до слёз.

– И это говоришь мне ты? Нинэль, это на тебя так весна действует, - девушка подошла к окну и села на подоконник. Внизу во внутреннем дворике Академии слышался звук скрещиваемого оружия, кто-то тренировался.

– Я же тебе всё подробно рассказала. Торнариэль никогда не позволит себе такую роскошь - поддаться чувствам, тем более при выборе невесты. Ему нужна не я, а алирэ.

– Но ведь кольцо на палец он одел тебе ещё до того, как узнал, кто ты?

– Ну, во-первых, кольцо одела я сама, не зная его истинную природу. Во-вторых, род, к которому я принадлежу очень древний и знатный, а Эрнана, на тот момент, представлялась нам, чуть ли не главной злодейкой, возможно Торн собирался её уничтожить. Меня же посчитал весьма подходящей кандидатурой, вместо неё, на роль жены, через которую можно породниться с Золотым лесом.

– И всё-таки он мог бы выбрать любую другую знатную эльфийку. Мало ли их в Золотом лесу? Но выбрал тебя.

– Нинэль, ты чего добиваешься?
– Тай скрестила руки на груди, насмешливо улыбаясь. Ветер щекотал кожу, шевеля короткие волосы на затылке.
– Чтобы я бросилась в его объятия?

– Кого же ты всё-таки любишь больше из двух братьев?

От неожиданности такого вопроса, да ещё и в исполнении Нинэль, Тай чуть не вывалилась из окна. Она поднялась с подоконника, подойдя к травнице и, изобразив на лице крайнюю озабоченность, пощупала ей лоб.

– Наверное, это весенняя лихорадка, - задумчиво произнесла девушка. Она поглядела в глаза Нинэль и сказала ровным, спокойным голосом.
– Единственное, чего я хочу, это забыть их обоих. И ты знаешь, у меня это стало получаться. Возможно, они и разбудили во мне какие-то чувства, но, слава Дракону, не настолько сильные, чтобы назвать это любовью. И чем меньше я буду думать о них, тем скорее эти чувства окончательно исчезнут.

– Прости, - тихо произнесла Нинэль.
– Сама не знаю, что на меня нашло. Мне, наверное, самой не хватает в жизни каких-то сильных и ярких эмоций, вот я и пытаюсь восполнить их отсутствие твоими чувствами и переживаниями.

– А как же Грэн?
– тепло улыбнулась Тай, проведя рукой по непослушным завиткам Нинэль, торчащим из причёски в разные стороны.

– Грэн появился только из-за моего страха вообще остаться старой девой. Никаких чувств он во мне не вызывает. Даже другом назвать его трудно, - отмахнулась Нинэль.

– По-моему он так не считает и настроен весьма решительно.

– О-ё! Покажите мне того мужчину, чья решимость пересилит мою, - развеселилась Нинэль.
– Кстати, чего это мы сидим взаперти в такую хорошую погоду! Может, пойдём, прогуляемся?

– С превеликим удовольствием!
– согласилась Тай. Хватит думать о прошлом, пора начинать жить настоящим.

В Академии Тай предложили сразу заняться написанием диплома на основе своего богатого опыта путешествий, что является по сути самым важным для мага-проводника. Никто не знал, кто она на самом деле, кроме Нинэль, зато все были очень даже в курсе касательно значения её кольца. Откуда просочилась эта информация, история умалчивает. Женская половина Академии буравила Тай завистливыми взглядами, искренне недоумевая, что нашёл Торнариэль в этой ничем не примечательной сероглазой девушке с короткими чёрными волосами. Поначалу Тай это раздражало, потом смешило, ну и, в конце концов, она перестала обращать на это внимание.

Мужская часть адептов тоже активно проявляла интерес к Таине. В тренировках на мечах она была лучшей. Превзойти её в мастерстве мог только наставник Траир и тот стал сомневаться, думая, что девушка подыгрывает ему. Там, где она не могла взять силой, она брала ловкостью и стремительностью. Сказывался пятилетний опыт, когда порой приходилось сражаться сразу с несколькими противниками. И всегда на лице её играла лёгкая улыбка, словно она, шутя, обезвреживала парней на голову выше её и в два раза шире в плечах. Мужская гордость чаще страдала, молча, лишь изредка слышались сдавленные ругательства сквозь зубы.