Чтение онлайн

Большинство арматурных прутьев обломались заподлицо со стеной, но некоторые все же торчали из нее. Один из них, чуть ниже Стоуна, выступал из стены дюйма на два. Он то и привлек внимание Макэлроя. Не совсем то, что хотелось бы, но выбирать не приходилось. Осторожно переключая кнопку управления, Макэлрой начал опускаться ниже под градом мелких камней и пыли. Он вспомнил большие трещины в полу наверху и подумал о том, что скользящий шнур мог сместить лежащие там валуны. Упало еще несколько камней. Макэлрой быстро наклонил голову, увертываясь от них.

Он был уже под Стоуном, нащупав левой ногой выступающий стальной палец и плотно прижимаясь к стене, когда услышал грохот смещающихся камней и почувствовал, что шнур подался. Макэлрой вжался в стену, надеясь на чудо. Сверху упал булыжник и, слегка задев Стоуна, пролетел всего в нескольких дюймах от наклоненной головы Макэлроя.

Макэлрой как-то умудрился все же встать ногой на металлический прут и изо всех сил пытался удержать тело Стоуна, которое соскочило с куска арматуры после толчка булыжником. Шнур заскользил, остановился на мгновение, заскользил опять. Подъемник вверху старался удержаться в разваливающемся полу. Макэлрой крепко прижался к спине Стоуна, руками ощупывая стену в тщетной надежде найти какую-нибудь опору. Булыжники проносились мимо и разбивались далеко внизу. Макэлрой услышал, как Викки зовет его, но было не до нее; он сфокусировал все внимание на металлическом пальце под ногой, на натянутом шнуре, на шероховатой поверхности стены у щеки, на значительном весе Стоуна.

Грохот сверху прекратился. Макэлрой прерывисто вздохнул. Он решил переждать. Камни больше не падали, и он рискнул поднять голову. Несколько больших валунов лежали на самом краю обрыва, прямо над ним. Шнур подъемника тянулся между камней. Викки посмотрела вниз.

– Могу я чем-нибудь помочь?

Макэлрой отрицательно качнул головой, не желая тратить время и силы даже на слова. Постепенно он смещал свой вес, и ему как-то удалось просунуть руку сквозь упряжь Стоуна. Он все больше опирался ногой о прут, пока не почувствовал достаточную слабину шнура. Отцепив шнур от своего пояса, Макэлрой медленно обхватил им талию Стоуна и прикрепил его к упряжи.

– Я займусь этим, - сказала Викки.
– Держитесь.

"А держаться-то, как раз и не за что", - размышлял Макэлрой.

Шнур зашуршал, натягиваясь, и Макэлрой почувствовал рывок. Макэлрой вжался в стену, не смея даже поднять головы, чтобы взглянуть, как Стоун начал медленно подниматься. Мимо полетели булыжники. Они ударялись о стену, отскакивали от нее и падали вниз.

Прошла вечность. Затем сверху послышалось:

– Я вытащила его.

Макэлрой поднял голову. Тело Стоуна перевалилось, с помощью Викки, через неровный край расщелины. Нога Макэлроя немного скользнула ближе к концу прута, и ему пришлось еще крепче вжаться в стену. Прут уже медленно гнулся под его весом. Упало еще несколько камней.

– Я ищу для подъемника место потверже, - крикнула Викки.
– Стоун, кажется жив.

Макэлрой молчал. Нога снова скользнула. Прут не мог долго выдержать. Сверху показался конец шнура и раздался голос Викки:

– Я опускаю его. Терпение, Макэлрой. Расстояние все же приличное.

Шнур медленно зазмеился к нему. Макэлрой осторожно, дюйм за дюймом, переместил руку по неровной каменной поверхности и схватил его. Нога снова скользнула, когда Макэлрой неуклюжими, оцепеневшими пальцами попытался открыть застежку на поясе. С трудом, но ему это удалось. Он закрепил конец шнура на поясе и щелкнул застежкой. Прут под ним треснул и сломался. Макэлрой упал дюймов на шесть вниз и завис на конце шнура. Подъемник дернулся, но сумел удержаться. Макэлрой услыхал, как наверху выругалась Викки, и почувствовал натяжение шнура.

– Я поднимаю вас. Не зацепитесь за что-нибудь.

"Да уж, постараюсь", - подумал он. Голова у него немного кружилась. Шнур натянулся, дернулся, резко остановился и неохотно пополз вверх. Нервы Макэлроя напряглись до предела. Он начал медленно карабкаться наверх, опираясь носками башмаков и руками о неровную стену и стараясь, чтобы камни упряжи не зацепились за какой-нибудь выступ. Вскоре край пола оказался прямо над ним, и он мог дотянуться до него пальцами. Булыжники над головой пришли в движение.

И вот он уже перевалился через край, цепляясь за смещающиеся камни. На удивление сильные руки Викки помогли ему отползти от края обрыва. Булыжники позади него сорвались в пропасть и разбились далеко внизу.

Они долго стояли молча. Во время падения на пол вестибюля Викки во многих местах поранилась; из царапин сочилась кровь. Держа СПАД в руке, Викки смотрела на него со смесью благоговения и отвращения:

– Не стоит эта железка того, Макэлрой. По большому счету.

– Ты права.

Тон его голоса заставил ее пристально поглядеть на него.

– Что вы хотите этим сказать?

"Она не знает о приводных двигателях", - вспомнил он. Викки и Стоун ушли от модуля за Уилером до того, как появилось сообщение на экране дисплея.

– У нас есть СПАД, - сказала она, повышая голос.
– Это все, что было нам нужно. Теперь мы можем выбраться отсюда.

Глаза ее сузились:

– Так?

– Час назад мы смогли бы. Сейчас слишком поздно.

Макэлрой вкратце рассказал ей о разбалансировке приводной системы вследствие отсутствия СПАДа и возможном взрыве двигателей.

– Приводная система достигла критического предела пятнадцать минут назад.

Сначала Макэлрой думал, что Викки лопнет от распиравших ее эмоций. Но затем черты ее лица приобрели выражение какого-то фаталистического спокойствия.

– И ничего нельзя сделать?

Он пожал плечами:

– Так или иначе, нам нужно возвращаться. Ничего другого нам не остается.

– Может быть, уже прибыла помощь с "Грейванда"?

– Может быть. Давай-ка взглянем на Тома.

Стоун был еще жив, что даже несколько удивило Макэлроя. Челюсть Тома распухла и почернела. Одна рука была определенно сломана. Возможно, еще несколько выбитых зубов и трещин в ребрах. Не смертельно, но достаточно для того, чтобы продержать его в постели несколько дней.

Макэлрой поймал себя на этой мысли: "Несколько дней в постели. Это даже смешно..."

Но ему не хотелось смеяться.

Больше часа им понадобилось, чтобы дотащить Стоуна к модулю.

Они привели его в чувство с помощью стимуляторов из аптечки Макэлроя, но волочь Тома вверх по длинной лестнице и через пустыню под палящим солнцем, против швыряющегося песком ветра было необычайно трудно. О том, чтобы остаться внутри гробницы, не могло быть и речи. Когда они уложили Стоуна на циновку в тени утеса и забрались в модуль, силы почти оставили их.

Викки натянула свой форменный комбинезон и рухнула в кресло. Лицо ее сверкало от пота.

– Еще есть время?

Макэлрой пожал плечами:

– Минут несколько. Успеем выпить по чашечке кофе. Не желаешь?

– Не откажусь.

Он неторопливо подошел к кофеварке и налил две чашки.

– Сахар?

Она покачала головой, не глядя на него. Макэлрой передал ей чашку и сел в кресло управления. Снаружи солнце жарило пустыню, опускаясь наконец за горизонт. Порыв ветра ударился о корабль. "Уилер оказался прав, сказал себе Макэлрой, - с падением температуры ветер усилился. Впрочем, теперь это уже не имеет значения". Они сидели в тишине, потягивая кофе. Макэлрой почувствовал потребность сказать что-нибудь важное и мудрое в эти последние минуты. Но на ум ничего не приходило, и он отбросил эту мысль. Ему доводилось слышать, что люди часто принимали смерть тихо, используя внутренние резервы успокоения, которые приглушали шок и позволяли им приблизиться к последней черте с чем-то вроде величественного достоинства. Макэлрой вовсе не чувствовал себя обманутым и разгневанным. Оставались чувства большой потери и беспомощности, но он держал это все внутри. Не стоило произносить напыщенных речей и неистовствовать. Он примет смерть достойно, но без внутренней самоуспокоенности.