Чтение онлайн

— Вот ведь гад! — задохнулся от ненависти Ликостратов. — Тут последние командировочные выкидываешь на такси, а он… Финансовое положение ему поправить! Да я тебе сейчас харю поправлю, сволочь!

— Спокойно! — остановил приятеля Данилов. — Мы еще не разобрались во всех деталях. Значит, вы, Тропинин, получили взрывное устройство. Где же оно?

— Хотите войти в долю? — ехидно поинтересовался авиамеханик. — Так у вас ничего не получится, вас никто не пустит на борт. Это я должен был поставить устройство в определенное место. Но вы-то его не знаете! Устройство небольшой мощности, но оно вывело бы из строя электронику, нарушив управление самолетом, и он не смог бы набрать высоту. Представляете — взлет, рев моторов, весь аэропорт, затаив дыхание, наблюдает за стартом красавца-лайнера, но тут с земли подается радиосигнал, на борту небольшой взрыв, который, скорее всего, даже не будет услышан с земли, самолет клюет носом и через несколько секунд падает. Взрыв, клубы дыма, рев пожарных машин…

— Вот сволочь! — не унимался Ликостратов.

— Только теперь этим планам не суждено сбыться, — успокоил его Данилов. — Где бомба, Тропинин? Отдайте ее нам, иначе не видать вам медицинской помощи. Клянусь, вы сдохнете тут!

— У вас нет опыта работы со взрывными устройствами, — заявил авиамеханик с едва замаскированной издевкой. — Думаю, не стоит и начинать.

— А вы не думайте, — начал закипать Данилов. — Мне эта канитель надоела. Или вы немедленно передаете нам взрывное устройство, или мы вас здесь прикончим. У нас не остается выбора, мы должны любой ценой предупредить террористический акт. У вас тоже нет выбора, Тропинин, — с этими словами он поднял пистолет и направил его прямо в лоб авиамеханику.

Даже когда вооруженный человек блефует, его жертве становится не по себе. Сейчас же Тропинин уловил в голосе Данилова некие особенные интонации, которые убедили его в том, что журналист действительно готов на все.

— Да черт с вами! — сказал он презрительно. — Пользуйтесь. Вам все равно не доказать, что я собирался взорвать самолет. Я буду все отрицать. А Молчанов мертв.

— А обстоятельства, при которых мы вас взяли?

— Что-нибудь придумаю, — небрежно бросил Тропинин и ткнул рукой куда-то в сторону: — Пошарьте вон там под брезентом…

Данилов сунулся туда, нащупал плоскую коробку с шероховатой поверхностью, вытащил ее и увидел некое подобие компьютерного планшета — с экраном и кнопками. Он вопросительно уставился на Тропинина.

— Ну что? — раздраженно спросил тот. — Что вам опять непонятно? Заряд замаскирован под обычный планшетник. В нужный момент включается питание, фальшивый планшет помещается в определенное место, а при старте он ловит радиосигнал, который приводит его в действие… Завтра утром при заключительной проверке систем самолета я бы без труда установил эту штуку и обеспечил бы себя до конца дней. Но теперь по милости таких идиотов, как вы, мне придется влачить жалкую жизнь…

— За решеткой, — ехидно вставил Ликостратов.

— Не факт, — спокойно ответил Тропинин. — Не факт, уважаемый… И вообще, вы сначала выберитесь с этой калоши… Уверены, что у вас получится?

Ликостратов и Данилов ошеломленно уставились друг на друга. Они вдруг с пугающей ясностью осознали двусмысленность своего положения — противник был обезврежен, бомба была в их руках, но они сами находились в ловушке, в запаянной консервной банке, уносящейся по течению в неизвестном направлении.

Данилов сунул пистолет за пояс, схватил Тропинина за ворот и сильно встряхнул:

— Кто эти люди? Кому принадлежит баржа? Куда направляется? Отвечай, скотина!

Тропинин застонал от боли и, запрокинув голову, прохрипел:

— Отпусти, гад! Отпусти! Откуда я знаю, кто эти люди, идиот?! Мне назвали место и время. Я пришел, мне передали вещь — остальное меня не интересует.

— Почему ты не ушел с баржи сразу? — спросил Данилов.

— Было оговорено, что разойдемся порознь, с интервалом в пятнадцать минут, — мрачно объяснил Тропинин. — Первыми ушли они. Я ждал своего времени, а тут появились вы…

— Ну, и что будем делать? — обратился Данилов к Ликостратову. — Нужно выбираться. Неизвестно, что они затеяли. Отойдут подальше от города, и…

— Наверняка так и задумано! — с жаром подхватил Ликостратов. — Они собираются нас прикончить, а этот гад вернется и выполнит свое грязное дело!

— Уже не выполнит, — возразил Данилов. — Куда он годится с огнестрельным ранением? И вообще, у руководства нашей делегации к нему наверняка накопилась масса вопросов. Нет, он уже не игрок! Жало мы им все-таки вырвали!

— Значит, прикончат всех, — вынес вердикт Ликостратов. — Хрен редьки не слаще.

— Наградой тебе будет осознание того, что ты не зря умираешь, — успокоил его Данилов. — Может быть, нас даже наградят посмертно.

— Посмертно — это детям утешение, — заметил Ликостратов. — А я детьми-то как раз и не обзавелся.

— Я тоже, но сейчас это, пожалуй, даже хорошо. Некому будет оплакивать наши бренные останки.

— Плетешь ты, Данилов, невесть что! Думай лучше, как нам выбраться отсюда!

— Почему я должен один думать?! Между прочим, из-за твоего разгильдяйства нас здесь заперли…

— Что, ребята, нелегко быть героями? — язвительно поинтересовался снизу Тропинин. — Будьте уверены, уж теперь-то с вами разделаются по полной программе! Теперь вам уже не повезет! Остается утешаться тем, что вы отобрали у меня бомбу…

— Стоп! — сказал вдруг Данилов, торжествующе глядя на Ликостратова. — Есть идея! Люк задраен, и нам его не осилить. Если только не попробовать рвануть его бомбой!

Ликостратов уставился на него, наморщив лоб. Заволновался и Тропинин. Он сразу забыл свой снисходительный тон и торопливо сказал:

— Вы что, мужики, сдурели? Как вы заставите сработать детонатор?

— Да заставим как-нибудь! — огрызнулся Данилов. — Из пистолета обстреляем. Сдетонирует, как миленький!

— Даже если у вас получится, то вы просто наделаете беды. Взрыв может потопить баржу…

— Ты вроде плел что-то о небольшой мощности, — нахмурился Данилов. — А теперь у тебя получается, что этой штукой можно корабли топить…

— А какие гарантии? — с горячностью спросил Тропинин. — Я вообще-то не взрывник, не сапер, я — авиамеханик. Мне сказали так, а что будет на самом деле — кто знает? Вдруг эту калошу разнесет вдребезги? Все ведь погибнем!

— Трясешься за свою шкуру, иуда? — презрительно проговорил Ликостратов. — Стоило бы тебя утопить в этой вонючей Сене! Только вот мы-то почему за тебя страдать должны? — Он повернулся к Данилову и с беспокойством напомнил: — Леша, если взрывать, то надо взрывать скорее. Чем дальше мы отойдем от Парижа, тем легче будет с нами расправиться. Если не люк, то давай заложим заряд в двигатель. Выведем из строя мотор, привлечем внимание…