Чтение онлайн

— Очнулся? — Тёмыч взволнованно оглядел моё запакованное ремнями тело.

— Освободи меня, — потребовал я.

— Извини, не в моей компетенции, — отрезал младший.

Рука непроизвольно напряглась, я попытался выяснить, смогу ли вырваться. Потому что нехрен пеленать! Я чувствую ЕЁ близость и уж, как-нибудь, найду силы подобраться ближе к своей Аньке.

— Титановые наручи и титановый обод, — флегматично просветил Чёрный. — Как ни старайся, вырваться не получится.

— Уверен? — наивняк! Ведь теперь я знаю, на что способна та самая звезда, вплавленная в мою грудную клетку…

Блуждающий импульс ощутился сразу. Потоки крови подхватили его и понесли сначала к правому запястью, я — правша. Наручень дёрнулся, начал нагреваться… я помню… температура плавления титана — тысяча шестьсот с хером градусов, ну а чем чёрт не шутит? Или кто там постарался над моей супер силой?

Тепло исчезло так же быстро, как и появилось, наручень начал охлаждаться. Мне не с руки было чувствовать холод, пламя как-то ближе… наверное поэтому я вновь почувствовал лёгкий ожог и стремительно прибывающую температуру в правом запястье.

Тихий, тёмный проулок. Ни единой души, лишь чёрное небо с клубящимися облаками, несколько крючковатых деревьев, наш ли это мир?

Она резко отпрянула, ощущая желание вцепиться в горло этому огромному и, почти, непобедимому человеку. Парень тут же дёрнулся в её сторону, не желая даже на мгновенье терять то самое чувство достигнутой цели, желанных прикосновений.

Зашипела, отодвигаясь всё дальше. Чувствительные рецепторы получеловека учуяли приближение кого-то извне, сверху спускался зверь. Он прыгал, растеряв все инстинкты самосохранения, словно спасая единственное дорогое для него существо.

— Кудааа? Не обижу, — парень не замечал собственного преображения. Не замечал, как нарастают мышцы на и так нехрупком теле. Не замечал, как лицо, руки, спина стали покрываться бурым мехом. Не замечал, как вместо слов вырывается рычание. Подслеповатые глаза видели только стройную фигуру, разрываемую лучами холодного света. — Аня! Аняяя моя!

Он попытался приблизиться, тут-то незадачливая Пятнашка прыгнула на дюжую холку, да и попалась в лапы преобразившемуся человеку, а ей так хотелось спасти Инди.

Ярость! Неуправляемая, звериная, неистовая захлестнула обернувшегося медведя, обвисшая рыська обречённо ожидала расправы, даже не пытаясь вывернуться из могучих лап царя тайги. Монстр уже почти занёс когти, у него был план — разорвать вмешавшуюся не в свои дела рысь, именно в этот момент раздался утробный рык.

— Ты… что творишь?! — упс, Артёмка таки засёк мои попытки освободиться.

— Я же просил тебя по-человечески: отпусти, — потирая освободившееся запястье, напомнил ему, лишь бы не всполошился раньше времени и вновь не воспользовался транквилизаторами.

Взгляд Чёрного обеспокоенный, но совершенно лишён паники или страха, будто он удивлён, обескуражен, однако не в панике.

Артём хмыкает, совершенно не заботясь о возможных проблемах, просто подходит ко мне и начинает снимать оставшиеся путы.

— Прежду чем мчаться к ней, — деловито освобождая меня от титановых поножей повествует Арт, — ты должен знать некоторые подробности.

Хмыкаю и упрямо мотаю головой в отрицательном жесте. Не хочу, чтобы Чёрный даже предположил возможность моего отступления от Аньки.

— Когда мы вас обнаружили, твоя шея была разорвана и обильно выдавала, пожалуй, литры крови.

Только сейчас я ощутил повязку на шее и, чуть отодвинув рукой бинты и пластырь, потрогал вполне целую кожу. С молчаливым вопросом мои глаза вновь вернулись к говорившему чушь Арту.

— О нет, нет, нет! Не верь глазам своим, на месте пластыря была огромная рваная рана! Регенерация, произошедшая почти сразу после вашего разделения, теперь скрыла следы клыков твоей подружки. А вот за руку, — Чёрный кивнул в сторону перевязанной руки, — тебя тяпнула на прощание питомица Москалёвой.

Все части памяти вернулись в свои ячейки, предоставляя чёткую картинку.

Роскошная серебристая шкура была не просто уместной, она была необходима для завершения образа. Изумительные движения большой королевской рыси заворожили медведя, чем и воспользовалась забытая Пятнашка. Быстро дёрнувшись, она выскользнула из ослабевшей лапы захватчика, чуть цапнула его и ловко ускакала к своей королеве.

Медведь тяжело упал на четыре лапы, совершенно растеряв всю агрессию. Приветливо потянул носом в сторону приближающейся красотки. Он не заметил злого красного огня у таёжной хищницы, а зря! Добра она ему не желала.

Когда до ставшего вдруг очень дружелюбным медведя оставался какой-то метр, царственная рысь внезапно остановилась и чуть приосанилась, словно задумавшись о дальнейшем поведении. Но косолапый дурень, жалобно рыкнув, осмелился сделать пару неуверенных шагов навстречу, вот тогда его и настигла ярость дикой кошки. Хищница остервенело рвала бурую шерсть, помогая себе лапами, а огромный монстр, словно способствуя желанию рыси забрать свою жизнь, завалился на спину и лишь жалобно скулил. Он даже не делал попыток освободиться.

Внезапно, таёжная кошка оторвалась от противника, окровавленная морда разглядывала приближающихся людей. Звериные инстинкты, так внезапно нахлынувшие, вдруг отступили, а вместе с ними менялся и внешний мир. Темнота потеряла свою глубину, закоулок приобрёл очертания грязной и заброшенной, но всё-таки городской улицы.

— Отец! Только не переусердствуй! Мы не знаем природу их происхождения!

— Она убивает его! Одного заряда будет мало! Девка очень сильна!

— Стелла! Не смей! Вспомни о своём ребёнке! — этот вскрик принадлежал женщине и был знаком…

Перед помутневшим взором Ивана проносились тени, кто-то кричал, что-то хлопало. Голова рыси резко дёрнулась, будто от прилетевшей оплеухи, и мягко опустилась на его грудь. Теряя сознание, Вершинин из последних сил прижимал к себе обмякшую Индиану.

— Где она? — почти спокойно спрашиваю Чёрного, а самого трясёт от желания разнести здесь всё в клочья.

— У нас спецборт, мы здесь перевозим тяжелобольных людей, и знаешь, у многих нет такой ох…й регенерации, — чуть нервным голосом ответил Чёрный. — Ты вполне здоров и готов к действиям. А теперь пошли к твоей зазнобе. Кстати, по дороге посмотри, кто летит с нами, глядишь, поумеришь свой пыл и передумаешь тут всё разрушать.