Индийская философия
Шрифт:
45. Тогда Арада, кратко и понятно, в соответствии с шастрами, разъяснил ему ту же самую дхарму, [но] другим образом:
46. «Оставив вначале дом, этот [отшельник] принимает знаки нищенствующего монаха и дисциплину, охватывающую все [правильное] поведение.
47. Утвердившись в высшей удовлетворенности, — что бы он от кого ни получил, — он почитает уединенные места, освобождается от [всякой] раздвоенности [406] и действует как знающий шастры.
48. Затем, видя опасность страстей и высшее благо бесстрастия и подавив все чувства, он работает над успокоением ума.
406
Подразумеваются, вероятно, в первую очередь различения состояний приятного — неприятного, но также добра и зла и всего того положительного и отрицательного, что актуально, с точки зрения гностика, для «обычных людей».
49. И тогда достигает первой дхьяны, которая рождается от различения, свободна от страстей и таких [пороков,] как злоба, и включает активность разума.
50. Достигнув счастья той дхьяны, [свободно] размышляя то об одном, то о другом, простодушный уносится этим, ранее не испытанным блаженством.
51. И благодаря такому спокойствию, отрицающему вожделение и ненависть, он достигает мира Брахмы, обманутый [этой] удовлетворенностью.
52. Но [подлинно] знающий, познавая, что и рассуждения ведут к волнению ума, достигает дхьяны, свободной от них и сопровождаемой приятностью и блаженством.
53. И кто, уносимый этой приятностью, не видит высшего, достигает лучезарного места среди богов абхасваров [407] .
54. Но кто отделяет от этого „приятного“ счастья „разумное“ [408] , достигает третьей дхьяны — блаженства, [уже] не связанного с приятностью.
55. Кто же [и здесь,] поглощенный этим блаженством, не стремится к высшему — получает блаженство, общее [с тем, которое вкушают] боги шубхакритсны.
56. Но кто, обретя и такое блаженство, не ликует и равнодушен — достигает четвертой дхьяны, лишенной и блаженства, и страдания.
407
Названия приводимых классов божеств (здесь и в п. 55, 58) соответствуют их предполагаемой природе, на которую намекают соответствующие стихи: абхасвара — «лучезарные», шубхакритсна — «всеблаженные», брихатпхала — «имеющие великие плоды». Первые два класса божеств фигурировали уже в «Брахмаджала-сутте» и в «Маханидана-сутте» (см. выше), что ставит нас перед дилеммой: заимствовали ли буддисты их у протосанкхьяиков-йогинов или учение последних уже «форматируется» Ашвагхошей в буддийских реалиях?
408
В тексте: Yastu pratisukhattasmadvivecayati manasam.
57. При этом некоторые воображают, что здесь [уже и есть] освобождение, так как оставлены радость и страдание, и мышление прекращается.
58. Но те, кто исследует „великое созерцание“, говорят, что и у этой дхьяны есть плод, пусть и такой, как долговременное пребывание с богами брихатпхалами.
59. Мудрый же, видя, по выходе из медитации [409] , беды [всех тех,] у кого есть тело, восходит к знанию, [предназначенному] к уничтожению тела.
60. Отбросив ту [последнюю] дхьяну и решившись на высшее, мудрый точно так же отстраняется и от материальной формы, как [прежде] от страсти.
409
Глагол tha + vyut имеет специальное значение выхода из медитации (как своего рода «выплывания» из глубины).
61. Вначале он создает [для себя] образ отверстий этого тела [410] , а затем идею пустоты даже плотных вещей.
62. Другой же мудрый, „сжав“ Атман, ставший пространством [411] , смотрит на него как на бесконечного и достигает более высокой [ступени].
63. Иной преуспевший в изучении Атмана, устранив Атман Атманом же, видит: „Здесь ничего нет“ — таковым считают „[созерцание] ничто“ [412] .
410
Подразумевается, вероятно, медитация, в ходе которой адепт представляет себе собственное тело как «состоящее» из одних «пустот».
411
В данном случае вызывает затруднение сочетание двух диаметрально противоположных движений: «распространения» себя и «сжатия». Видимо в данном «трансе» йогин должен представлять себя уже не ограниченным своей телесной оболочкой, но как бы сливающимся со всем миром.
412
В тексте: Akimcanya iti smrtah. Видимо, эта дхьяна соответствует более всего той «продвинутой» медитативной практике, которую преимущественно и соотносят с Арадой Каламой тексты Палийского канона.
64. Потому и говорится: „познающий поле“ освобождается, извлекаясь из тела, как сердцевина из тростника [413] или птица из клетки.
65. Это и есть тот самый высший Брахман — лишенный знаков, прочный и неубывающий, которого мудрые знатоки начал [414] зовут освобождением.
66. Вот я и показал тебе средство [освобождения] и [само] освобождение: если ты все понял и [тебе это] нравится, приступай к делу как следует.
413
В тексте: munja — вид тростника или осокообразной травы.
414
Подразумеваются начала мира согласно учению санкхьи.
67. Джайгишавья, Джанака и старец Парашара [415] , став на этот путь, освободились, а также и другие, [ныне] освобожденные».
68. И эту его речь постигнув и осмыслив, опираясь на силу, обусловленную [результатами] прежних [существований, царевич] дал следующий ответ:
69. «Я выслушал это учение, становящееся все более тонким и благостным, но, по причине сохранения [в нем] „познающего поле“, считаю его неудовлетворительным.
70. Даже освобожденного от „модификаций“ и „природ“ „познающего поле“ я считаю сохраняющим свойства и произрастания и плодоношения.
415
За именами Парашары и Джайгишавьи стоят реальные традиции йогической практики, а также и самой теории этой практики — аскетики, о которых свидетельствуют и тексты «Махабхараты», и комментарий к «Йога-сутрам», и буддийские источники.
71. Ведь если Атман считается освобожденным по причине [своей] чистоты, то он ввиду сохранения причинных [связей] вновь окажется закабаленным [416] .
72. Как семя не прорастает при отсутствии [соответствующего] времени года, почвы и воды, но прорастает при наличии этих причин, таким же [точно] образом я мыслю и его.
73. И если считается, что освобождение есть результат избавления от действия, неведения и желания, то полного устранения [всего] этого при наличии Атмана быть не может.
416
О каких именно «причинных связях» идет речь, определить непросто, но скорее всего подразумеваются последствия тех неведения, действия и желания, о которых речь пойдет в п. 73, и которые неискоренимы, как считают буддисты, при допущении любой идеи Атмана, санкционирующей, по их мнению, «самость» и привязанности.
74-75. Ведь если желаемое мыслится как постепенное избавление от этих трех, то там, где сохраняется Атман, они [также сохраняются, пусть и] в тонком состоянии, освобождение же воображается [сообразно твоему учению] уже наступившим при наличии [лишь] „утончения“ пороков души, бездействия сознания и долголетия.
76. И если считается, что оно есть избавление от самости, то при наличии Атмана это избавление наступить не может.
77. Не освобожденный от таких качеств, как размышление и прочие [417] , он не может быть бескачественным, а потому при отсутствии „бескачественности“ нельзя говорить и о его освобожденности.
417
В тексте: samkhyadibhiramuktasca… Слово samkhya, означающее в первую очередь «число» (отсюда и название традиции санкхьи — «то, что основывается на исчислениях начал»), в текстах «Махабхараты» очень нередко имеет значение «размышление». Скорее всего, оно имеет таковое значение и здесь: Будда, вероятно, подразумевает, что Атман именуется у Арады Каламы «познающий поле» (см. выше).
78. Ведь носитель качеств не может выйти за их пределы — не наблюдается же огонь, лишенный цвета и жара.
79. Воплощенного не может быть до тела, а носителя качеств до качеств, а потому воплощенный и будучи вначале освобожденным, будет закабален снова [418] .
80-81. А если „познающий поле“ лишен тела, то он или познающий, или непознающий. Если познающий, то у него должно быть и познаваемое, а при наличии последнего он не освободится. Если же непознающий, то зачем вам измышлять [еще] Атмана, ибо и помимо Атмана [прочно] установлена бессознательность таких вещей, как полено, стена и т. д.
418
Аргумент Будды состоит, вероятно, в том, что если Атман определяется как «воплощенный» или «обладатель тела» (dehin), то он на самом деле не может избавиться от связи с телом (подобно тому как огонь не может избавиться от жара) и, следовательно, от сансары (даже если возникает иллюзия его временного освобождения).
82. И если [в твоем учении] устранение все большего и большего считается желаемым, то думаю, что при устранении всего и будет достижение цели!» [419] .
83. Так, познав учение Арады, не удовлетворившись им и распознав его непоследовательность [420] , царевич покинул [его].
84. Желая услышать нечто высшее, он направился в обитель Удраки, но вследствие и его приверженности Атману, не принял и его воззрения.
85. Ведь молчальник Удрака, познав пороки и сознания, и сознающего, допускал нечто высшее, чем ничто — путь, ведущий за пределы и сознания, и не-сознания [421] .
419
Будда хочет сказать, что, поскольку Арада поэтапно освобождает Атмана от всех жизнепроявлений, в том числе познания, воления, желания (которые берут на себя отдельные диспозиции сознания — см. выше), то было бы последовательно вообще отказаться от его существования, полностью заместив его автономными психоментальными функциями, что и осуществилось в буддизме.
420
См. прим. 195.
421
Сознание в месте, посвященном Удраке, обозначается как samjna, не-сознание — как asamjna.