Чтение онлайн

Первачи — первокурсники — самые бесправные существа академии. Делай с нами что хочешь: издевайся, бей, даже насилуй — слова никто не скажет. Пока у тебя нет защиты, ты никто. Решил влезть в эту клоаку — будь готов, что будет больно и обидно. Это касалось всех, кто не мы — прогибаться никто из нас не умел и не собирался этому учиться.

Хотя, к слову, Кристину я бы нагнул — это было в моих личных планах. И Свету, конечно же, тоже — но тут все стало сложней, и намного, в свете последних событий. Впрочем, нет не дающих, есть плохо просящие.

Дальше Насте вдруг пришла идея провести фотосессию в таком замечательном месте, как это. И пофиг, что эти фото не утекут в сеть, и их не увидит мир — для внутреннего пользования можно.

Эта идея привела Гиви в восторг, и он разразился кучей идей, которые на пьяную голову были восприняты девушкой вполне благосклонно. Настя рванула переодеваться, наш горячий парень готовить площадку — конечно же, съемка предполагалась в бикини или, если повезет, топлес. И конечно же, на живописном фоне деревьев, пруда или еще чего-то там. Конечно же, подальше от чужих глаз — наших, то есть. Он уже пустил слюни, что Настя ему даст, прям не сходя с места.

А я что? Мне пофиг. Во-первых, я уверен, ему ничего не обломится — она не настолько пьяна, да и вообще, крайне избирательна в отношениях. Кривдин не в счет — холостые выстрелы встречаются у всех. Ну, и во-вторых, когда надо было реально затащить бабу в постель, Гиви растекался медом, а многим темным дамам это не нравилось. Они у нас жесткие и предпочитают силу в отношениях, а не словесную пыль.

— Не обломится ему, — словно эхо повторила мои мысли Танька. — Дал бы ты ему пару уроков, что ли…

— Это еще зачем? У него вроде и так все получается, пусть и не со всеми.

— А затем, что на него иногда больно смотреть. Вот взять тебя — не был бы ты моим другом, я бы уже скакала на твоем члене, без перерывов на обед. От тебя веет силой, властью и животной похотью, от которой у нормальных баб коленки дрожат, а ноги сами разъезжаются.

А глядя на этого, хочется его пожалеть, погладить по голове, но никак не залезть в штаны. Поэтому он и обломается с любыми сильными по духу женщинами. Впрочем, я бы ни при каком раскладе за него не вышла, хотя, признаюсь, раньше иногда думала об этом.

— Это еще почему?

— Да у них в семье царит махровый патриархат! Женщины — бесправные существа, которых крайне редко выводят в общество. Шагу самостоятельно не могут ступить. Сидят в золотой клетке и всем довольны. Поэтому они и женятся на всяких из обедневших родов.

— Ну, у нас ситуация иная.

— Верно. У вас вообще бывает редко больше одной жены. Думаю, это связано с проклятием Дара. Однако с тобой все по-иному — заметь, раньше мы часто ругались, спорили и даже иногда дрались. А сейчас нет. То ли твой дар стал более контролируемым, то ли перерос во что-то другое, что позволяет тебе не создавать вокруг себя хаос.

— Ага. Хаос у меня внутри. Веришь — нет, но за последнее время я ни дня не прожил спокойно. Все время куда-то бегу, сражаюсь, отбиваюсь. Минуты затишья воспринимаю только как передышку перед новым боем. Бесит это сильно. Хочется уже тормознуть, оглядеться, отдышаться. Но нет. Хотя, я не жалуюсь — так даже лучше. Всегда готов к любым неожиданностям — хоть к свадьбе, хоть к похоронам. И даже своим.

— Вот за это я тебя люблю и уважаю. Ты изменился, и мне это нравится. Настоящим мужиком стал. И задницу подкачал — как орех, не сразу и сожмешь.

— Да понимаю я. Но иногда хочется побыть таким, как Гиви, например. А он, смотри — Настю снимает, болтает без умолку, вынося мозг. И ей же это нравится — она расслаблена, потому что не чувствует угрозы. Воспринимает его просто как, ну, типа агента, которому за это деньги платят. Переспит она с ним? Вряд ли. Будет ли хорошо общаться? Очень вероятно.

Со мной же все было бы не так — если с ним вот это все она воспринимает именно как фотосессию и возможность развлечься, то если бы это делал я, она бы рано или поздно полезла ко мне в штаны. Потому как меня воспринимает не как друга или приятеля, а именно как партнера.

— Ну, так вы же с ней помолвлены, так что все логично. Или нет?

— До недавнего времени это нам обоим было не нужно, и Настя даже сама настаивала на разрыве. А теперь вот не хочет.

— Отодрал?

— Было дело. Злой был, пар надо было выпустить, а тут она… Кстати, не знаю, откуда я знаю, но у нас гости. И кажется, сейчас будет драка.

И в такт моим словам сильные удары, сотрясшие ворота, бесцеремонно нарушили нашу идиллию…

Глава 20

— БАМ! БАМ! БАМ!!! — сотрясались створки ворот от внешних ударов. Кажется, незваные гости их собирались сломать, а я такого не люблю. Потом еще плати за восстановление.

— Что за лев этот тигр, что так бесстрашно долбится ко мне? — задал я риторический вопрос, после чего, хрустнув шеей, отправился к воротам.

Танька двинулась следом — эту хлебом не корми, дай подраться. К тому же алкоголь напрочь отключил остатки тормозов у меня, а у нее их с рождения не было.

Подхожу, делаю паузу и резко открываю дверь. Мудак с уже занесенным кулаком промахивается, летит вперед, я чуть сдвигаюсь в строну, отвешиваю ему поджопник для ускорения и… Здравствуй, земля, блудный сын вернулся с пастью, полной травы!

— Раздоров!!! — рычит еще один незнакомец, белобрысый, облаченный в идиотскую мантию с завитушкой на плече.

— Именно так, незнакомый мне идиот в дебильной одежде.

— Я глава дисциплинарного комитета Роман Рюрикович!!! — шаг вперед, и он оказывается внутри.

Двое его любовников протискиваются следом… Третий все так же лежит на траве и думает о прекрасном. Или нет — кажется, он потерял сознание от счастья, увидев такую красоту.

— Тань, это он меня, типа, напугать хочет или чувство собственного величия чешет?

— Ой, не знаю, Видар. Наверное, пугает, окаянный. Или мстит за откусанные пальцы.

— Точняк. Мстишь гад прикрываясь должностью?!!!

— Запрещено без спроса хозяина входить на территорию дома класса Идеал, — появился Гиви. — Поэтому пошел в жопу, светляк.