Чтение онлайн

Более мелкие блоки неправильной формы – вариация полигонального типа – также использовались в стенах, окружающих храмы и дворцы, и в опорных стенах. А иногда строители применяли комбинацию стилей кладки и типов камня в одной стене – при этом выявлена высокая корреляция физических свойств камня с типами кладки, и типов кладки – с функциональной прочностью.

В то время как многоугольные блоки требовалось тщательно обтесывать и подгонять, чтобы они соответствовали друг другу, обработка прямоугольных блоков могла заключаться в простой шлифовке методом истирания, после чего блоки были уже приблизительно подогнаны. В любом случае с краев затем снимали фаску, чтобы усилить эффект «завершенности» отшлифованных до гладкости затопленных стыков. Вес камней как при полигональной, так и при горизонтальной кладке уменьшался с возрастанием высоты.

При постройке стен использовались рычаги и наклонные земляные насыпи: самые тяжелые камни втаскивали по насыпям, доведенным до высоты стены, подкладывая деревянные кругляши. Строители также использовали небольшие толстые бронзовые ломики, именуемые чампи, чтобы обтесывать на месте камни, которые были слишком тяжелыми для поднятия их вручную. Ломы были достаточно прочными, чтобы пользоваться ими при перемещении каменных блоков, весящих 10–20 тонн, и упирались в небольшие выступы, оставленные на камнях, чтобы поднимать их на место. Эти бугорки обычно выступали снизу на поверхности камня, и иногда их оставляли в качестве декоративных деталей, вместо того чтобы отбивать.

Хотя инкские строители знали технику применения металлических скоб, которая была известна еще в среднем горизонте в Тиауанако, они редко пользовались ею, кроме, возможно, некоторых случаев в Кориканче и в храме Ольянтайтамбо, здание которого разрушили испанцы, искавшие «золото, которое строители заливали в трещины». Но на самом деле прекрасные стены возводили сухой кладкой, и между блоками нельзя было втиснуть даже булавку. В горах швы между камнями нередко обызвестлялись из-за влажной погоды, что, вероятно, и побудило испанцев заключить, что инки некогда использовали особый «клей». В то время как в некоторых стенах блоки были тщательно подогнаны как с внешней, так и с внутренней стороны, внутри стены камни слегка сужались, и щели заполняли небольшим количеством грязевого раствора.

Инженерные ухищрения мастеров-каменотесов хорошо иллюстрируются использованием техники замкового камня на стене в группе торреон в Мачу-Пикчу. Здесь очень искусный каменщик соединил торреон, полукруглое строение, с домом в два с половиной этажа. Стена, которая их связывает, выстроена из тщательно подобранных и пригнанных тесаных блоков из белого гранита. Среди прямоугольных по виду блоков нет математически правильных прямых углов или прямых линий. По прошествии времени дом, находящийся в южном конце стены, должен был отклониться от нее, отчего образовались бы трещины. Чтобы предотвратить это, каменотесы хитроумно сомкнули тесаные глыбы в точке наибольшего напряжения, изменив схему кладки – введя в практически прямоугольные ряды камни изогнутой формы, которые образовали серию скоб, долженствующих предотвратить соскальзывание обтесанных блоков и помешать дому отклониться.

Существовали способы изготовления и меньших по размеру каменных изделий, таких как топоры, навершия дубинок, прессы для дробления, ступы, пестики, каменные чаши, церемониальные блюда и статуэтки. Им придавали форму, обивая их каменными молотами и шлифуя песком и водой.

Скульптуры инков, отличающиеся превосходной пластикой, – это миниатюрные фигурки лам и альпака, пум и людей, вырезанных из камня или даже отлитых из бронзы, серебра или золота. Эти фигурки очень просты, однако отличаются выразительной стилизацией. Многочисленные небольшие статуэтки лам и альпака выполнялись из камня различного цвета и структуры, а в их спинах были выдолблены углубления, которые должны были наполняться жиром ламы или листьями коки – в качестве пожертвования. Дж. Роув предполагает, что искусно вырезанные каменные блюда предназначались также для ритуальных целей – чтобы собирать кровь принесенных в жертву животных. Некоторые из этих чаш были очень тяжелыми, но весьма гармоничными, смелых и необычных абстрактных форм, прекрасно отделанные и с полированной поверхностью. Другие были украшены рельефно выгравированными изображениями пум, змей, и в редких случаях вырезались целые сценки.

На территории Анд начиная с раннего горизонта (стиль чавин) большинство доступных металлов использовались для личных украшений или для религиозных пожертвований и ритуалов. Вскоре после того, как было изобретено литье, также появились медное оружие и инструменты. Как и все прочие американцы доколумбового периода, андские жители не применяли железо. Железо не встречается на земле в чистом виде, и нет ни единого свидетельства и, вероятно, не появится, что инки знали, как выплавлять железо. Если они наталкивались на тяжелые металлические руды, такие как красный железняк и метеоритное железо, то находили им применение.

Медь, олово, золото и серебро инки добывали в рудниках, а платину намывали в Эквадоре. Все золото, по обычаю, конфисковывалось правительством, и осуществляли это императорские уполномоченные: «Так как они ценили серебро и золото столь высоко, они приказали добывать его во многих краях провинций в больших количествах». Даже, как сообщается, посылали торговцев, чтобы те выискивали возможности для добывания металлов во вновь завоеванных провинциях. Сиеса утверждает, что, когда «множество индейцев отправляли на работу в шахты, остальных заставляли обрабатывать их поля», хотя нам известно из других источников, что в шахты стягивали рабочую силу из соседствующих провинций только на протяжении четырех месяцев в году, и работали там с полудня до захода солнца, поскольку холод на большой высоте был труднопереносим.

«Если кто-либо из индейцев в шахтах заболевал, он сразу получал позволение вернуться домой, и другой заступал на его место; но никого не отправляли в шахты, если он не был женат (не был главой семьи), так как его жены должны были заботиться о его пище и питье…. Кроме того, им было позволено на несколько дней в месяц прекращать работу, чтобы восстановить силы и отметить праздники. Этих индейцев замещали другие, когда наступал их черед». Эта выдержка, взятая из Сьесы, показывает, насколько велика была разница в описании тех же работ на рудниках, но уже под властью испанцев, которые выжимали из индейцев все силы, заставляя работать до тех пор, пока они не валились с ног.

Из-за того, что испанцами владела всепоглощающая страсть к драгоценным металлам, их наблюдения, естественно, сконцентрированы на этой теме. Хронисты упоминают три типа золотых приисков: такие, где золотые самородки были достаточно крупными, чтобы просто собирать их; рассыпи золотого песка, который необходимо было промывать, отделяя от земли; и третий тип – где золото смешано с другими металлами или вкраплено в породу. В записях Педро Санчо есть первые свидетельства очевидцев о том, как индейцы работали в шахтах около Чукиабо: «Шахты находятся в ущелье реки примерно на середине высоты склонов. Они сделаны наподобие пещер, входные отверстия которых получились при выскабливании земли [что было сделано] оленьими рогами, и затем ее выносили наружу в неких шкурах, сшитых в виде мешков [из шкуры ламы]… Для способа, которым они промывают [землю], они берут [струю] воды из реки, и на берегу они устанавливают очень гладкие каменные плиты, по которым пускают воду… и вода [отводимая по каналу] мало-помалу уносит землю, так что на каменных плитах остается только золото… Шахты уходят далеко в глубь земли [от 20 до 40 метров]… большая шахта, именуемая Уайна, уходит под землю на 80 метров. Они не имеют освещения и не шире, чем это необходимо, чтобы пробраться согнувшись одному человеку, и, пока тот человек, который находится в шахте, не выйдет наружу, никто другой войти не может. Людей, которые добывают здесь золото, до 50… от одного касика приходят 20, от другого 50… согласно тому, сколько у них есть… охрана [была установлена] вокруг шахт, чтобы ни один из тех, кто выносит золото, не мог уйти прочь незамеченным. Вечером, когда они возвращаются в свои дома в деревне, они входят через ворота, где стоят смотрители, отвечающие за золото, и от каждого человека они получают золото, которое у него с собой. Есть другие шахты, рассеянные по всей земле, похожие на колодцы, глубиной в рост человека, так что рабочий может просто доставать землю со дна и выбрасывать на поверхность».

Это сообщение было сделано первыми двумя испанцами, которые исследовали территорию Кольяо, когда они вернулись, принеся с собой землю, из которой добыли три песо золота. На основе этого испанцы рассудили, что после обучения индейцев более разумным методам разработки шахт они смогут получать до миллиона песо золота в год!

Обычай андских индейцев почитать все силы природы, достопримечательности местности, необыкновенные природные объекты проявлялся также и в их отношении к шахтам: рудные месторождения считались святилищами. Горам, которые содержали руду, как и самим месторождениям, поклонялись и приносили жертвы. Обитатели Анд молились им и просили их отдать свой металл. Для того чтобы эти уаки (святилища или святые места) давали больше металла, шахтеры в их честь устраивали религиозные церемонии, на которых пили и танцевали. Они не только поклонялись металлам, но и восхваляли породу, в которой те были найдены.

Инки выплавляли ряд металлов, используя уайра — цилиндрические печи, сделанные из терракоты с трубой из кирпича-сырца, примерно в метр высотой, с рядом отверстий по бокам. Раздробленная руда, переложенная древесным углем, помещалась внутрь уайры, и все это поджигалось. Руда выплавлялась на склонах, где была тяга от преобладающих ветров. Расплавленный металл оседал на дно и вытекал снизу цилиндра. Чтобы плавить и обогащать металлы, использовались и небольшие тигли.

Золотые и серебряные слитки отправлялись в Куско из Парна (Чили), Чукиабо (Ла-Пас) и Чукисака (Ла-Плата) – провинциальных столиц, расположенных в центрах наиболее богатых месторождениями округов. Некоторые металлы добывались в меньших количествах и во многих других провинциях империи. В то время как залежи олова были ограничены южными областями, медь, серебро и золото были распространены более широко.