Чтение онлайн

Очевидно, не только она - его, но и её саму заметили. Найра не одолела и пяти ступенек, как с разбегу налетела на что-то, что отбросило её назад, как резиновая стена. Тотчас вскочив на ноги, Найра снова кинулась вперед и вновь была отброшена невидимой преградой. А Инна, посмотрев через дорогу, увидела ничем не примечательного мужика, что не спеша шлепал по тротуару и уже поворачивал за угол дома. В свете ночных фонарей, тем более, с расстояния, его нельзя было разглядеть как следует. И все же у Инны возникла неколебимая уверенность: этот заурядный прохожий был Бог, и может быть даже - Сам Бог, и теперь она уверилась, что слова Найры об этом не были иносказанием или шуткой. Это было удивительно даже для нее, с её привычкой к чудесному и необъяснимому, и Инна замерла, не обращая внимания на призывы Найры. А та в отчаянии кричала, оборотив лицо к Инне:

– Инна! Помоги мне!.. скорее!..

– Чем?
– отозвалась наконец Инна, сердито и растерянно одновременно.

А Бог меж тем канул в темноте, и Найра, снова ринувшись на невидимую стену, пролетела её насквозь и чуть не покатилась по ступенькам. Она пробежала до самого тротуара и только затем остановилась, каким-то чудом удержав равновесие, и тогда повернулась к Инне и глядя снизу вверх произнесла с нехорошим выражением на лице:

– Ты не помогла мне.

– Чем? Чем я могла помочь тебе?
– раздраженно отвечала Инна.
– Я даже ахнуть не успела.

– Все равно, - холодно сказала Найра.
– Ты не захотела помочь мне.

Потеряв свой обычный задор, как-то вся насупившись, Найра сухо попрощалась не глядя в глаза Инне и Аните. Инна уже приготовилась к новому сеансу левитации, но нет. Как ни сердита на Инну была Найра, она не стала лишний раз подставлять её - просто отступила на шаг и слилась с тенью.

А следующим вечером у Инны была новая необычная встреча. Она возвращалась с прогулки по улицам Камска и почувствовала позади себя чьи-то кошачьи шаги. Обернувшись, Инна заметила мерцающие зрачки - они приближались, как-то толчками, как если бы зверь догонял её прыжками. Инна не особенно испугалась - Бенга трусил тут же рядом, и ещё у неё ведь был Ингорд, но все же насторожилась. Зверь поравнялся с ней, и тут Инна увидала, что это была рысь. Как только она её разглядела, тени сдвинулись, и рядом с Инной оказалась обычная девушка, её ровесница или немного старше.

– Привет!
– усмешка незнакомки определенно отдавала каким-то кошачьим оскалом.
– Как ты меня узнала?

– Топаешь как слон, - нарочно отвечала Инна.
– За квартал слышно.

– Ой, ой!
– обиделась рысь.
– Ты куда?

– Домой.

– А со мной не хочешь? Повеселимся!

– Нет, - отказалась Инна.
– Мне и так весело.

– Ну, до скорого!
– и рысь снова перешла на прыжки и убежала куда-то дальше по улице.

Только тогда Инна вспомнила слова Найры о какой-то рыси, в которую якобы влюбился Бог. Выходит, и это не было шуткой. Но Инна даже не задумалась, рассказать ли Найре об этой встрече. Она действительно не хотела помогать ей. И возможно, как раз в этом Инна была не права. И то сказать, она ведь не представляла, что это такое - жить народу целого мира, зная,

что его оставил

Бог.

Нет,

не сразу беседа

с богами - на это Саша Песков и не замахивался, он только выбрался на то свое место на набережной и расположившись там, как в прошлый раз, снова стал ждать знака. Он глядел туда, за леса на другой стороне великой реки, сам не представляя, что именно должно оттуда придти, но с какой-то внутренней уверенностью, что ему откликнутся. Долго ждать не понадобилось через какой-то десяток минут на той стороне в небе появилась темная точка. Она приближалась быстро, и вскоре Саша увидел, что это какая-то большая птица.

Птица приближалась - и судя по всему, направлялась точно на то место, где он находился. Саша уже мог её разглядеть, и хотя он как горожанин не был знатоком пернатых, но в этой птице безошибочно угадывался посланец из царственного рода - в оперении коричневого, даже бурого цвета и с распушенными на краях крыльями в узнаваемой орлиной распростертости. Птица подлетела и чуть ли не зависла в паре десятков метров у него над головой, а потом описала большой круг, двигаясь против солнца, и что-то крикнула. И тогда Саша Песков загадал, что если она сделает ещё один круг, то...
– он даже не знал, какое именно "то" - в общем, как бы знак, что это все для него и взаправду. Орел - или лунь - или канюк, или кем там ещё была эта большая птица - словно услышал его, и повторил этот круг и, будто в этом и была цель его появления, сразу же направился обратно, через реку, на ту сторону.

А дальше... Дальше произошло нечто немыслимое. Саша Песков вдруг обнаружил, что он тоже летит в этом белом небе - река и берег, откуда он только что смотрел на орла, внезапно оказались внизу, под ним, и все это произошло буквально во мгновение ока, не было никакого рывка или сотрясения, никакого перехода вообще, просто вдруг Саша Песков оказался там, где его глаза миг назад видели птицу - и вот как раз птицу-то он видеть перестал, исчез орел, а зато появилась какая-то ослепительно яркая звездочка - она летела справа и чуть выше его, а может, не летела, просто находилась там, и Саша Песков устремился к ней, даже не задумываясь зачем просто ему туда было н_а_д_о.

А давайте-ка последуем за этим путаником Сашей Песковым, - сказали четыре любопытные вороны, - чего эта птица забралась в наше небо? И ведь нет, чтобы податься в крыло ворона - куда! Записал себя, вишь ты, в орлы, такого он, видишь ли, полета! Высоко собрался, стало быть - а ну-ка, ну-ка, куда? Ах ну да, нацелился, конечно же, пробить хрустальную крышу - и пробивает ведь, гляди-ко, проходит как игла сквозь парниковую пленку, а что теперь - а теперь Земля уже не поймешь где, ни внизу и ни вверху, где-то в стороне, стало быть, эти небеса тот самый космос, да только он почему-то вовсе и не черный, какие-то фиолетовые с голубым переливы, наверное, это такое здесь полярное сияние, если это вообще цвета, а то больше похоже, что такой радугой во весь мир тут цветут чувства, перетекают одно в другое, но нет, не задерживайся, Саша Песков, красиво, конечно, но ещё насмотришься, накупаешься вдоволь, вон уже звездочка - снова там, впереди, зовет, а теперь куда? Ага, все ясно, конечно же - в туннель - ясно, тот самый, я умер, наверное, гадает про себя Саша Песков, но ему не страшно, молодец, чего бояться, лети, лети, звездочка-то все впереди!

И летит Саша Песков, и уже он у реки, а может, это озеро такое, вода тихая-тихая, чистая-чистая, и солнце откуда-то снова взялось, яркущее, а небо с ума сойти синь какая, но нет, все-таки река, за тишайшей из вод другой берег есть - туда или пока здесь пройтись? Пройтись-то пройтись, да ведь долго будет, лучше поплыть, где ещё так поплаваешь, вот так век бы руки раскинуть и плыть, а река сама все знает, принесет, но некогда, нельзя, долго, лучше опять на крыло, осмотреть все с высоты, и вот странно, нашелся край у реки и устье нашлось, а казалось, что нет их, а ещё чуть в стороне зверушек пропасть, смотри, запоминай, поэт Саша, может, когда потом встретишь, может, и тебя тоже узнают, и поговорить бы тебе, но нет, вот торопыга, уже снялся с места, уже дальше несет его - а теперь-то куда?

Ого, как махнул! В экую бездну - ни зги ведь ни видать, но уж лети, звездочка-то все зовет, авось, прояснеет, - и правда, правда, вот и звезд (если это звезды) в небе (если это небо) целая прорва, - сверкают, глазастые, видят Сашу, приветствуют, а вот и край неба, вот и море, другое, совсем другое, не тихой воды море, а то самое, п_о_с_л_е_д_н_е_е, у которого боги, - лети мимо, Саша Песков, узнавай, удивляйся, здоровайся, ты хоть и воробушком тут промелькнешь, а они, небось, все равно увидят, может, подарят что ни то, может, научат чему, может, дружить станут, да что там живой будешь - и то неплохо. Карр!.. ну, его-то Саша Песков должен знать, видал уже: стоит себе с удивлением в глазах, Сторож верхнего неба: все знает - _или не знает_, ему бы ещё тулуп на плечи да берданку в руки - ты бы и подарил, а, Саша? А вон подальше старая чертовка, запалила костер, бормочет, помешивает в котле, ах, варева-то будет, все зверушки придут, и мурашки, и былинки-травинки, и людская детка, и всякая иная - всем хватит, все изопьют досыта, вовек не расхлебать, - а старая, знай, бормочет - и только головой поодаль качает на сумасшедшую хозяйку сумасшедшей судьбы кудесник с бородой, подглядывает, что там в котле, знает, умник, много знает, а вот так сварить все же не сможет, а и может, да не захочет, а вон дальше и Сама Великая Мать, поклонись, Саша Песков, благоговей, любуйся на красивущую, - что грудки, что бедра, что...
– все красивое, все великое, сплошная мечта поэта, хоть каждый день гляди не наглядишься, да куда там каждый день, зрелище богов, а он здесь гость, прохожий, его звездочка уже дальше, дальше ведет! Ага, ну вот - ясно к кому, а то показалось, что к этому, сердитому с копьем, он-то Саше зачем? ну его - fuck, not kill дальше, к своему, - вон он с венком на голове, Поэт, тоже что-то бормочет, вдохновенный весь, но не как хозяйка, иначе, и не в котел глядит - на море, на д_а_л_ь_н_е_е, и мечта, мечта в глазах, и все ж таки похож, похож по-своему он на ту старуху - глаза-то с сумасшедшинкой! А из-за спины у него кто выглядывает? смешливый и язык кажет, и рожи строит, и колпак с бубенчиками на голове, надо всеми смеется, а над братом своим, с венком-то лавровым, пуще всех, да и не брат-близнец это, а он же сам - когда Шут, а когда и Поэт, вот он какой двуликий, да уж, не прост парень! К нему, к нему правь Саша Песков, чай, своя братия, хотя куда тебе до него, таких стихов ты ни сном, ни духом не писал и не читывал, ещё и буквам-то поди научись, но ничего, ничего, может, столкуетесь, вот он заметил гостя, глядит на Сашу задумчиво, вот пальцем кажет на море, а там что?
– а там не рыбка ли золотым хвостом бьет? блеску-то, карр!.. а коли не рыбка, так, значит, сама звездочка Сашина нырнула!

А уж Саша за ней, в воду - и странно Саше - вот он нырнул в это море, а оно и не море, оно воздух, парит он там невесомо, и ветер его держит, и звезд-то, звезд разноцветных сколько! уж и сверкучие, уж и блескучие, только кар-р-р!
– и вновь это море, и живность в нем хоть и в золотом пере ходит, да не птичьем, а рыбьем, чешуя это ихняя, плавники, а звезды и вовсе не вверху, а внизу - на дне горят, видать, камешков там стеклянных набросано - к ним иди, глубже, а то что-то звездочки не стало, затерялась среди стекляшек, что ли, - гляди-ко, не она ли там?
– карр-р!
– не она, да и дна нет, да и моря нет, одно пламя сплошной свет вокруг, ну и пламя воды текучей, облаков летучей, струится, сверкает, карр! и никакой не огонь, земля это, самая глубь, только почему-то сквозь неё ходить получается и летать получается, а камешки алмазные вновь сверкают, сколько их, смотри, смотри, поэт Саша, поройся глазенками в россыпях, ага, увидел!
– вон твоя звездочка - сияет, не убегает, хватай, пока в руки дается, твой приз, вот и умница, с полем, удачная была охота, хорошая была битва, нам понравилось, зови если что, карр-р!