Чтение онлайн

Инна сама теперь чувствовала, что быть дамой рыцаря - это нечто, не схожее ни с чем из того, что принято между мужчиной и женщиной. И дело было не только в волшебности, в Тапатаке все было волшебным и чудесным, но и там это было делом совсем другим, нежели, к примеру, любовь или супружество. В каком-то смысле - но в очень особом смысле - да, это была любовь и брак, но даже для магического союза совершенно особенные. Ее принцем по-прежнему оставался Антонин, хотя Инна даже не загадывала теперь, во что перейдет или может перейти их общение - да и может ли? А Ингорд... Ингорд - это совсем другое. Он был теперь как бы её часть, в его судьбе Инна теперь _участвовала_ - хотя объяснить это словами ей было невозможно.

И вот, в этом раздвоенном состоянии, переходя в мыслях от Антонина к Ингорду и от опасений к ожиданию, Инна во второй раз уже переставляла столовые приборы, прислушиваясь ко всякому стуку за дверью. От этого её отвлек шум за окном, будто кто-то возился там на её балконе. Заподозрив очередную выходку дебила Усихина и заранее готовая сделать с ним не знаю что, Инна подошла к окну на балкон. Сердиться на Усихина она поторопилась Володи там не было. Был другой - соседский внук Гошка, сорванец одиннадцати лет. Собственно, на балконе его ещё целиком не было - он только пытался забраться, как-то вскарабкавшись снизу со своего балкона. Теперь он пыхтел и возился, пытаясь перелезть через перила и опасно зависая на высоте.

– Гошка!
– ахнула Инна.
– Подожди, держись!

Она поспешила на помощь и, схватив огольца за рубашку, втянула к себе. Как положено, вначале поахав и поругав, Инна вспомнила о скором приходе Антонина и свернула воспитательную работу.

– Пойдем, отведу тебя вниз. И бабушке все расскажу!
– пригрозила она.

– Тетя Инна, - невинно спросил юный хулиган, увидев в комнате накрытый стол, - а можно я тоже чая попью?

– Нельзя, - сурово отрезала Инна, вызывая сама у себя в памяти интонации строгой наставницы Инессы.

– Почему?

– Это не для тебя.

– А для кого? Вы своего мальчика ждете, да?

Инна проигнорировала нахальный вопрос, но испорченное дитя не унималось:

– Тетя Инна, а можно я хотя бы торта возьму? Ну, пожалуйста! Маленький кусочек.

– Не за что тебе торт, - отрезала Инна.
– Ведешь себя никуда не годно.

– Жалко, да?

Инна меж тем уже отперла входную дверь и потянула юного верхолаза за руку. Гошка все упирался:

– Ну, тетя Инна, ну, не охота мне домой, можно я у вас посижу? Ну, пять минуточек?

– Никаких минуточек!
– прикрикнула Инна и потащила Гошку этажом ниже. Она позвонила в его квартиру, и только тогда жизнерадостно ухмыляющийся озорник сообщил:

– А дома никого. А у меня ключей нет. Они с той стороны висят. Тетя Инна, а вам все равно придется меня чаем поить, я же не могу тут в подъезде сидеть, пока дверь не откроют.

После этого Инна обозлилась уже всерьез.

– Ну уж нет!
– заявила она.
– Стой и жди здесь. Я сейчас поднимусь к себе и сама слазаю на твой балкон!

Гошка вытаращил глаза.

– Тетеньки по балконам не лазают!

– Я не тетенька, я баба Яга!
– отвечала на это Инна и побежала домой. Она на самом деле так и задумала.

На балконе она глянула вниз и ей стало немножко не по себе. Но только немножко - как-никак, позади были переделки и поопасней, а Инна была уже совсем другой Инной, не той маминой дочкой и синим чулком, что однажды летом приехала к тете Ире поступать учиться на филолога. Она привязала к перилам сложенную вдвое бельевую веревку и храбро через них перелезла. Дальше получилось не так ловко, в какой-то момент она начала скользить по этой веревке, сердечко екнуло, но тут же своим ведьмовским зрением она увидела происходящее как бы со стороны и заметила, что нога её уже в десятке сантиметров от перил Гошкиного балкона. Тут же она на них и оперлась и лихо соскочила на пол. Мысленно похвалив себя - вот, даже Бенги не понадобилось, не говоря об Ингорде - Инна толкнула дверь на балкон и обнаружила, что та заперта на шпингалет. Она слегка удивилась этому, но отступать уже было некуда, не обратно же домой лезть. Вот теперь-то ей Бенгина помощь понадобилась: эти задвижки сдвинул тигр - сначала одну, а затем, подвинув внутреннюю дверь, и на наружной двери.

Когда Инна отперла злополучную дверь, то её ждал новый сюрприз - Гошки в подъезде не было. Выругавшись про себя на негодника, Инна поднялась к себе, ожидая, что тот все-таки пошел к её квартире несмотря на полученное приказание. Гошки не было и там.

– Гоша, ты где?
– окликнула она, заглядывая в колодец подъезда.

В ответ прозвенел колокольчик Антонина, а он сам весело сообщил:

– Гоши нету, есть Тоша. Два-ноль в мою пользу!

Инна оторопела.

Перебранка, что последовала за этим, была из самых свирепых, что когда-либо состоялись у них с Антонином. И конечно же, этот отпетый шалопай от всего отпирался.

– Ну как же, - радостно спорил он, - все было законно. Я обещал прийти и пришел. Я предупреждал, что тебе трудно будет меня узнать - ты заранее знала. И сама же меня выставила из дому! А я ведь так просился. Даже торта не дала, жадина!

– Тошка!
– завизжала уязвленная Инна.
– Принц Антонин! Я больше не желаю обсуждать это! И...

– Понял, удаляюсь, - преспокойно отвечал Антонин.
– Кстати! Прихвачу-ка я ключи, верну на место. А то ещё заподозрят, что у них тут побывал форточник, сама знаешь, на кого падет подозре...

– Вон!
– велела Инна, действительно, совсем забывшая про эти проклятые ключи да и все ещё не отвязанную веревку. Меж тем сама собой развязавшаяся веревка вползла в комнату и улеглась у её ног, миг-другой выжидательно помедлив в позе кобры или вопросительного знака - дескать, не соизволит ли барышня Инна сменить гнев на милость? Но Инна по-настоящему расстроилась. Не так из-за самой проделки Антонина и того, что ей пришлось лазить по балконам. В положении она, конечно, побывала самом дурацком и смешном, но и это ещё было полбеды. У Инны теперь оставался всего один, _последний_, случай узнать Антонина, когда он появится у нее. А после, стало быть... И ведь он над этим ещё подшучивал! Для Тошки, похоже, это было всего лишь поводом подурачиться, а Инна почему-то придавала этому какое-то особое значение, она как бы _загадала_, что если сможет распознать Антонина, то...

Тем временем в дверь позвонили.

– Я тут мимо проезжала, с твоей шубой, держи, - оживленно начала Анита с порога и остановилась, заметив, очевидно, хмурость своей подруги.
– У тебя случилось что-то?

– Да нет, нет, проходи, - отмахнулась Инна, радуясь возможности как-то отвлечься.

– Ты что, ждешь кого-то?
– спросила Анита, увидев накрытый стол.

– Уже нет, - отвечала Инна тоном, дающим понять, что не собирается это обсуждать.

– А...
– Анита чуть кивнула, уяснив для себя, из-за чего Инна сегодня так накуксилась.
– Я хотела тебе позвонить, конечно, потом смотрю, ты на балконе, значит, дома, ну я и...

– Садись, - пригласила Инна, - будем торт есть. Я уже кофейник поставила.

Они сели пить кофе с тортом и мороженым, и Анита трещала:

– Инка, ты представляешь? Этот Валентиныч звонил потом папе, жутко извинялся, дескать, это все его холуи нагадили, он, мол, посылал их извиниться, а они не поняли... Мол, знал бы он, что это подруги его дочери, ну и прочее такое. Шубы сам привез.

– Ага, - отвечала Инна с набитым ртом.

А любопытная Анита меж тем все-таки не удержалась от вопросов: