Чтение онлайн

– Инка, а ты зачем на чужой балкон лазила? Тайна?

– Да нет, по глупости, - отвечала Инна.
– Тут...

В этот миг в стекло балконной двери сильно постучали. Сердце у Инны подпрыгнуло - она невесть с чего решила, что это снова Антонин. В один миг она подскочила к балкону, чтобы тут же разочароваться, удивиться и озадачиться одновременно: за дверью стояла... Найра! Инна оглянулась на Аниту, миг поколебалась и - куда деваться - открыла дверь.

– Найра, - заявила она вместо приветствия, - вообще-то у нас принято ходить в гости через двери, а не балконы.

– Да?
– отвечала Найра самой дружеской и чарующей улыбкой.
– Прости, учту на будущее. Я же у тебя впервые, увидела, как Антонин перелазил через перила, вот и подумала, что в вашем мире... Зачем ты наступила мне на ногу, Инна? У вас так принято здороваться?

Инна тяжело вздохнула и махнула на все рукой. В конце концов, она ведь все равно собиралась рассказать Аните про Антонина и Тапатаку. А Найра вошла внутрь и сразу принялась дразнить Бенгу - оскалившись, как он, делать угрожающие выпады согнутой в локте рукой. Бенга зарычал, неслышно для Аниты, а та вытаращила глаза, не понимая причин столь неуместных жестов ещё одной Инниной гостьи. Инна схватила Найру за руку и потянула к столу.

– Это Найра, - представила она её Аните.
– Она тут дышала на балконе.

– Анита, - назвалась её подруга и поинтересовалась, окинув взглядом довольно экстравагантный наряд Найры - красное с черными искрами платье-распашонку длиной чуть ниже бедер и фиолетовые шорты с бахромой: Где ты оторвала такой прикид?

Как ни странно, Найра поняла вопрос Аниты:

– Это мой походный костюм, - пояснила она небрежно.
– У вас здесь такие не носят, да?

– Найра иностранка, - поспешно вставила Инна.

– Скорее, чужеземка, - хохотнула та.

– Да?
– удивилась Анита.
– А где ты научилась говорить по-русски? Или ты у нас долго жила? Совсем нет акцента.

Найра скорчила гримасу недоумения.

– Учиться говорить? Зачем? Это же долго! Рот сам все сделает.

Анита захлопала глазами.

– У Найры способности к языкам, - снова вставила Инна.

– Ну, вот еще, - не согласилась та.
– Не более, чем у тебя, моя дорогая. Когда мы были на боях теней, ты болтала с Гункаром не хуже меня, разве нет?

– Ну, я...
– залепетала Инна, не зная, как поворотить от ненужной темы.

– Ты улавливала вместе со смыслом и принятые там формы звуков, милая Инна, - наступательно продолжала Найра, - а если это можно тебе, почему нельзя мне?

– Ты что, тоже филолог?
– спросила Анита, по-своему поняв слова Найры.
– Изучаешь языки, как Инка?

Найра снова хохотнула:

– Я-то нет. А вот Инне, если она собирается _учить язык_, придется оставаться филологом всю жизнь.

– Ну и что такого, - пожала плечами Инна.
– У нас так и принято многие ученые всю жизнь посвящают изучению языка.

– Да-а?
– изумилась Найра.
– А, понимаю. Это, вероятно, затем, чтобы не лишать себя куска хлеба. А то если один раз все понять, то потом нечего будет изучать.

– Давайте посмотрим телевизор, - предложила Анита, не находя интереса в этом лингвистическом споре и желая выручить Инну, которая явно проигрывала этой рыжей заграничной мадам.
– Сейчас по-местному ТэВэ как раз будут боди-арт показывать. Там наши девчонки были.

– Что это за картинки в коробке?
– поинтересовалась Найра сразу, как появилось изображение.

– Это телевизор, - процедила Инна сквозь зубы, мысленно попросив Найру не задавать больше идиотских вопросов.

– Ты что, не видела телика?
– недоверчиво осведомилась Анита.

– Конечно, нет, - отвечала Найра, игнорируя послания Инны.
– Я же у Инны впервые.

– Найра хочет сказать, что не видела мой ящик в работе, - по-своему поправила Инна и быстро предложила: - Найра, попробуй кофе. А вот торт и мороженое.

Акамарская воительница пивнула кофе и отставила, сморщившись:

– Фу, какая горечь.

– Тогда сок, - Инна подвинула фужер.
– Это сладко. И торт.

Найра съела кусок и закивала:

– У-у, вкусно! Я съем еще, - и она придвинула к себе весь торт и принялась его уплетать, не обращая внимания на Аниту, таращащуюся на неё во все глаза.

– Так что это за картинки в ящике?
– снова спросила Найра, врасплох застав Инну, решившую было, что опасный оборот разговора позади.

К удивлению Инны её подруга восприняла этот вопрос как нормальный и принялась объяснять - видимо, Анита подумала, что Найра изображает из себя иноземку и решила ей подыграть:

– Это телевидение. Есть такие устройства, называются камеры, они снимают все на пленку и потом транслируют в эфир.

– Стоп!
– остановила Найра.
– Что значит снимать на пленку?

Инна и Анита общими усилиями кое-как растолковали про "снимать", "телевизор" и так далее.

– Ага, - сказала наконец Найра.
– Значит, вы тут сооружаете такой стеклянный глаз, наставляете на что-нибудь интересное, а он рассылает, что видит, по таким коробкам. А я-то было подумала, что это окошко снов какого-нибудь вашего медиума... А что же, вам лень самим послать свое зрение в нужное место?

– Найра, у нас тут так не умеют... то есть, не все умеют, поправилась Инна, вспомнив про то, как сама _чувствами_ заглядывала в кабинет Темкина, когда тот отхаживал многострадального профессора Коврова.

– Ну, так пусть научатся!
– пожала плечами Найра.
– А то ведь так и будут прикованы к этому вашему телевизору. А, - сообразила вдруг она, - так вы это затем и делаете! Вон оно что! Да, это интересно придумано...

– Что придумано?

– Ну, эта ваша игра в прятки от самих себя. А я-то думаю, что за странный мирок ты себе облюбовала - все живут во сне. Значит, вы это всё нарочно, наверно, так интересней жить, когда ты про себя ничего не знаешь... Ты знаешь, Инна, а в этом что-то есть. Театр во всю планету - это грандиозно! Хорошо, что я к тебе заглянула.

– Весь мир театр, и люди в нем - актеры, - процитировала начитанная Анита.
– Слова Шекспира, - пояснила она.

– Это Бог, что создал ваш мир?

Инну на протяжении всего разговора кидало то в жар, то в холод, то в смех.

– Нет, - сквозь хохот отвечала она, - это только пророк его! Шекспир писал пьесы.

– Девчонки!
– позвала меж тем Анита.
– Смотрите, боди-арт показывают. Смотри, вон Людка! А вон и Валентиныч...

Найра, заинтересованная зрелищем, вновь затребовала объяснений, и слово за слово Инна с Анитой рассказали ей и про искусство разрисовки голого тела, и про Люду с Валентинычем, и про памятное происшествие в ресторане.