Чтение онлайн

Дурное предчувствие леденило кровь. Я рефлекторно взял бокал, но без разрешения императора пить не собирался.

— На год, — ответил Лавентин.

Накатило осознание: он не сможет отправить Лену в её мир раньше, чем сниму с неё родовой браслет. И Лавентин уверен, что за это время я не подтвержу брак. Задыхаясь от негодования, я вскочил:

— Ты… Ты хоть понимаешь, что… Этого ни один человек не выдержит!

Да если бы он знал, как сильно действие чар! Лавентин развёл руками:

— Ничего не могу поделать. Нет, я пытаюсь, даже к родовому духу воззвал, но, похоже, придётся принять это как факт.

Принять как факт… что Лена останется здесь, брачные чары сработают, и на неё ляжет проклятие. Принять вот это?!

Император снова взялся за ручку:

— В принципе, меня это устраивает.

Конечно, устраивает, он уже всё решил. Император добавил раздражённо:

— Я ведь тебя предупреждал: ещё одна выходка — и запрещу посещать официальные приёмы.

Лавентин что-то ответил. Я не слушал.

Меня накрывало осознанием безвыходности ситуации. Если родовой дух счёл возвращение Лены невозможным, наверняка сейчас вернуть её домой нельзя. Током пронзали мысли-образы, заставляя содрогаться, оставляя внешний мир смазанным, чужие слова — глухим шумом.

Лена останется здесь, запертая в моём доме, обречённая на смерть…

Император и Лавентин спорили, а перед моим мысленным взором стояла Лена. Память воскрешала ощущения прикосновения к ней, поцелуев, ласк.

Останется здесь… Рядом… Будет спать, уткнувшись мне в плечо, прижиматься ко мне. А проклятие… Как она умрёт? На острове длоров нет ядовитых змей, не ходят поезда, вряд ли Лена пустит в дом постороннего. Покончит с собой от тоски? Заболеет? Теоретически она может смертельно заболеть. Или плохо продумать конструкцию дома, и тот обрушиться на неё. Внутри дома упасть с травмами она не может, но в саду другое дело. Случайный или намеренный выстрел? Яд в еде… Острый приступ аллергии… Можно неудачно порезаться и быстро умереть от кровопотери.

Внутри всё сжималось, мне было физически плохо, до тошноты. Слишком яркие видения накрывали меня, и в каждом Лена была мертва или умирала, тоскливо глядя на меня.

Лавентин и император всё спорили, звучал женский голос, но я не мог вырваться из ожившего кошмара.

Лена умрёт.

Она останется здесь и умрёт.

Сквозь гул в ушах послышался бодрый ответ Лавентина:

— Магоеду нужен прямой контакт, а корней в колодце не было. Корни опутали Какики потому, что его кровь приобрела структуру, схожую со структурой источника. Иначе целью они бы его не восприняли.

А ещё могут взбеситься ящеры. Сбить Лену, укусить, затоптать…

— Ты успел исследовать осколки источника? — спросил император.

— Нет.

Это ведь случиться не сразу. Сначала Лена станет моей женой в полном смысле этого слова. Мы будем спать вместе, она будет совсем моя, такая нежная и ласковая… А может она возненавидит меня за то, что я её убиваю? Может, она не выдержит ожидания? Ожидание смерти страшнее самой смерти…

— Тогда откуда уверенность, что кровь стала именно такой структуры? — прогудел вопрос императора.

Возненавидит, если я приведу в дом другую жену. Но самое страшное — она просто умрёт. Мы все умрём, но она — очень скоро. У меня ведь много врагов, любой из них может попытаться достать меня через неё.

Лавентин отозвался:

— Да я как-то от своего источника кусочек отколол посмотреть.

Лена просто умрёт.

Это невыносимо!

Но есть способ её спасти: это же моё проклятие. Умру я — не станет и его.

Я выпил вино, которого оказалось удручающе мало. Меня снова мутило. Хотелось выцарапать из груди леденеющее сердце.

1…4

СЛЕД.ЧАСТЬ

— Лавентин, — пророкотал император, поднимаясь из кресла. — Чтобы больше никогда ни разу ты даже не думал что-нибудь такое сотворить. Ты чем думал?!

— Интересно было.

Лавентину всё интересно.

— Интересно ему! — Император швырнул ручку на стол. — Ты весь род мог, ты… — Тяжело дышащий император опасно багровел. — У тебя никаких понятий, никакой ответственности, ты!.. — Он схватился за сердце. — Вон! С глаз моих вон.

Я бросился к нему. Лавентин потащил жену к двери, на ходу обещая вызвать врача.

— Источник! От источника кусочек отколол! Да… это… — причитал задыхавшийся император.

У меня не было слов. И возмущённые возгласы императора я едва слышал, поглощённый внезапной мыслью о том, что единственным способом спасти Лену может оказаться моя смерть.

Тосковать и трепетно ждать встречи я разучилась ещё в средней школе, когда отец за полгода не удосужился ни разу меня навестить, хотя обещал забирать к себе на выходные, а потом через выходные. С тех пор ожидание стало механическим процессом, задействовавшим эмоции только в одном случае — если из-за чьего-то опоздания рисковала опоздать я.

Я забыла, каково это — изнывать от нетерпения, волноваться, трепетать в предвкушении момента, когда ожидание наконец закончится облегчением, счастьем.

Тем приятнее и беспокойнее было ждать Раввера, ведь я знала, что помимо тысяч роковых случайностей его могут подстерегать враги.

«Он говорил, что будет поздно», — напоминала себе, расхаживая по просторной комнате с видом на нарисованные виноградники.

«Надо поспать», — думала, забираясь в огромную кровать.