Чтение онлайн

Отец нахмурился, потёр переносицу нервным жестом. Молчание затянулось на мучительно долгие секунды.

— Дочка, ты не понимаешь…

— ПАПА! — крикнула я. — Немедленно!

Он глубоко вздохнул, посмотрел на Анику, которая кивнула ему ободряюще, потом снова на меня.

— У него сын, Кира, — выдавил он наконец, произнося так, словно это был конец света. — У Максима есть сын…

Я застыла. Мир поплыл перед глазами. Сын. У Макса есть… ребёнок?

А потом меня накрыло. Я начала хохотать. Истерично, безудержно, до слёз. Хохот вырывался из груди, я не могла остановиться, сгибалась пополам, хватаясь за живот.

На экране Аника нахмурилась, посмотрела на Калеба с полнейшим недоумением. Отец же уставился на меня с нарастающим ужасом.

— Кира? Доченька, ты в порядке?

Аника фыркнула, прикрывая рот рукой.

— Ну правда идиоты вы, — неверяще прошептала подруга, смотря на моего отца, как на идиота. — Как сын может помешать отношениям? Вы серьёзно? Боже мой, вы реально думали, что она испугается того, что у него есть ребёнок? Вы оба очень… неумные мужчины!

Она покачала головой.

— Там не всё так просто, Кира, — начал отец напряжённо. — Он…

— Адрес, — перебила я, моментально переставая смеяться. Как отрезало.

— Что?

— Адрес Максима Воронова, папа. Немедленно.

— Кира, послушай, ты не понимаешь ситуацию…

— АДРЕС! — рявкнула я так, что отец вздрогнул.

Аника толкнула его локтем в бок.

— Дай ей адрес, Калеб, или я сама продиктую. Я запомнила его из твоей записной книжки на всякий случай.

Отец покачал головой, сдаваясь и диктуя.

— Но Кира…

Я сбросила звонок, не дав ему договорить.

Схватила куртку, сумку, ключи. Накинула поверх вязанного платья пальто и кое-как нацепила шарф, обуваясь. По дороге в голове роились мысли, сменяя друг друга с бешеной скоростью.

Сын. У него есть сын от Марины. Логично. Она умерла десять лет назад, значит ребёнку сейчас… сколько? Десять-двенадцать? Может, чуть больше, но вряд ли, Максу самому не так много.

Я остановилась у детского магазина, метнулась внутрь. Бродила между стеллажами, хватая игрушки наугад. Конструктор LEGO для подростков, набор для рисования, книгу про космос. Ребёнок потерял мать в раннем возрасте, наверняка это было травматично. Я хотела произвести хорошее впечатление, показать, что не собираюсь заменять его маму, но готова… быть другом.

Господи, а я вообще готова к тому, чтобы стать… кем? Мачехой? Мне двадцать пять, я сама ещё толком не разобралась с жизнью, а тут почти подросток, который наверняка будет меня ненавидеть за то, что я пытаюсь занять место его матери.

Но потом я вспомнила Макса. Его руки, его губы, то, как он смотрел на меня в купе поезда. Как говорил, что любит. Как защищал меня, прикрывая своим телом. Как целовал после того, как я чуть не погибла под колёсами состава.

Плевать. Я справлюсь с чем угодно, лишь бы быть с ним.

Я расплатилась, выскочила из магазина с огромным пакетом подарков и поймала такси. Дала адрес водителю и откинулась на сиденье, пытаясь унять сердце.

Дом оказался новостройкой, уходящей куда-то в облака. Я поднялась на лифте на пятнадцатый этаж, вышла в длинный коридор с подсветкой.

Квартира сто пять. Я застыла перед дверью, сжимая пакет с подарками, и вдруг осознала абсурдность ситуации. Что я скажу?

Максу: «Привет, я знаю, что у тебя есть сын, но меня это не пугает»?

Его сыну: «Привет, я Кира, спала с твоим отцом в поезде, вот тебе конструктор»?

Но отступать было поздно. Я подняла руку и постучала. Шум за дверью. Шаги. Чей-то голос, но не Макса. Может ошиблась?

— Иду, иду, сейчас!

Замок щёлкнул, дверь распахнулась.

И…

Чего…?

На пороге стоял мужчина. На вид примерно моего возраста — может, на год-два-три старше. Высокий, стройный, мускулистый. Да, я поняла это, потому что он был без футболки, в одних классических брюках… ещё и расстегнутых. С тёмными волосами, резкими чертами лица.

Он окинул меня взглядом, от растрёпанных волос до пакета с детскими игрушками в руках и логотипом детского магазина, — и широко и обезоруживающе улыбнулся.

— Вы к кому, девушка? — спросил он вежливо, опираясь плечом о косяк и складывая руки на груди.

Я открыла рот. Закрыла. Открыла снова.

— Я… я, наверное, ошиблась адресом… — пробормотала я, делая шаг назад. — Мне нужен… мне нужен Максим Воронов.

Парень приподнял бровь, его улыбка стала ещё шире. Он отступил в глубину квартиры, широким жестом приглашая войти.

— Нет, всё верно, вы по адресу, — сказал он, в его голосе прозвучало откровенное веселье. — Максим Воронов здесь, это мой отец. Проходите.

Я стояла на пороге, сжимая пакет с детскими игрушками для десятилетнего ребёнка, и смотрела на мужчину.

Я… сошла с ума?

Максим

Сто пять. Сто шесть. Сто семь.

Мышцы груди горели огнём, руки дрожали от напряжения, пот заливал глаза.

Сто двадцать. Сто двадцать один.

Дверь в спальню распахнулась без стука, словно мой дорогой отпрыск не слышал про элементарную вежливость. Я не прервал упражнение, пытаясь выжечь из мышц память о рыжей ведьме.

— Па, к тебе пришли, — донёсся весёлый голос Руслана.

— Я никого не жду, — прорычал я сквозь стиснутые зубы. — Пусть проваливают, кто бы это ни был.

Руслан хмыкнул.

— Уверен, что ради этой гостьи ты сделаешь исключение, старик.

Сто тридцать восемь. Сто тридцать девять.

— Я сказал, что…

Застыл на полпути вверх, руки согнулись углом. Гостьи. Женский род.

О, чёрт. О, нет. Только не это. Только не она.

Я же оставил голосовое сообщение. Я же объяснил всё. Калеб обещал, что поговорит с ней.

Но если Кира каким-то образом выбила адрес и приехала сюда, то разговор явно прошёл не по плану Калеба. Потому что его дочь, как я успел выяснить за годы работы бок о бок, обладала упрямством осла, помноженным на настойчивость танка.

Я поднялся на ноги, провёл ладонью по лицу, стирая пот, и развернулся, готовясь к худшему.