Чтение онлайн

С первоначального публичного выпуска акций Хванг получил более миллиона долларов, но он не собирался уходить на пенсию в сорок пять лет. Хванг решил открыть новый бизнес, объединив собственные знания и опыт в технологии процесса и производстве с талантами своего приятеля Боба By, у которого была команда экспертов по разработке логических схем с плавающей точкой. У By не было денег на инвестиции, но Хванг был рад взять его в долю в обмен на вложение интеллектуального капитала.

Процессор Intel 386 был выпущен незадолго до ухода Хванга из IDT, и впечатляющие прибыли, которые он приносил Intel, не остались для Хванга незамеченными. Более того, он понял, что 386-й создал благоприятную возможность начать новый бизнес в области полупроводников.

Стремясь сохранить размер чипа 386 минимальным, Intel следовала своей обычной практике и не включала в устройство никаких специальных аппаратных средств для выполнения операций с плавающей точкой, таких, например, как длинное деление. Это было разумно, ведь большая часть потребителей никогда не прибегала к объемным вычислениям. Но финансовые аналитики, инженеры и те, кто использовал компьютерную графику в проектировании, нуждались в устройстве с плавающей точкой — FPU (floating-point unit). Оно производило арифметические операции в десять или даже в сто раз быстрее стандартного чипа. Еще со времен поколения 8086 Intel продавала это устройство как отдельный "математический сопроцессор". Устанавливаемое вместе с основным процессором, оно следило за основным процессором и вступало в работу, когда требовалось произвести арифметические вычисления.

Доводы в пользу продажи сопроцессора как отдельного устройства носили отчасти коммерческий, а отчасти технологический характер. Коммерческий аргумент состоял в том, что исключение FPU из стандартного чипа 386 позволяло Intel сохранять низкие цены, облегчая таким образом принятие чипа на компьютерном рынке. Технологический аргумент был связан с размером чипа, содержащего схему 386. Как мы уже имели возможность убедиться, размер чипа тесно связан с выходом продукции: чем он больше, тем меньше доля пригодных чипов на каждой производимой пластине.

Как только 386-й начал продаваться в больших количествах, стало ясно, что сопровождающий его сопроцессор 80387, или просто 387-й, определенно будет пользоваться спросом. Хванг провел небольшое исследование рынка и пришел к выводу, что у его новой компании есть шанс хорошо заработать, если она сможет разработать сопроцессор, конкурирующий с сопроцессором Intel.

"Intel была единственным поставщиком, и ее устройство не отличалось особым быстродействием, — говорил он впоследствии, — Можно было легко разработать устройства, во много раз превосходящие его по производительности. [387] продавались по 600–700 дол. за штуку, тогда как производство большинства интегральных схем обходится лишь в 20 дол.".

Изучив доклады аналитиков, Хванг пришел к заключению, что если они с By разработают конкурирующий сопроцессор, который будет функционировать, как сопроцессор Intel или даже лучше его, и установят на него цену на уровне 400 дол., а затем в течение трех лет смогут продать один миллион этих сопроцессоров, то это принесет компании доход в 400 млн. дол, — более чем достаточно для начала серьезного бизнеса в области полупроводников. Бюджет на разработку не должен быть высоким. Хванг считал, что разработка устройства обойдется менее 1 млн. дол., а имея образцы работающих сопроцессоров, он рассчитывал получить деньги от венчурных капиталистов для оплаты производства и маркетинга. Хванг знал, что себестоимость производства у него окажется выше, чем у Intel, потому что ему придется обратиться в "литейную чипов" — компанию, которая производит чипы для других фирм по контрактам. Но поскольку ставкой в игре была высокая прибыль, стоимость производства не имела решающего значения.

ULSI приступила к работе весной 1987 года. Одним из первых сотрудников компании стал инженер Ричард Йау, до этого несколько лет проработавший в Intel. Хванг характеризовал Йау как "молодого, очень динамичного, агрессивного, определенно имевшего предпринимательский дух". Его технические рекомендации оставляли желать лучшего, но Хванг и By надеялись, что молодой инженер быстро восполнит этот пробел, поскольку он явно загорелся идеей создания высокопроизводительного сопроцессора, который должен победить 387-й.

Для обеспечения полной совместимости своей разработки с процессором 386 ULSI необходимо было точно выяснить, как сопроцессор Intel взаимодействует с основным процессором. Но вскоре обнаружилось, что Йау, которому был поручен данный аспект проекта, не в состоянии в одиночку справиться с этой работой. По его предложению компания наняла на работу по контракту его друга Йе Вонга, дав ему задание составить ясную спецификацию. Вонг предложил продолжить традицию и в качестве первого шага в "проектировании наоборот" вскрыть чип 386 или 387 и посмотреть на внутренние схемы при помощи мощной фотографии. Вместе с анализом входных и выходных сигналов чипа это должно было помочь ULSI установить, как два устройства взаимодействуют друг с другом. Однако к июлю Вонг продвинулся не намного дальше Йау. ULSI решила дать ему расчет и отделаться чеком в 5 тыс. дол. вместо 20 тыс., которые он должен был получить по контракту. На его место компания взяла Альфреда Чена, другого инженера китайского происхождения, который работал над 386-м в Intel. Затем ситуация улучшилась: в августе Intel опубликовала в солидном отраслевом журнале "IEEE Micro" подробное руководство по работе своего сопроцессора. ULSI получила ответы на открытые вопросы и смогла резко продвинуться вперед в разработке собственного сопроцессора, намереваясь закончить работу в пять, а то и в десять раз быстрее Intel.

В декабре Альфред Чен преподнес президенту ULSI шокирующий "сюрприз". Он показал Хвангу копию документа, именуемого "плановая спецификация" на 387-й с пометкой "Intel секретно". Эта спецификация являлась ранней версией чипа. За ней последовала другая версия, реализованная в производстве, и содержащаяся в ней ключевая информация была опубликована Intel в специализированном журнале. Но Хванг, понимая, что не может сквозь пальцы смотреть на наличие документов Intel в помещении ULSI, немедленно позвонил своему адвокату. Алан МакФерсон долго не раздумывал: он сразу же забрал документ и, убедившись, что в здании нет больше ничего, принадлежащего Intel, приступил к изучению обстоятельств его появления.

Все это, конечно, выглядело не лучшим образом. В тайне от ULSI Вонг работал в Intel и одновременно по совместительству — над неудавшимся проектом. А Йау, который к тому времени тоже был уволен из ULSI, грозился, если с ним не рассчитаются сполна акциями ULSI, пойти в Intel и обвинить Хванга в соучастии в появлении плановой спецификации.

МакФерсон посоветовал Хвангу повторить то же, что в свое время сделала NEC с микрокодом. Чтобы оградить сопроцессор от юридических нападок Intel, он предложил заново разработать чип, используя технику "чистой комнаты". Таким образом, ни компрометирующие документы, принесенные кем-то в офис, ни любые обвинения Йау в адрес ULS1, не смогли бы помешать доказательству того, что в сопроцессоре не использованы коммерческие секреты Intel.

Процесс "чистой комнаты" шел полным ходом, когда Том Данлэп и еще двое представителей Intel получили от МакФерсона письмо и прибыли на встречу в ULSI. На совещании, проходившем в натянутой обстановке, Хванг, желая доказать, что ему нечего скрывать, предложил открыть свои лаборатории юристам Intel.

"Мы заявили им: "Наше устройство в корне отличается от вашего, и мы готовы открыть нашу базу данных [чтобы доказать это]. Мы разработали архитектуру, разработали алгоритм, но не очень продвинулись во внедрении", — вспоминает Хванг.

Реакция Intel была сдержанной. Данлэп поблагодарил Хванга за откровенность, но для урегулирования вопроса потребовал от ULSI полностью и немедленно прекратить работу над проектом.

"Нет, — ответил Хванг. — Цель этой встречи — заверить вас в том, что мы не используем ваши коммерческие секреты".

На этом разговор закончился. Не имея больше никаких известий от Intel и не получая существенных ответов на последующие письма МакФерсона, команда разработчиков ULSI продолжила работу над "убийцей" 387-го. Когда чип был почти готов, Хванг начал переговоры с венчурными капиталистами и с AMD, которая не имела собственного аналога 387-го и, очевидно, была не против заработать на производстве и выводе на рынок разработки ULSI. К тому времени у AMD появился новый вице-председатель Ирвин Федерман из компании Monolithic Memories, которую AMD приобрела в том же году. Федерман предложил прояснить ситуацию с Intel, поговорив с Энди Гроувом об ULSI.