Чтение онлайн

Артемьев с уважением посмотрел на парня. Очевидно, что это не какой-то искатель приключений, а человек с серьезным подходом. А анкета, о которой он говорил, давно была открыта и висела в окне на мониторе компьютера:

> Эрвин Бергман/ErwinBergmann;

> 24 года;

> немец;

> Федеративная Республика Германия;

> лютеранин;

...

> служба в горнострелковых частях бундесвера;

> да, находился в составе ограниченного контингента сил Коалиции в Афганистане в 199...;

...

> немецкий, русский, английский - свободно общаюсь, японский - читаю и перевожу.

[End_of_the_message]

– Ну что же, - сказал Полковник, - первую проверку вы выдержали. Так держать!

– Вы меня проверяли?
– таким же тоном спросил Бергман, лишь удивленно вскинув брови.

– Да, - признался Артемьев.
– И скажу, что очень немногие это выдерживают. Вы смогли. Не вижу препятствий в том, чтобы зачислить вас в учебную бригаду организации. Поздравляю, новобранец! И предупреждаю сразу, - полковник, видя, что парень собирается что-то сказать, вскинул левую руку, правой ставя резолюцию на бумагах Бергмана, - у нас не титулуют старших по званию. Так что ко мне обращайтесь просто Полковник, к другим - соответственно. Понятно?

– Так точно! Но... Полковник, обращение без чинов... точно так же, как и в частях СС?

– А вот это тревожить не должно никоим образом. Мы не Schutzstaffel[7], а обыкновенные наемники. Солдаты удачи. На этом закончу. Можете быть свободны!

Артемьев проводил взглядом удалившегося новобранца и задумался. Афганистан. Значит, этот парень тоже побывал в этом пекле...

Решение вывести войска из Афгана, наверное, или даже наверняка, было самым сложным для Тихомирова. Но иначе было нельзя, и представитель СССР в Совбезе ООН выступил с речью. Его обращение urbi et orbi[8] транслировалось на весь мир, и Полковник тоже его видел. Тогда в баре все затихли, потрясенно уставившись на экран телевизора. Тишина была и среди дипломатов. К словам Советского Союза теперь прислушивались. В итоге, глас вопиющего в пустыне был услышан, и НАТО под эгидой ООН создало Коалицию. 40-я армия была выведена, и ее место заняли союзники, в основном, конечно, военнослужащие США, Великобритании и Германии, хотя мало кто из членов Атлантического Альянса оставался в стороне. Даже маленькая Эстония и та прислала своих людей.

Итог же оказался неутешительным. И советские, и союзные войска провели в Афгане по десять лет, но и тем, и другим пришлось отступить. Это была первая и самая маленькая победа будущего Исламского халифата. Потом будут другие. Радикалы постепенно захватывали власть, выигрывая на выборах в республиках, свергая монархов в монархиях, чужими руками устраивая государственные перевороты и гражданские войны. Турция держалась до самого конца, до последнего преданная заветам Ататюрка, но и ее подмял под себя набирающий мощь халифат. Фундаменталисты потеряли много сил и средств, пока не сломили тот хребет, на который опирались светские власти - армию...

...Рев турбин убаюкивал, но спать Артемьеву не хотелось, поэтому он разглядывал проплывающие в иллюминаторе облака, думая о своем.

– Артемьев, ты?
– окликнули его.

– Только не делай вид, что ты удивлен, - ухмыльнулся Полковник.
– Сам же билеты покупал.

Васимине ничего не ответил, повесил пальто на крючок и уселся рядом.

– Руководство распорядилось, чтобы в группе присутствовал мой человек, - сказал он.

Артемьев промолчал. С этим даже спорить не надо было.

– И кого ты назначил?
– спросил Полковник.

– Я не назначал, - возразил Васимине.
– Он сам вызвался.

– Подозрительно. Проверил его?

– Два раза. Вроде бы все чисто, никаких посторонних контактов перед операцией не замечено.

– Меня смущает слово «вроде бы», - Артемьев посмотрел на Васимине.

– Сам знаешь, в нашем бизнесе кристально чистых нет.

– Это точно, - растягивая слова, произнес Полковник, и его память услужливо прокрутила все то, что его интересовало в данный момент...

Только что получившему лейтенанта Бергману было предписано набрать себе группу. Он как раз вернулся с задания, когда ему пришел приказ.

– Вот блин!
– только и сказал Бергман, вчитываясь в бумагу.
– Даже отдохнуть не дадут.

Артемьев про себя отметил, что лейтенант ему нравился все больше и больше. Конечно, Полковник не позволял себе любимчиков, но пара-тройка людей, которые заслужили его уважение и доверие, были везде: и в Афганистане, и в Африке, и в Ираке. А теперь и здесь, под крылом Мормона.

– Могу познакомить тебя с заместителем, - сказал Полковник, наблюдая за реакцией парня.

– Э, с каким еще заместителем, - стушевался на секунду лейтенант.

– С твоим, Эрвин, с твоим.

– Ну, давайте, знакомьте, черт с вами.

Артемьев поднял трубку внутренней связи и попросил позвать какого-то капитана. Уже через минуту в дверь постучали.

На пороге появился высокий мужчина с черной повязкой на глазу, по возрасту примерно ровесник Полковника. Спросив по-английски разрешения войти, он чеканным шагом приблизился к столу. Подбитые железом ботинки гулко простучали по паркету.

– Е...
– Три года, проведенные в СССР, оставили свой след в душе интеллигентного немца, но он постарался удержать себя в узде.
– Он же мне в отцы годится. В отцы-командиры, если точнее. И я буду держать над ним начало?! Сергей Николаевич, вы издеваетесь?!!

За всю эту тираду Крот - таким было прозвище капитана - только пренебрежительно взглянул на Бергмана. Русского, очевидно, он не знал, иначе б ответил...

– А что?
– Артемьев откинулся на спинку и, сощурившись, посмотрел на Эрвина.
– Привыкай. Будешь настоящим генералом, - с пафосом добавил он.

Лейтенант услышал в этой фразе издевку, но не подал виду.

– Приказы не обсуждаются, - Артемьев побарабанил пальцами по столешнице, бросил взгляд на вставочку, взял ее в руки и покрутил в пальцах, чудом не разбрызгивая чернила. «Фокусник, мать его!» - наверняка подумал Бергман, сказал сам себе Полковник.

– А вот так думать о вышестоящем начальстве не советую, - прибавил Артемьев. Красный как помидор лейтенант лишь смущенно щелкнул каблуками.

– Так кто этот Крот такой?
– спросил Бергман. Все это время капитан стоял как воды в рот набрав.
– Вы его хорошо знаете?

– Еще бы! Воевали вместе в Судане. Когда там гражданская война была, между независимым христианским Югом и присоединившимся впоследствии к халифату мусульманским Севером. А глаза он в Колумбии лишился, то есть там же, где и ты свое последнее задание выполнял.

– Ух ты! Значит, сработаемся.

– Только попробуйте, - Полковник продемонстрировал сжатый кулак и помахал им перед носом лейтенанта, - не сработаться, голуби сизые. А то я вам обоим...
– и тактично умолчал, что их ожидает в случае «профнепригодности».