Чтение онлайн

Разобраться. Подробно доложить.

И возможно - пригласить знаменитого лекаря в Уэльстер?

Если он согласится.

Нрав Гардвейга был хорошо известен. А вот его болезнь - нет.

Альтрес не знал, поможет ли иноземный лекарь. Но почему бы и не попытаться?

Брата он любил.

Очень любил.

Сам знаменитый лекарь в этот момент разговаривал с графиней. И получал от разговора громадное удовольствие.

Он, конечно, изучал человеческое тело. Но одно - тыкаться вслепую.

Другое - узнать о таких вещах, как нервы,. Мышцы, сосуды - от профессионала. А Аля такой и была. И это она, не Лиля, сейчас водила указкой по рисунку. А Тахир внимал с радостью.

– ... большой круг кровообращения. А малый проходит через легкие. Начинается в правом желудочке легочным стволом, а затем разветвляется на легочные вены, выходящие из ворот легких, по две из каждого легкого. Выделяют правые и левые легочные вены, среди которых различают нижнюю и верхнюю легочную вену. Вены несут легочным альвеолам венозную кровь. Обогащаясь кислородом в легких, кровь возвращается по легочным венам в левое предсердие, а оттуда поступает в левый желудочек. Примерно так.

– Значит, госпожа, кровь переносит кислород. А без него мы умираем. А почему человек умирает, если дышать дымом? Это тот же воздух?

Лиля рассказывала про гемоглобин, эритроциты, про присоединение угарного газа, а мужчина слушал - как песню.

Запоминал, записывал - и многое становилось понятнее.

– госпожа, вы бы и сына Великого Хангана вылечили. Я уверен.

– А что с мальчиком?

Хотя не такой уж мальчик, юноша. Лет шестнадцати. Наследник, первенец, любимец отца...

Лиля слушала и хмурилась.

Основные симптомы были однозначны.

Головная боль, тошнота, понос, рвота, температура... да что угодно!

А вот одышка.

Кровоточивость десен...

Интереснее. Лимоны, апельсины мальчик ел? В товарных дозах? Даже поят водой с соком лимона?

Тогда не цинга.

А что?

Ой, ё!

Металлический привкус во рту? Боль при сглатывании?

Лиля хмурилась все сильнее.

– а кончики пальцев и носа не розовые?

– Да...

И потом покачала головой.

– Тахир, мальчика не вылечит никто. Отравители - это не по части медиков.

– Отравители?

Лиля вздохнула. И прочитала краткую лекцию. Больше всего, по совокупности симптомов, было похоже, что мальчика травили ртутью. Медленно и печально. Каким образом?

А она не всевидящая. Оказалась бы на месте - может, и нашла бы кто травит. А сейчас - увы.

– и никак нельзя спасти мальчика?

– Можно. Убрать отравителя и долго лечить. Если еще не произошло необратимых изменений в организме.

– Если бы в Ханганате об этом знали!

Лиля задумалась. Если бы знали... а почему - нет? Что она теряет? Пусть ищут отравителя. Найдут - ей плюсик. Не найдут - так и минуса не будет. Где Ханганат, а где она? Далеко...

– Тахир, друг мой.... У вас есть возможность отписать друзьям? В Ханганат?

– Эээээ...

– тогда направим письмо барону Авермалю. Вы вложите свое, а он переправит с оказией.

– Если сын Хангана еще нее умер - я смогу надеяться...

Лиля послала старику улыбку. Хотя старик... здесь это лет пятьдесят. В ее мире в сорок лет жизнь только начиналась, а здесь в этом возрасте уже прикидывают размеры гроба.

– Если мальчика вылечат - вы сможете вернуться.

– Оставить вас, госпожа? Никогда! Если только сами погоните прочь...

– Тахир, я ведь себе не хозяйка. Надо мной муж...

– госпожа, я не думаю, что он настолько глуп, чтобы запрещать вам нести людям пользу. Ваши знания могут спасти тысячи! Десятки тысяч людей!

– Ваши знания, Тахир. Я лишь ваша скромная ученица.

– Как пожелаете, госпожа. Только не гоните...

Лиля послала старику улыбку.

А подтекстом слышалось совсем другое.

Тахир был готов положить жизнь, чтобы лечить людей. Так как он поступит с тем, кто помешает ему научиться?

Судя по тому, что он рассказывал... яды - вещь такая... при нынешнем уровне развития их обнаружить нереально. Тахир даже сильно размышлять не станет.

И она не ошибалась.

Тахир Джиаман дин Дашшар и не рассчитывал на такую удачу.

Побег из Ханганата дорого ему обошелся. Старик устал, не знал, где завтра преклонит голову - и вдруг...

Удачей было уже получить кров над головой. Но чтобы так?

Когда Али привез его в Иртон, Тахир сначала отнесся к женщине, которая вздумала постигать тайны человеческого тела с легким удивлением.

Что может женщина?

Это прекрасный цветок. Она украшает жизнь, но решать, лечить, учить - должен мужчина. Это однозначно.

Ан нет.

Уже на второй день Лилиан Иртон завела с ним беседу. И Тахир был в шоке. Она знала... он до сих пор не ведал глубины ее знаний. А ведь женщина ничего не скрывала.

И он понимал - ему не лгут. Там, где говорят о медицине - не лгут. Разве что стараются объяснить понятнее.

Но как поверить в маленьких существ, живущих везде, в том числе и внутри людей? И в то, что рана гноится не от дурной крови, а именно от них. И если ее про... дезин... фицировать...

Как поверить, что кровь состоит из маленьких бусин (так Лиля для простоты объясняла про эритроциты, лейкоциты и тромбоциты) - и к тому же разных?

И в то же время - как не верить?!

Такое не придумаешь, это не бред.

Тахир костями чуял - за Лилиан Иртон серьезная школа. Это ее знания, но - не только ее... Такое собирается тысячелетиями.

Но когда он попытался узнать - откуда - графиня покачала головой.

Отговорилась рукописями.

Он не поверил. И искал бы. Но тут как раз случился налет работорговцев.

Раненные люди.

И они забыли обо всем.

Он, графиня, местный травник - человеческая боль стерла все различия. Они лечили. То есть лечила в основном графиня. А они были просто на подхвате.

Тахир смотрел, как она работала, как уверенно брала инструменты, как раскладывала их в определенном порядке, как отдавала приказы - и крепла уверенность.