Чтение онлайн

«Этот парень не просто механик с гаечным ключом, — мрачно подумал Леонид. — Он ходячая аномалия. И он мне не доверяет. Видел я его взгляд. Волком смотрит».

Нужно уходить. И нужно отправиться к нанимателю с докладом.

Вот только задание-то провалено, он почти ничего не собрал!

И тут взгляд Леонида упал на плетёную корзину возле журнального столика, которую Вера использовала как мусорное ведро во время лечения. Сверху, пропитанные бурой, уже высохшей коркой, лежали комки ваты и обрезки бинтов.

«Джекпот».

Леонид оглянулся. Берсерки храпели, врач спал без задних ног. Бузя, судя по звукам, только приходил в себя и чихал.

Разведчик быстро присел на корточки. Брезгливость — роскошь, недоступная в новом мире, да и раньше он ею не страдал. Быстро достал из инвентаря плотный пластиковый пакет с зип-локом. Осторожно, двумя пальцами, выудил самый пропитанный кровью кусок бинта. Затем взял ещё один, потемнее, а потом ещё парочку. Но слишком много брать не стал. Ещё заметят, что тут кто-то копался.

— Простите, мужики, — беззвучно шепнул он, запечатывая пакет. — Времена на дворе суровые. Каждый выживает, как может.

Пакет исчез в инвентаре.

Всё, пора валить.

Леонид выпрямился и зашагал из гостиной. Материализовал тёплый лётный пуховик с меховым воротником, тактические очки с поляризационным стеклом и уплотнителем. Быстро оделся, нацепил шапку, замотал шею шарфом так, что остались только глаза. На улице, на высоте полёта, сейчас совсем не тропики.

Он тенью скользнул к выходу. В прихожей Бузя уже сидел на пятой точке и тряс головой, пытаясь понять, где верх, а где низ. Увидев Леонида, хомяк попытался издать боевой писк, но получилось лишь жалкое «пиу».

— Бывай, коврик, — усмехнулся Леонид и вышел в утреннюю прохладу.

Небо очистилось, на жухлой траве виднелась изморозь. Осень выдалась непривычно холодная, ранняя. Того гляди, уже и зима подкрадётся незаметно. Может, хоть часть мутантов передохнет в морозы.

Леонид спустился с крыльца, отошёл метров на десять, ближе к реке.

— Арчи! — негромко позвал он, активируя слот Питомника. — Ко мне, мальчик!

Пространство перед ним подёрнулось рябью, и из сияющего голубизной воздуха, словно из прорехи в реальности, сформировался зверь.

Его ручной Крикун, уже осёдланный, стоял на мощных задних лапах, переминаясь с ноги на ногу. Кожистые крылья с остатками чёрного оперения были сложены, а хищная голова с острым клювом настороженно начала вертеться по сторонам. На спине летучего мутанта красовалось специальное седло, которое смастерили ребята на базе «Рысь». Из прочной кожи, со стременами, закреплённое сложной системой ремней.

Зверь глухо курлыкнул, приветствуя хозяина, и ткнулся мощным клювом ему в плечо.

— Привет, бродяга, — Леонид похлопал питомца по жёсткой шее. — Застоялся? Сейчас разомнём крылья. У нас дальний рейс.

Он привычно проверил подпругу, дёрнул стремя. Всё надёжно. Надел рукавицы и ловко, одним движением, взлетел в седло, ощутив привычную мощь мышц под ногами. Пристегнул страховочный карабин к поясу. С начала его карьеры всадника прошло всего ничего, но по ощущениям он родился в небе.

— Взлетаем, дружище, — прошептал он, поглаживая тёплую шкуру Крикуна. — Нас ждут.

Арчи издал тихий клёкот, присел, отталкиваясь мощными задними лапами от мёрзлой земли, и взмыл в небо. Огромные, кожистые крылья с шелестом расправились. Каждый взмах напоминал удар гигантского весла по воде.

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Земля мгновенно провалилась вниз. Коттедж превратился в игрушечный домик. Деревья стали кустами, а дорога чернильной лентой. Они набирали высоту. Вот уже стала видна вся излучина Москвы-реки. Тёмная вода внизу отражала блики рассветного солнца.

— Курс Юго-Восток, — пробормотал Леонид, мысленно направляя летуна. — Идём на Бутово.

Арчи сделал круг, выравнивая полёт, и устремился в нужном направлении, повинуясь желанию приручителя. Ветер ударил в лицо, пытаясь сорвать шапку, но Леонид лишь плотнее вжался в шею зверя. Арчи набирал высоту, ловя восходящие потоки.

Это было чувство, ради которого стоило жить даже в этом проклятом мире. Свобода. Абсолютная власть над пространством. Внизу копошились мутанты, люди грызли глотки за банку тушёнки, умирали от яда и когтей. А здесь, на высоте птичьего полёта, был только чистый, ледяной холод и возможности.

Леонид посмотрел вправо, на Красногорск. Ряды многоэтажек в микрорайонах стояли слепыми, с разбитыми окнами. Вдоль Волоколамского шоссе тянулись вереницы брошенных фур. Между коробками домов лежали пустыри.

Вот оно, утро нового мира. Без гула машин, без запаха кофе и свежей выпечки, без голосов людей, спешащих на работу. Только ветер, тихий скрежет разрушения и чуждая, мутировавшая жизнь, медленно, но неотвратимо заполняющая пустоту, оставленную человечеством.

Секунда, и вот уже Москва раскинулась внизу гигантским кладбищем цивилизации. Проспекты застыли в вечной пробке. Машины, брошенные в панике, образовывали причудливые металлические узоры. На некоторых магистралях они стояли плотной стеной, на других были разбросаны, словно игрушки. На улице Твардовского горел автобус, но пламени уже почти не осталось, лишь чёрный дым, ползущий вверх.

Что-то большое и медленное ползло по проспекту Маршала Жукова, оставляя за собой блестящий слизистый след.

Леонид видел, как внизу двигаются стаи Мутировавших Псов. Чуть позже заметил огромную тень, скользившую по крышам высоток — что-то действительно гигантское охотилось этим утром, но Арчи летел выше.

Мощные взмахи крыльев несли их над тёмными провалами парков, над руинами МКАДа. Полёт занял не больше часа. Холод пробирал даже сквозь пуховик, руки в перчатках закоченели, но Леонид не обращал внимания. Он всматривался в пейзаж.

Наконец, впереди показался массив Бутовского лесопарка. Ещё немного, и удалось разглядеть прогалину среди пышных деревьев.

Вот он, пункт назначения.

Чёрное каменное строение, абсолютно чуждое этому месту. Невысокая, приземистая башня, похожая на донжон средневекового замка. Грубый, неотёсанный камень, узкие бойницы, массивные зубцы. Никакого бетона, никакого стекла. Чистая, мрачная готика, неуместная в подмосковном лесу, как акула в бассейне. Эта громада словно проросла из земли, раздвинув корни деревьев.