Чтение онлайн

Предание, которое сохранил для нас Фирдоуси, гласит, что Бахрам с арабским войском смог занять Ктесифон, но не стал поступать традиционным образом – казнить Хосрова как узурпатора. Он решил устроить выборы, в которых приняли участие 30 кандидатов, из них в конечном итоге остались только сам Бахрам и Хосров. Прекрасно сознавая, что знать будет не на его стороне (но зачем вообще тогда понадобилась эта затея с выборами?), Бахрам предложил оригинальный способ состязания – венец правителя положили между двумя львами, и победить должен был тот, кто сможет его забрать. Расчет делался на то, что немолодой Хосров не сможет справиться с таким заданием. Так и вышло. Хосров отказался подходить ко львам, а Бахрам забрал венец. Хосрова он отпустил с миром и богатыми дарами (трагические судьбы отца и брата явно научили Бахрама дипломатии).

Шахиншах Бахрам V прославился не победами над врагами, а искусной охотой на онагров, за что получил прозвище «Гур» [85] . В «Шах-наме» Бахраму Гуру уделено довольно много внимания.

Если уж говорить начистоту, то делами правления Бахрам V совершенно не занимался, и его можно понять, ведь охотиться гораздо приятнее, чем править. Не чурался Бахрам и других удовольствий, таких как пышные застолья и отдых в обществе женщин. Всеми делами в государстве заправлял вузург-фрамадар [87] («великий владыка») Михр Нарсе, возвысившийся еще при Йездигерде. Будучи рьяным приверженцем зороастризма, Михр Нарсе организовал гонения на христиан, которые спровоцировали войну с Византией, начавшуюся в 421 году. Эта война, длившаяся около года, закончилась «вничью».

Смерть Бахрама V так же туманна, как и смерть его отца. Вроде бы он провалился в глубокую яму вместе со своим конем во время охоты, но нельзя исключить и того, что шахиншах был убит заговорщиками из числа придворных.

В 387 году, в правление шахиншаха Шапура III, Великая Армения, служившая «яблоком раздора» между Римом и государством Сасанидов, была разделена ими между собой. Западные и восточные окраины были присоединены к владениям сторон, а центральные армянские земли стали владениями вассальных правителей. В целом иранские приобретения вчетверо превышали римские, но люди имели большую ценность, чем земли, ведь земля без людей никакой прибыли не дает. Армянские князья-нахарары больше тяготели к христианскому Риму, нежели к языческому Ирану. Многие из них вместе со своими людьми переселились в Западную (Римскую) Армению, так что Шапуру III пришлось проявить дипломатичность. Он сделал правителем Иранской Армении аршакидского князя Хосрова, известного как Хосров IV, и обратился к ушедшим нахарарам с призывом вернуться обратно, который был ими услышан.

Золотой поднос с изображением Шапура III, убивающего тигра. IV век н. э.

Хосров практически сразу показал свой характер, управляя делами своего царства без оглядки на шахиншаха Шапура, а когда тот попытался призвать своего вассала к порядку, решил заключить союз с императором Восточной Римской империи Аркадием. В 392 году Шапур бросил Хосрова в темницу и поставил правителем Восточной Армении его брата Врамшапуха. В 414 году после смерти Врамшапуха шахиншах Йездигерд I вернул Хосрова на армянский престол, но тот вскоре умер, после чего Йездигерд усадил на армянский престол своего сына Шапура, о котором уже было сказано выше. Можно с уверенностью предположить, что возвращение Хосрова на престол было всего лишь прелюдией к воцарению Шапура. Многолетнее заключение сильно подорвало здоровье Хосрова и было ясно, что долго он не протянет.

В 428 году, при Бахраме V, Иранская Армения стала марзпанством – пограничной провинцией, управляемой шахским наместником. Разумеется, армянские князья (да и не только князья) восприняли это изменение негативно, поскольку оно означало полную утрату самостоятельности, к тому же часть земель армянского царства были включена в состав соседних областей. Перцу в похлебку добавило активное насаждение зороастризма, развернувшееся при сыне Бахрама Йездигерде II, который, в отличие от своего отца, активно интересовался государственными делами и в укреплении своей власти, подобно Ардаширу-основателю, полагался не только на меч, но и на религию. Прежде христиане воспринимались сасанидскими правителями в качестве неопасных для государства иноверцев. Однако после того, как римский император Константин Великий легализовал христианство и дал толчок его превращению в господствующую религию империи, христиан в Иране стали рассматривать как потенциальных пособников враждебного Рима. С точки зрения логики расчет на то, что зороастризм сможет крепко привязать Армению к Ирану, был верным, но следовало учитывать и разные другие обстоятельства, и, что самое важное, распространять зороастризм мягким, ненасильственным путем.

Дело было не только в зороастризме, но и в значительном повышении налогов, и в ущемлении прав армянской знати, и в объявлении персидского языка государственным… Йездигерд II слишком сильно полагался на своего ставленника марзпана Васака Сюни, принадлежавшего к одному из наиболее влиятельных армянских родов. Но Васак не смог предотвратить восстание, которое вспыхнуло в сентябре 449 года. Искрой, от которой быстро загорелась вся Армения, стала попытка превращения одной из армянских церквей в зороастрийское капище. Византийский император Маркиан не поддержал восстание, так что армянам пришлось надеяться только на себя. Лидером восставших стал спарапет [88] (верховный главнокомандующий армянским войском) Вардан Мамиконян.

26 мая (но, возможно, что 2 июня) 451 года на Аварайрской равнине близ города Маку [89] произошло сражение между повстанцами во главе с Варданом Мамиконяном и иранским войском под командованием военачальника Мушкана Нисалавурта. О силах нет достоверных данных. Армянские историки пишут о 65 000 (или около того) армян и 200 000 иранцев. Но простой анализ реалий того времени показывает, что Йездигерд II не имел возможности выставить против мятежных армян 200 000 войско. Ему же и границы нужно было охранять, и резерв держать на случай очередной войны с Византией или северными кочевниками. Скорее всего, силы были примерно равны, но качественный перевес был на стороне иранцев, поскольку значительную часть армянского войска составляли плохо обученные ополченцы. На стороне Нисалавурта тоже воевали армяне – Васак Сюни, который сначала примкнул к восставшим, но затем откололся от них, и несколько его сторонников.

Армянское войско было разгромлено, Вардан Мамиконян пал на поле битвы, но большой пользы от победы не было, поскольку уцелевшие армяне укрылись в труднодоступных горных убежищах и совершали оттуда вылазки. Нисалавурт понадеялся на помощь Васака Сюни, но тому не удалось склонить соотечественников к повиновению. Полное покорение Армении заняло бы много времени и привело бы к разорению страны, поэтому Йездигерд II пошел на уступки, разрешив армянам беспрепятственно исповедовать свою веру. Зороастрийская экспансия прекратилась, чтобы возобновиться при сыне Йездигерда II Перозе (Фирузе), который пришел к власти в 461 году. Ответом на это стало новое восстание, вспыхнувшее в 481 году. После трехлетнего противоборства преемник (то ли сын, то ли брат) Пероза I Балаш был вынужден заключить с армянами договор, по которому христианство признавалось государственной религией Армении, а армянским князьям возвращались в полной мере их наследственные права, в том числе и право занимать высшие должности в марзпанстве. Все участники восстания получили прощение. Ни одного зороастрийского храма в марзпанстве не осталось. Формально считается, что победил шахиншах, поскольку армянские князья в очередной раз признали сасанидский сюзеренитет, но на самом деле победили армяне, вернувшие свой жизненный уклад в старое, привычное русло.

Государство эфталитов в конце V века

Еще большей проблемой, чем непокорные армяне, были кочевники-эфталиты, которых некоторые византийские авторы, например Прокопий Кесарийский, называли «белыми гуннами». Эфталиты спустились в степи Средней Азии с Алтая и к середине V века создали обширное государство, простиравшееся от восточных пределов Сасанидской державы до пустыни Такла-Макан [90] . Эфталиты были родственными ираноязычными племенами, но вели себя при этом совсем не по-родственному.

В 470 году Пероз I собрался усмирять эфталитов, но в результате попал в плен к их правителю Хингиле. Свобода обошлась шахиншаху очень дорого – пришлось уступить эфталитам часть своих территорий и признать себя данником Хингилы. Согласно преданию, Хингила потребовал от Пероза поклониться ему до земли, но хитроумный Пероз нашел способ избежать унижения. Он согласился поклониться на рассвете, когда за спиной правителя эфталитов будет находиться солнце, то есть отдал почесть солнцу, а не Хингиле.