Чтение онлайн

– Почему у нас в стране всегда аврал? Почему всё должно решиться в последний день, в последний час? Успокойся, визит к нотариусу отложим на завтрашнее утро! Всё равно, пока все камни не получим - о передаче наследства говорить рано! Вызывай колдуна!

Лампель зажурился и откинулся на спинку стула.

– Сто тридцать три, сто тридцать три, сто тридцать три, - медленно проговорил он и открыл глаза.

– Ой! Смотрите! Смотрите! Какой огромный котище к нам пожаловал, - завизжала девчушка, сидевшая с родителями за соседним столиком.

Вика опустила глаза и увидела серого кота с разноцветными глазами, шагающего на мягких лапах прямо к ней.

– Брысь отсюда!
– закричала официантка, замахнувшись на Аркадия Петровича полотенцем.

– Девушка, не шумите! Кот мой, он - дрессированный, сейчас я его выведу, - Ракул обаятельно улыбнулся официантке, поднялся из-за стола и кивком приказал Лампелю следовать за ним.

– Вика, как договаривались... Сидишь, с места не сходишь... Если что, процесс тормозишь. Я - быстро. Не скучай!

Вика пожелала Вадиму удачи и принялась снова изучать меню.

Они разговаривали в укромном уголке зала ожидания минут пятнадцать.

Идея подсидеть выскочку Большову Сытину понравилась.

– Деньги есть?
– обратился он к Ракулу.

– Сколько?

– Тысяч тридцать, за оплату услуг проводника и пользование «служебным входом». У нас, знаете ли, альтруизм наказуем. Мог бы взять годом жизни, но... Думаю, не согласишься, - пошутил толстяк.

Вадик вытащил из кармана деньги и со вздохом отсчитал нужную сумму.

– Держи, крохобор!

– А я?
– вклинился Лампель.

– Тебе-то туда зачем? Завтра к обеду уже навсегда заселишься... Гуляй пока!
– отрезал Сытин.

– Да я не про это! Я - про деньги! Мне хоть тысяч пять за посредничество!

– Вернусь - рассчитаемся. Ступай к Вике, стереги вещи!
– и Вадим угрюмо посмотрел на Эдда.

Тот потоптался на месте и, не решившись повторить просьбу, поплёлся обратно в ресторан.

Глава 18

Очутившись в секторе «пыли», Вадик слегка опешил от изменений, произошедших в интерьере этой действительности.

Рядом с засохшим деревом появился небольшой строительный вагончик, выкрашенный в светло-серый цвет. Рядом с входной дверью во «времянку» была установлена скамеечка.

– Что это?
– поинтересовался оторопевший Ракул.

– Вчера установили, - ехидно пояснил Сытин.
– В течение года со дня смерти кандидатам в органы загробной власти разрешается адаптироваться к новому месту пребывания, используя привычный антураж. Вот и воссоздали, так сказать, рабочее место депутата Большовой. Снаружи неказисто... Зато внутри!..

– Сейчас посмотрю!
– Ракул шагнул к строению.

– Особо не разбегайся, обрати внимание, рядом с дверью график - «Часы приёма по личным вопросам».

Вадик недоумевающе посмотрел на Аркадия Петровича.

– Не шутите?

– Что ты! Всё, как при жизни на Земле...

– Не понимаю! Ничего не понимаю... За что ей такие почести? Таких депутатов - да и других нечистых на руку людишек - полным-полно, а она здесь одна восседает.

– Да сколько можно объяснять!
– разозлился Сытин.
– Не одна, конечно! Просто ты в состоянии визуализировать во всех действительностях только тех людей, с которыми тебе приходилось лично общаться в земной жизни. Расслабься, понять устройство Миров тебе сейчас размер лобной кости не позволит.

– Кому рассказать - не поверят!

– Слава Дасту! Дошло, наконец! Конечно, не поверят! Ни понять, ни представить не смогут. На том и стоим! Ты, парень, время не трать и меня не зли, я тебе ещё не до конца прошлые выходки простил. Давай! Дерзай! Мне тебя ещё назад провожать.

– Приёмный день, - облегчённо выдохнул Вадик и потянул на себя ручку двери.

Работая у Большовой водителем, ему не раз доводилось бывать в кабинете хозяйки. Обстановка оказалось той же самой, только с голыми тусклыми стенами и без окон. За массивным столом сидела тощая полулысая старуха с редкими клочками седых волос на голове. Ввалившийся рот, синюшные губы. Маленькие глазки без наращённых ресниц и косметики еле виднелись из-под нависших век.

– Вадик! Какая неожиданность! Ты что, умер?
– Большова, скрепя суставами, поднялась из кресла и, распахнув объятия худых рук, двинулась на Ракула.

Вадим замер на месте.

«Депутатша», словно не понимая его замешательства, радостно потрясла парня за плечи и, привычным жестом откинув назад голову, оглядела с ног до головы.

– Красавец! Если бы ты знал, как я тобой любовалась. И высокий, и статный, а лицо какое хорошее: открытое, мужественное лицо. Сейчас правду скажу...
– она кокетливо захихикала.
– У тебя форма черепа потрясающей красоты, а подбородок - один твой волевой подбородок с ямочкой!
– чего стоит... Тут у нас с таким сложением скелета мужчин мало...
– наконец, прервав поток ненужных комплиментов, сдвинула седые брови.
– Почему ты здесь? Это ошибка какая-то. Если хочешь - разберусь! У меня тут и связи, и поддержка на самом высоком уровне. Рассказывай, как угораздило...

– Елена Павловна, я, собственно, к вам с просьбой, - перешёл к делу Ракул.

– Садись к столу, садись, сейчас всё обсудим. Чем могу - помогу...

Она подошла к двери и громко крикнув:

– Лариса, сделай нам два кофе!
– вернулась на место.

Ожидавший снаружи Аркадий Петрович гневно сверкнул глазами, запрыгнул на ближайшую могильную плиту и, превратившись в уродливого горбуна, показал в направлении вагончика длинный средний палец с грязным обломанным ногтем.

– Вот тебе кофе!

– Итак, я вся - внимание, - Большова пытливо уставилась на бывшего охранника.

Подробно описав всё, что с ним случилось в последние месяцы, о сомнительном плане Эдда выторговать себе свободу Ракул предусмотрительно умолчал. В конце концов, не его это дело, как «непризнанный гений» собирается вести переговоры. Поэтому свой рассказ Вадик закончил деталями текущей ситуации:

– Елена Павловна, их трое, а пока я здесь - подъедет четвёртый. Мне с таким количеством не справится. Никак не справиться. Было бы неплохо помочь Лампелю минут на двадцать перевоплотиться в ворона, а ещё - «могильщиков» парочку. Думаю, они одним своим видом всех распугают.

Большова задумалась.

– Видишь ли, Вадим, - словно подбирая слова, начала покойница.
– От изменения дислокации правила не меняются. Думаешь, я не понимаю, почему Сытин сменил гнев на милость после вашей с ним ссоры и согласился тебя ко мне привести? Любой мой промах - особенно на первом этапе - это плюсик в его копилочку... Ждёт, драный кот, как меня перед боссом подставить... Только ошибается... Нет у него такого жизненного опыта, туповат психолог, недальновиден. Обставим мы его, и - как нечего делать.