Чтение онлайн

И тогда я начал учить своих пациентов обращать внимание на едва уловимые процессы, своеобразные «махинации подсознания», которые начинали действовать там, куда обычно сознание не дотягивается, когда они сталкивались с задачами, казавшимися им трудными для решения. Я помог им пролить свет на возникающие в таких ситуациях мысли и страхи, понять те стратегии, к которым они прибегали для достижения «успеха», а главное, понять, работали эти стратегии или нет. И в процессе люди начинали понимать, как попытки забежать вперед на самом деле тащили их назад.

Для одного из упражнений я воспользовался техникой, с которой меня познакомил мой дорогой друг и коллега доктор Рэй Готтлиб и которая изначально была разработана доктором Робертом Пеппером в качестве одной из составляющих «терапии стрессовых состояний Пеппера». Воспользовавшись таблицей с изображением нескольких рядов стрелок, указывающих в разных направлениях, я просил моих пациентов называть направление, в котором указывает стрелка, одновременно двигая руки в противоположном направлении. Как вы догадываетесь, это приводило к путанице (если не к панике) и желанию «все сделать правильно», что, в свою очередь, вызывало задержки дыхания. Но как только пациент осознавал происходящее и снова начинал дышать, все способности его ума, не сдерживаемые более напряжением, проявлялись в полной мере, давая блестящие результаты.

Помню одну молодую женщину, которая посещала мои семинары. Я попросил ее снять очки с толстыми стеклами и встать настолько близко к таблице со стрелками, насколько было нужно, чтобы эти стрелки разглядеть. Таблица была крупной, женщина остановилась меньше чем в метре. Каждый раз, когда она выполняла очередное задание, я просил ее сделать глубокий вдох и отступить на шаг назад. Через двадцать минут она отошла больше чем на семь метров, а глаза ее продолжали четко видеть стрелки. После упражнения я проверил ее зрение – оно улучшилось на 200%.

С тех пор я воспользовался этим упражнением для работы с тысячами пациентов, среди которых были и члены олимпийских соревнований, и атлеты мирового уровня. Снова и снова это незамысловатое упражнение приводило к значительному улучшению внимания, памяти и спортивных результатов, в то же время увеличивая скорость, точность и гибкость реакций на сложные жизненные ситуации. Но самым интересным оказалось следующее мое наблюдение – наша система будто изначально была «спроектирована» таким образом, чтобы реагировать на жизнь, а не направлять ее. Это наблюдение послужило толчком для моих дальнейших философских и научных поисков.

Когда мы перестаем думать и начинаем реагировать, мы преуспеваем. Когда мы пытаемся предугадать последующие события и контролировать их ход, мы зажимаемся и качество нашего «исполнения» снижается. Но если мы легко и без сопротивления направляемся туда, куда поведет нас жизнь, мы встретимся к ней лицом к лицу, с широко открытыми глазами. Такой опыт позволяет нам без всякого напряжения выйти на совершенно новый уровень непринужденности и присутствия. Признание того факта, что разум жизни всегда «ходит» первым, а нам остается лишь делать ответные ходы, вдохновляет на органичное и сбалансированное сотрудничество с реальностью; ведь нам остается лишь следовать за ним туда, куда он ведет, а он неизменно ведет в направлении раскрытия своего потенциала самым оптимальным образом.

В следующей истории рассказывается о том, как я в свое время сам откликнулся на такое «приглашение», сделанное мне самой жизнью с целью раскрыть мой потенциал. Весной 1969 года меня приняли в стоматологический колледж, но с тем условием, что за лето я пройду три предмета и сдам зачеты, которых мне недоставало для зачисления на курс, стартующий осенью. Я связался с единственным в Майами (где собирался провести лето) колледжем, имевшим аккредитацию, и выяснил, что два предмета из трех мне необходимых там будут преподаваться параллельно, так что я при всем желании не мог выполнить предъявленные мне для зачисления требования. Получалось, что мне придется прождать еще год, чтобы начать учиться на стоматолога.

В тот же день один из моих сокурсников пригласил меня в Мемфис, куда он направлялся, чтобы навестить родственников. Я согласился. После прибытия мы поехали кататься по окрестностям. Мы ехали по магистрали, как вдруг мимо промелькнул колледж по оптометрии. Я почувствовал неодолимое желание заглянуть туда, что довольно странно, потому что никогда не размышлял о карьере оптометриста. «Разворачивайся!» – крикнул я. Мой друг развернулся, притормозил, и я чуть ли не бегом побежал к администратору, чтобы взять бланк заявки на поступление. Было лето, колледж пустовал, поэтому мне не составило никакого труда на следующий же день попасть на встречу с представителем приемной комиссии.

Я рассказал ему, как что-то буквально толкнуло меня, когда мы проезжали мимо кампуса, заставив остановиться. Затем я показал ему уведомление о зачислении в стоматологический колледж и поинтересовался, насколько значившиеся там предметы совпадают с предметами, необходимыми для зачисления в оптометрический колледж. Выяснилось, что списки практически идентичны, а на курсе, который должен был стартовать осенью, как раз оставалось одно вакантное место. Представитель приемной комиссии спросил, хочу ли я подать заявку на поступление. Я вытащил бланки, заполненные накануне, и протянул их вместе со своим табелем. Администратор внимательно изучил их и потом удивленно поднял на меня глаза. «Вообще-то я так никогда раньше не делал, но если вы хотите это место на курсе – оно ваше», – заявил он. И затем заметил, что из трех предметов, которые требовал стоматологический колледж, для поступления сюда мне понадобятся только два из них.

К тому времени, как я неделю спустя вернулся в Университет Джорджии, меня ждало новое уведомление о зачислении. Тем летом я сдал зачеты по двум недостающим предметам в Университете Майами и осенью 1969 года начал учиться в Южном оптометрическом колледже.

Много лет назад, наблюдая за работой художника, я заметил, что он периодически отступает на шаг назад и окидывает взглядом холст. Я тогда поинтересовался, что именно он делает. Он ответил, что не рассматривает ничего конкретно, просто охватывает взглядом сразу всю картину, чтобы понять, где и чего недостает. Тогда я сосредоточился на его глазах и заметил, что они будто бы бесцельно блуждают по холсту, фокусируясь на отдельных деталях лишь тогда, когда те привлекали внимание художника. Стало ясно, что глаза художника были натренированы воспринимать картину в целом, с тем чтобы быть притянутыми именно к тем местам, которые требовали внимания. Так и наши глаза в каждый отдельно взятый момент времени притягиваются именно туда, где наше присутствие необходимо.

Наши глаза постоянно реагируют на «ловящий» их свет. Открывая для себя эту едва заметную, но очень значимую особенность нашего устройства, мы начинаем доверять руководству, которое осуществляет свет, и следуем ему, не задавая вопросов, развивая умение более ясно и с приятием видеть скрытые механизмы, регулирующие нашу жизнь.

Когда мы в конце 1970-х разъехались, но еще не развелись с моей бывшей супругой, моя жизнь сплошь состояла из цепи весьма неприятных и болезненных событий. У нас снова и снова случались стычки, на которые я реагировал вспышками гнева. Как-то раз, после очередной такой ссоры, я вдруг понял, почему этот паттерн повторяется в моей жизни со столь завидной регулярностью. После того как понимание пришло ко мне, временной промежуток между инцидентом и пониманием его причины сильно сократился. Я понял, что моя осознанность растет. Прошло еще немного времени, и я уже видел причину происходящего непосредственно во время события. Но едва я подумал про себя: «Ага! Наконец-то разобрался!» – мое эго немедленно захотело приписать все заслуги себе и я оказался отброшен туда, с чего начинал.

Но прошло еще какое-то время, и я пережил поистине волшебный опыт. В самый разгар ситуации, которая раньше совершенно выбила бы меня из колеи, я вдруг почувствовал полное спокойствие и абсолютную осознанность. Кроме того, я ощутил глубочайшее смирение, будто на меня снизошло благословение. Через несколько дней мне снова пришлось остановиться и задуматься: произошло событие, после которого я почти тут же осознал, что за несколько минут предчувствовал его наступление. Обычное совпадение или развитая осознанность способна предугадывать будущий опыт? Возможно ли, что мы неразрывно связаны с разумом жизни и нас направляет нечто вроде предвидения?