Исцели меня прикосновением
Шрифт:
— Кристин, всё будет хорошо. Верь мне.
— Верю.
Саша наспех надевает рубашку, и застегивает пуговицы. А у самой двери вдруг произносит.
— Я предупрежу Костю, что ты останешься у нас. Чуть позже опять зайду. Договорились, — не сдерживаю улыбку. — И ещё, улыбайся чаще и не грусти. Ты прекрасна!
Саша тоже сияет, а затем выходит за дверь, оставляя меня с полной уверенностью, что теперь точно всё будет хорошо.
Глава 28
Алекс
Закрываю дверь спальни и с лица мгновенно слетает маска "добросердечного покровителя", сменяя себя образом "темного рыцаря", жаждущего справедливости и мести.
Безнаказанность…
Так она сказала. И судя по тому, что Радион всё это время жил за границей припеваючи, пока Кристина боролась с воспоминаниями прошлого, и каждый раз вздрагивали от одной только мысли, что мучитель вернётся, он действительно не получил по заслугам.
Внутри с невероятнейшей силой растет нечто мрачное и зловещее, оно раскаленной лавой течет по венам, отравляя и стирая любые преграды.
Боль…
Она до сих пор её испытывает, а ещё страх…
На куски хочется разорвать ублюдка, с особой степенью садизма, медленно и мучительно, чтобы на своей шкуре испытал хотя бы малую часть того, что пришлось пережить Кристине.
Обещание — единственное, что немного отрезвляет и сдерживает.
Спускаюсь, перескакивая через ступеньки и чуть не влетаю в маму.
— Ты куда, Саш?
— К Владке. Мы ушли без предупреждения. Не хорошо получилось, — отвечаю как можно мягче, боясь сорваться, ведь бушующие во мне эмоции требуют выхода.
— Но…
— Ксюха у меня в спальне. Очень прошу, побудьте немного с Кристиной. Поболтайте о чём-то своём, женском. Я скоро вернусь. — чмокаю в щёчку. — Не волнуйся, мам.
Залетаю в тачку, делаю всё на автомате, и вот уже лечу мимо торговых центров и многоэтажек, которые сливаются в одну яркую ленту. В голову подкрадываются нехорошие мысли, от которых начинает мутить.
А что если… Что если Влад в этом тоже замешан?
Помогает брату.
Не зря всё это время так упорно крутился вокруг Кристины. И приглашение на собственную вечеринку — отличный ход к сближению.
— Чёрт! — бью по рулю, и резко отклоняюсь от столкновения с летящей на меня бэхой. То ли я слишком погрузился в думы, то ли… За рулём оказался отмороженный урод, который даже не попытался сбавить скорость.
Подъезжая, набираю Исаеву, только слышу долгие протяжные гудки. Злюсь ещё больше. Смотрю на себя в зеркало заднего вида и не узнаю, в отражении, сам дьявол воплоти.
Перевожу дыхание. Мне необходимо мыслить здраво.
— Петь, на минутку, — нахожу друга на танцполе, и увожу в сторону. — Где Влад?
— Да где-то тут был. — крутит головой по сторонам. — Не знаю точно. Фигаро здесь, Фигаро там. Он весь вечер какой-то дерганный. А что, что-то случилось?
Ага. Случилось.
Призрак из прошлого случился.
Кошмар наяву.
Стал реальным, блуждает среди нормальных людей, запугивает, и возможно, Влад его сообщник.
— Нет. — засовываю руки в карманы, так как чешутся смазать кому-нибудь по морде, а точнее конкретному человеку, когда доберусь до него. — Тему одну перетереть нужно и… Ладно, Князь, — бью его по плечу, и спешу ретировать, так как на горизонте мелькнула фигура того, кто мне нужен. — Ольга, кажется, заскучала, ещё увидимся.
Иду через толпу пьяных танцующих, отпихивая липнущих навязчивых девиц. Мелькания перед глазами, и светоигра делают своё дело, теряю из вида объект преследования и двигаюсь интуитивно к заднему двору. Пересекаю территорию бассейна, прохожу мимо столиков и беседок, обхожу сад вдоль и поперек, с досадой понимая, что здесь никого нет.
На что только надеялся? Потерял около пятнадцати минут такого драгоценного времени.
Решаю подняться на второй этаж, и неожиданно на повороте чувствую толчок в грудь. Смотрю на виновницу ДТП и замираю.
Яна? А что она забыла на втором этаже? Сюда только близким людям подниматься можно.
Яна отпрыгивает и смотрит на меня всего пару секунд, прежде чем побежать к лестнице. Но я успеваю уловить на её лице такую необычную смесь эмоций. Удивление и растерянность, сменяют себя смущением, а затем тревогой и страхом.
Холодная девочка, что, в панике?
Хочу её окликнуть и выяснить в чем дело, может помощь какая нужна, только меня останавливает идущий, ко мне широким шагом Исаев.
Прищуренный взгляд, сжатая челюсть, разлохмаченные волосы, расстегнутая рубашка, развивающаяся от скорости, Влад вправду выглядит устрашающе.
— ЯНА! — орёт он не своим голосом. — Яна, стой! Стой, кому говорю! Я не отступлю. Слышишь! Можешь убегать сколько угодно. Только от судьбы не убежишь. Даже не надейся, что сдамся. Ни в этот раз!
Смотрит разъяренным взглядом только прямо, куда убежала Королёва, но замечая меня, меняет траекторию и резко тормозит, хватая за грудки.
— Какого хрена ты не сказал, что вы расстались? — цедит сквозь зубы.
Вот тебе и поворот. Вроде я собирался оказаться на его месте и что-то выяснять. А теперь даже слегка теряюсь.
— Из-за ваших игр в молчанку, — сжимает ткань рубашки сильнее. — Я потерял целый месяц! Месяц, Саш, гребаных тридцать дней!
Рычит словно раненный зверь, резко отпускает меня, слегка толкнув, и запускает пальцы в шевелюру. Расхаживает взад-вперед, возводя глаза к потолку и нервно натягивая волосы.
— Как же охота сдохнуть! — выкрикивает в сердцах. — Чтобы не ощущать эту тупую нескончаемую боль. Как же я устал. — прикрывает ладонью глаза. — И кто вообще придумал эти долбанные, мать вашу, чувства? Одиночки? Романтики? Безумцы? Кто? Не знаешь, Саш?
Останавливается, сверкает безумными глазами. Под градусом что-ли? Но Влад не был пьян, от него не разило спиртными напитками. Тогда что?
— Да откуда тебе знать. — неожиданно начинает посмеиваться. — У тебя ж кусок льда вместо сердца. Или всё-таки бьётся, а Саш?
Не понимаю чего добивается этот придурок, но упорно слушаю его яркие речи.
— Ну же, пооткровенничай со мной, друг. Поведай свои тайны. Молчишь? Тогда я буду говорить. Не против? Дай-ка подумать, — постукивает себя по подбородку. — Бьётся. Ещё как бьётся. Надрывно качает горячую кровь. Рьяно. Не щадя. Наизнос. Как мне это знакомо. — вздыхает. — Верно? Я прав? Оно оживает и бьётся только рядом с Кристиной!