Исцеляющее безумие: между мистерией и психотерапией
Шрифт:
Я, наивный, может, думал, что тут и сказочке конец. Ан нет – это было всего лишь начало!
Через минут пять-десять у наших дверей раздается мощный гул и стуки. Мы открыли, и я вышел к «народу». Что я, кстати, понял только потом – это что я по-прежнему был в маскарадном своем раскрасе. Когда трикстер уже таки начинает морочить приличным людям головы, он это таки уже делает многоформатно.
Итак, я вышел на улицу. У дверей стояли человек десять взрослых и пяток детей-подростков. Ну, что они говорили мне – примерно понятно. Я очень постарался максимально трезвым и взрослым тоном объяснить, что это такой специальный тренинг, а в чем он состоит, я готов всем объяснить подробно через двадцать минут, когда тренинг закончится. Они продолжали шуметь. Первенство из них я бы отдал мальчишке лет одиннадцати. Он орал: «Это же психотравма! Я теперь пойду и повешусь, и вы будете виноваты!» Я повернулся к нему и сказал: «Иди, вешайся». Но его трудно было сбить. Он тут же заорал: «Не повешусь! Тогда руку разобью!» И действительно принялся рукой – локтем – изо всех сил лупить по кирпичной стенке.
Вообще говоря, это уже почти и все. «На измену» выпала добрая половина участников. Подведение итогов было в большой степени сорвано – никто ни о чем другом говорить не мог.
Потом мы закончили, и я вышел на улицу, как обещал. Там не было уже никого – только один мужчина, который сказал: «Я черный колдун. Можно зайти?»
…!
Вот видите, я не виноват. Я ж его не придумал. Я уже сильно устал за этот день и хотел отдохнуть. Мы прошли внутрь и сели пить чай.
Мужик, с одной стороны, выглядел сильно «неадекватно». С другой, было два интересных момента. Во-первых, я помнил его полчаса назад, когда он вел себя совершенно по-другому – бил себя в грудь и кричал про нравственные ценности. Такую поведенческую гибкость заценил бы любой НЛПист. Во-вторых, он очень прямо и «попадая» начал с нами разговаривать. Мне он сказал: «Ты думаешь, ты скоморох?» (хотя ни о чем таком я не говорил). А организатору семинара: «Ты думаешь, ты ведьма?» (Хотя уж она и подавно ничего такого при нем не говорила). И так далее в том же духе. Он не просто гнал белиберду. Он говорил явно осмысленные вещи.
«Толпу, – говорит, – я разогнал. Не ради вас, а для себя. Это мой участок, тут я хожу подпитываюсь. А вы собственно кто такие будете?»
Пришлось отвечать. Вообще хорошо поговорили.
У этой истории есть еще несколько красивых моментов. Через пару дней я приехал туда же, встречаться с «колдуном». На встрече он не появился, но гуляя вокруг, я вдруг увидел круглосуточное отделение милиции, до которого мы с Читой не дошли шагов тридцать. Там как раз ее сильно заломало, и я решил вернуться. Это было бы красиво. Я даже специально зашел туда внутрь и спросил у ментов, который час. Чтобы, так сказать, все-таки отметиться.
На измену в тот вечер выпала прежде всего директор того места, где мы занимались – детского центра творчества. Ей, кстати, действительно было чего бояться, в отличие от всех остальных. Вначале она очень сильно на меня «наехала». И в первые пять минут я ей даже поверил. Но, насколько я знаю, никаких дурных последствий не было. «Колдун», надо полагать, поработал. «Ведьма» написала упреждающую, очень хорошую, кстати, статью в местную газету про сказкотерапию и карнавал. Короче, «наши» «отмазали» – либо вообще не надо было никого ни от чего отмазывать.
Так вот, сходили-погуляли.
Вот что Чита написала мне где-то год спустя (я спрашивал про «дальние последствия»):
"…ну, ваще глобальных таких последствий (ну, типа, как ты писал про даму, которая осознала, что она змея) не было..
но из колеи, из которой хотела выйти – всё-таки вышла:))) поначалу-то я сильно "шашкой махала" – типа – всё могу!!! потом понемногу успокоилась и вспоминала эту нашу прогулку даже с удивлением – типа, эт я там была?:) но ощущение, что я МОГУ осталось до сих пор…
…да, потом, через пару дней после тренинга, я написала про себя сказку, которую не стала писать на тренинге.. ещё через пару дней после этого приписала ей счастливый конец:)))
.. в жизни до такого "счастливого конца" ещё не добралась:))
но ведь и жизнь ещё не заканчивается :)»
В самом деле: может, я там играл бессмертную драму "Отелло, мавр венецианский"? Играл в одиночку и сразу во всех ролях? Я, например, изменил себе, своим убеждениям: вернее, я стал подозревать себя в измене самому себе и своим убеждениям; я себе нашептал про себя – о, такое нашептал! – и вот я, возлюбивший себя за муки, как самого себя, – я принялся себя душить. Схватил себя за горло и душу. Да мало ли что я там делал?..
Это не было представление ради «улицы», скорее случайное смешение жанров. «Улица» пересыщена паранойей (один из ее символических образов – колдун, забирающий у прохожих энергию), и если ты выходишь на улицу без защитного покрова (прежде всего, «городского» состояния сознания), то ты рискуешь получить по голове в разных смыслах.
Впрочем, когда вправду выходишь, большая часть угроз всей этой паранойи, конечно, оказывается фикцией. Милиция занимается теми делами, где ей могут достаться деньги; из Центрального Комитета тебя маленького не видать. Даже черные колдуны обычно оказываются милыми ребятами.
Тогда ты успокаиваешься и начинаешь свое маленькое представление.
Что? Да что угодно. Если твоя цель – повысить уровень энергии (или уровень добра, или уровень свободы) людей этой самой улицы, то что можно сделать? Можно петь или плясать, можно ходить босиком по битым стеклам, можно крепко взмедитировать в необычной позе, можно хохотать или дудеть в дудку. Как и в динамической медитации, само действие здесь является не главным. Действие скорее служит заставкой, видимой приманкой, а для тебя самого – поглотителем сознательного внимания. И критерием «правильности» твоего собственного состояния, конечно.
И если ты все-таки начинаешь свое представление, не испугавшись паранойи, то улица почти наверняка устроит тебе следующее испытание – безразличием. Равнодушно она будет обтекать тебя, как будто тебя вовсе не существует в природе, а все твои действия – невидимые мыльные пузыри. О, улица долго тренировалась на каждом из своих членов, и теперь они будут транслировать то же самое тебе по законам, подобным армейской дедовщине.
Здесь велико сопротивление среды, и поэтому весело тем, кем движет порыв героический или избыток энергии. Впрочем, здесь как в работе с чакрами и в сексуальной стеснительности – там, где велико сопротивление, там и скрываются сладкие и прекрасные плоды. Другими словами, если уж ты преодолеваешь равнодушие улицы и «включаешь» ее, то энергетика и ее и твоя многократно усиливается. Улица – сплошной громкоговоритель. Люди любят ласку и расторможенность, и многие отвечают тем же. Им приходится помогать как малым детям (в самом деле, теми же методами), но и благодарны они бывают как малые дети.
Приложение1. Grand scandal в интернете
Всю жизнь довлеет надо мной этот кошмар – кошмар, заключающийся в том, что понимают тебя не превратно, нет – "превратно" бы еще ничего! – но именно строго наоборот, то есть, совершенно по-свински, то есть, антиномично.
Мамочки мои! Неужели без этого было нельзя?
А ты, сын мой, читал бы собственные тексты! Заметил бы в главе второй про Дионисии такие золотые слова:
«Еще одним важным условием существования мистерий является таинственность; само слово прямиком отзывается в "mistery" (и "мистика", кстати, растет из того же корня). Тайна, секрет, "оберегание сокровища" обязательны для "мистов", "посвященных". Четкое разделение практик на "открытые" и "тайные" (и, соответственно, разделение определенных слов, сюжетов, изображений, песен) существовало и у греков времен Элевсина, и у папуасов…
Болтуна ждет наказание. Казнь – в древнегреческие времена… Даже избегнув социальных наказаний, нынешний болтун неизменно поражается на поле психологическом. Интересно, что обычно за разбалтыванием следует не только (почти 100% ) непонимание, но именно наказание…»
Ну? Кому мы пишем книги?
Эх, да что теперь говорить…
Ну так, короче, как дело было.
Два что ли года назад, для этой книжки, записал я нижеследующую историю: