Чтение онлайн

Но после всего, через что я прошла, я горжусь, что у меня такое сильное тело, что есть отметки, показывающие, сколько оно вынесло. И не имеет значения, насколько болезненными эти воспоминания могут быть.

Я быстро помылась в ванне и надела новую одежду на мои новые шрамы. Как только я заправила рубашку в штаны, дверь в спальню открылась.

– Ой!
– сказала Кэтрин, резко остановившись. В руках она держала поднос.
– Я ужасно извиняюсь, я ожидала, что ты все еще будешь в постели, - она хмурится, закрывая дверь позади себя.
– Ты должна быть в постели.

– Я встала 5 минут назад, а ты уже нянчишься со мной?
– сказала я, приподнимая бровь. Я бросаю более пристальный взгляд на дымящееся блюдо, которое она несет.
– Это еда?

Она закатывает глаза и передает мне поднос, я сажусь за стол. Какой-то стейк с белым соусом, который выглядит совершенно незнакомо. Не то, что я обычно ем по утрам.

– Что это?
– я так голодна, что мне практически все равно. Подцепив кусочек, попробовала его на вкус. Оно могло быть столь же мягким, как булочки, и все равно это останется лучшим мясом, которое я когда-либо пробовала.

– Оленина. Феи здесь охотятся и приносят мясо для нас

Я чуть не уронила вилку.

– Фейри?

Кэтрин оценивает меня терпеливо.

– Мне нравится это еще меньше, чем тебе, но у нас перемирие, и мы соблюдаем его - до тех пор, пока они не убьют человека.

Значит, это перемирие не распространяется на разрешение фей подвергать пыткам людей в пещере в качестве теста, чтобы доказать, что эти люди не находятся под влиянием фейри. Думаю, я не должна удивляться этому. В конце концов, это город пикси. Он был сделан для фей и никогда не предназначался для человеческого обитания. Важно только то, что мы вынуждены были разделить его с ними.

Деррик пропел строчку из песни из глубины шкафа, прозвучало это как очень непристойное слово для определения части мужского тела. Кэтрин уставилась на дверь.

– Боже мой, что он там делает?

– Шьет, - говорю я, засовывая другой кусок мяса в рот, определенно неблаговоспитанным способом. Затем я понимаю, что только что произошло и смотрю на нее.
– Стой, ты можешь слышать его?

Кэтрин подняла рукав своей рубашки. Вокруг ее запястья обмотана тонкая ниточка сейгфлюра, редкого чертополоха, который позволяет людям видеть фей.

– Все в городе носят его.

– Где вы нашли его?
– я никогда не знала, где Киаран выращивает чертополох. Он всегда пополнял мой запас, часть которого я использовала для своего оружия. Без этого я не могла бы сражаться с фейри. Я не могла бы их даже увидеть.

– Это был жест перемирия. Эйтиннэ рассказала мне, как его выращивать, прежде чем отправилась искать тебя, - сказала Кэтрин.
– Благодаря этому у тех из нас, у кого не было Зрения, появился некий шанс на выживание.

Я должна была догадаться, что это была Эйтиннэ. Киаран никогда не показал бы такое человеку.

– Так она учила Вас всех, как выращивать его?

– Нет, - сказала Кэтрин отстраненно, все еще слушая, как поет Деррик, - только одного человека. Так получилось, что она выбрала меня, - ее глаза на мгновение оторвались от шкафа - Так ты просто … жила с одним из них, вроде этого?

Я стараюсь не обращать внимания на ее тон. Полагаю, Деррик выявил защитную сторону во мне. Он был первым фейри, о котором я стала заботиться, он научил меня, что не все феи должны умирать.

– Он мой друг, - сказала я коротко.

Кэтрин опустила ресницы, румянец залил ее щеки.

– Прости. Я не хотела, чтобы это прозвучало вот так. Он спас нас всех, позволив нам остаться здесь, - она вздохнула.
– Мне просто трудно доверять им.

Она замолкает, пока осматривает комнату. Проводит взглядом по тиковым панелям вдоль стен и рабочего стола около нее. Я замечаю пустые места, где раньше лежали металлические детали, из которых я делала свои изобретения. Еще одно напоминание того, насколько фальшиво это место.

– Я рада снова видеть твою комнату, - сказала она мягко.
– От этого я ощущаю …

– Будто бы мы вернулись обратно, - я закончила за нее.
– Просто окончание позднего завтрака?

– Я скучаю по чаю и песочному коржику, - маленькая улыбка озаряет ее лицо, - по обсуждению глупых танцев и наших ухажеров.

– Кстати, говоря об ухажерах … ты замужем, - я сказала это легко, откусывая еще один кусочек стейка.

Она кивнула.

– Дэниэль. Ты знала, что он спас мне жизнь? Мы с мамой были по другую сторону Глазго, когда фейри напали на город.

Я замерла.

– Это должно быть ужасно, - я не могу даже представить. Они не могли видеть их, только наблюдать, как люди вокруг умирают. Я должна была предупредить ее лучше. Проклятье, я просто отправила ее подальше…

– Мы могли слышать крики, - она прослеживает кончиками пальцев по краю моего рабочего стола, - мы были не близко, но даже от дороги могли …

Я уронила вилку с острым лязгом. Слова Лоннраха с той ночи до сих пор ясно звучат в моем мозгу.

Уничтожьте все.

И фейри сделали именно то, что он приказал им. Они превратили Шотландию в не что иное, как руины и пепел, и Кэтрин была прямо посреди этого. Никого не было, чтобы защитить ее.

– Фейри окружили экипаж, - продолжила Кэтрин, - мы не могли видеть их, но их когти расцарапывали даже двери. Дэниэль пробрался внутрь, и мы бежали, - у нее промелькнула призрачная улыбка, маленькая и печальная.
– Он сделал все, чтобы убедится, что они не последуют за нами.

– Леди Кассилиас, - сказала я.
– Она…

– Она ушла в прошлом году, - Кэтрин прервалась несколько натянуто.
– Не смогла противостоять феям, когда они позвали.

Я почти сказала ей, что сожалею. Не смотря на то, что Эйтиннэ сказала мне, я не могу не винить себя. В мыслях я проигрываю те последние моменты с печатью, и каждая секунда говорит - я должна была. Я должна была понять устройство раньше. Я должна была быть сильнее, когда Сорча ворвалась в мой разум. Я должна была поставить последний символ на место вместо того, чтобы смотреть на Киарана в последний раз, потому что так безумно хотела спасти его.

В итоге я никого не спасла.

– Мне не хватает ее здесь, - сказала Кэтрин, приближаясь к окну.
– Не важно, как много времени прошло, иногда я все еще думаю, что это сон. Что это не реально.

– Я думала также после того, что случилось с моей мамой, - сказала я, заканчивая с едой, потом села рядом с ней.
– Что проснусь однажды, а она будет жива, и моя жизнь снова будет состоять из чаепитий и встреч. Но затем меня поразило, была ли я создана вообще в действительности для того мира?