Чтение онлайн

— Она того стоит? — участливо поинтересовался Мёртвый Король воров, который совершенно не удивился этой просьбе.

— Да. Она хорошая служанка. Хороших слуг очень тяжело найти, уверена, что даже среди нейтралов.

— Да, это, действительно, так, — нехотя кивнул Мёртвый Король воров, — ну что ж, раз госпожа просит — в знак моей доброй воли можно и пойти на уступку.

С этими словами он перехватил Виару за руку и на секунду приложил к её запястью кровавую монету. Та негромко вскрикнула, но Мёртвый Король воров сам её отпустил.

— Что… что это? — спросила Виара, с испугом разглядывая исчезающее кровавое пятно на своём запястье.

— Отныне это — гарантия твоей жизни, — мягко сказал Мёртвый Король воров, — с завтрашнего дня за твоей госпожой будут усиленно следить. Возможно, постараются завербовать и тебя. Так вот, настоятельно советую сохранять ей верность. Потому что если с ней хоть что-то случится — я тебя из-под земли достану. Это понятно?

— Да, — покорно закивала Виара, — да, господин, я всё поняла.

— Чудесно. И не расстраивайся, — Мёртвый Король воров поднял девушке подбородок и улыбнулся ей, — я умею вознаграждать тех, кто мне служит. Для начала — вот эта метка позволит тебе лучше скрывать свои намерения. Если на тебя используют Убеждение, а ты ему воспротивишься — твой оппонент всё равно получит в Системное окно сообщение об успешном Убеждении. Уверен, тебе это пригодится. Ну и если твоя госпожа сумеет справиться со своей задачей — ты тоже без награды не останешься. Это понятно?

— Да, господин, я всё поняла, — закивала Виара, — я сделаю всё, что в моих силах, чтобы уберечь госпожу Фриду.

— Прекрасно. Что ж, с этим разобрались. Итак, времени у меня мало — и в ближайший год мы поговорить больше не сможем. Поэтому слушайте меня очень внимательно…

Когда Сареф подошёл к трём драконам, что печально сидели на земле, то идущий сзади Сфайрат схватил его за руку.

— Послушай, Сареф, — серьёзно сказал он, — это, правда, плохая идея. Они сейчас переживают тяжкий период, им плохо, им больно, им нужно внимание того, кто знает, как за ними ухаживать. Я понимаю, что ты беспокоишься за него, — Сфайрат взглядом указал в сторону Махиаса, — но ты сейчас только сделаешь ему хуже.

— Я не собираюсь приставать к драконам, — ответил Сареф, деликатно освобождая руку, — я хочу поговорить с этой девушкой. Это же не запрещено?

Сфайрат недовольно засопел, но больше не стал возражать. Как видно, он очень ценил то, что ему хоть как-то удалось наладить контакт с Сарефом. Что было важно, так как ему курировать их поход на Чёрного Молоха. И дракону явно не хотелось раздувать новый конфликт.

А Сарефу внезапно пришла в голову странная идея. Что если всё вот это — одна большая провокация от Ильмарриона? Что, если магистру драконов захотелось посмотреть, действительно ли Сареф не станет совать нос не в своё дело? И если Сареф всё-таки не сдержится — что он скажет Махиасу? И не получится ли так, что именно из этого Ильмаррион всё-таки узнает, что Сарефу не просто известно, чей сын Махиас… ему станет ясно, что и на Осину Сареф ходил не просто так, и теперь ему известно куда больше, чем, по мнению магистра драконов, Сарефу следует знать.

Но в следующий момент Сареф затряс головой, прогоняя это наваждение. Да что это с ним? Это уже самая настоящая паранойя. Ильмаррион знать не знал, что Сареф сегодня сюда попадёт. При этом Сареф без скандалов, без проблем влился в текущий распорядок клана Айон. Так что куда более вероятно, что дела просто продолжали идти своим чередом, и этих драконов просто вывели на прогулку, как и было запланировано. Да и потом… во всём, что касается Осины Самоубийц, у Ильмарриона нет никаких доказательств. Разговаривал с ней только он, прочие — в том числе Джинора — были без сознания, это совершенно точно.

— Добрый день, — поздоровался Сареф с девушкой, подойдя к ней. Она как раз поправляла ошейник дракону с багряной чешуёй, второй рукой при этом почёсывая ему горло. Она испуганно повернулась на его голос.

— Здравствуйте, — осторожно сказала она, — а… разве… вы тут?

— Ну да, — Сареф пожал плечами, — у меня были дела к главе Ильмарриону, и он был так добр, что разрешил мне остаться на одну ночь.

— А, — девушка испуганно теребила кольца на своём жезле, — ну… тогда… понятно. Но… не могли бы вы… не подходить слишком близко? Мои подопечные… не любят контактов с чужими…

— Простите, как ваше имя? — вежливо поинтересовался Сареф, — ваша сестра говорила мне о вас… но, к сожалению, не представила.

— Вивиен, — ответила девушка, бросив настороженный взгляд, — Вивиен Вааг.

— Чудесно, — кивнул Сареф, после чего оглядел драконов и осторожно спросил, — я понимаю, что вам запрещено говорить об этом с посторонними, но всё же, пожалуйста… всего один вопрос. Процесс их восстановления… проходит по плану?

— Здесь ничего нельзя утверждать наверняка, — осторожно ответила Вивиен, — мы делаем всё, что от нас зависит, всё внимание и заботу, но всегда есть шанс… к сожалению…

В этот момент Вивиен осеклась. Потому что Сареф сощурил левый глаз и взглядом указал на Сфайрата, который по-прежнему недовольно сопел за его спиной. Это была прямая просьба отвлечь его. Хотя бы на несколько секунд. И Вивиен, которая, конечно же, прекрасно знала, как Сареф помог её сестре, не имела права его игнорировать. Поэтому, убедительно улыбнувшись, она повернулась к Сфайрату и сказала:

— Простите, господин Сфайрат, тут есть одно дело… Я думаю, вы сможете помочь, это ведь по вашей части. Дело в том, что у Ксануана появилось кое-что… сейчас я его позову.

Вивиен выбрала на своём жезле зелёное кольцо, чуть сдавила его в пальцах — и в тот же момент зелёный дракон, что до этого весело нарезал круги с другими, резко спикировал и сел в двадцати шагах. Вивиен со Сфайратом отошли к нему, и Сареф, не тратя драгоценного времени, подошёл к Махиасу. Он обернулся, проверяя, не смотрит ли кто за ними, после чего наклонился к его морде и чуть погладил по носу. Дракон поднял на него взгляд — и Сареф опешил. В глазах дракона вовсю скользили тоска, печаль и безумие. Как Вивиен удавалось выгонять его на прогулку в таком состоянии, оставалось загадкой.

— Твоя мама больше не страдает, — тихо сказал ему Сареф, — с ней всё хорошо. Она обрела покой. Но она просит тебя жить дальше… листушек… листушек ласковый…

От последних слов в глазах дракона что-то переменилось. Теперь он уже куда более внимательно посмотрел на Сарефа, в его взгляде на мгновение появились осмысленность и человечность… но уже в следующую секунду всё это снова утонуло в бездне печали и безысходности. Но Сареф знал, что так и будет. Наивно было ожидать, что от одних только этих слов Махиас чудесным способом станет самим собой. Но зерно надежды Сареф в него заронил. Он сделал для него всё, что мог. И теперь Махиас мог рассчитывать только на себя.