Чтение онлайн

– Что натолкнуло тебя на такие мысли?

– Сам не знаю, просто ощущение, ты разве не чувствуешь того же?
– Я кивнул. Действительно, мне как-то не верилось в эту безграничную любовь.
– К тому же, каждый раз находясь в одном помещении с ними, она становится похожа на горную кошку.

– В каком смысле?

– Мне как-то довелось видеть, охоту на это животное - незабываемое зрелище. Охотники гнали ее к утесу почти суман, теряли след и снова находили, а затем снова теряли. Когда, наконец, им удалось загнать ее в угол, у нее в глазах появилось то же самое выражение, которое иногда проскальзывает во взгляде нашей девчонки, когда она смотрит на послов и позволяет себе проявлять какие-то эмоции. Я не уверен в том, что это было, но хорошо помню ее глаза. Там была и ярость, и решимость, и упрямство, и гордость, но и ожидание удара, возможно смертельного. Как только первый из этих самоубийц сделал к ней шаг, кошка вцепилась ему в горло. Зверь загрыз еще троих из семи охотников прежде, чем удалось ее убить, но буквально за вдох до выстрела она шагнула с обрыва, сжимая в зубах свою последнюю жертву, их тела так и не нашли.
– Закончил он, а затем поднял на меня свой взгляд, с трудом возвращаясь из воспоминаний.
– Для такого поведения должны быть причины.

– Какими бы не были эти самые причины, ей бы лучше прекратить этот спектакль. Она здесь, чтобы работать, свои семейные проблемы, пусть решает в свободное время.

– Мне кажется, ты не прав Ширан, она просто действует на опережение, - я расхохотался.
– Может, все-таки пойдешь по стопам отца и станешь дипломатом.

– Я серьезно, ты слишком многого требуешь от нее. В конце концов, она тоже что-то да чувствует.

– Ну да, ну да, - я махнул рукой, - Мне просто нужно, чтобы она выполняла, то для чего я ее нанял.

– Ага, а еще чтобы она ластилась к тебе кошкой, была мягкой, нежной и непроходимо тупой, тогда ты сможешь вздохнуть спокойно и отстать от нее, - я зарычал. Видимо, Рик слишком давно не получал по морде.

– Не передергивай, ты не прав, - ответил я тихо, цедя слова сквозь зубы и пытаясь унять вспыхнувшую ярость.

– Хорошо, если так, но мой тебе совет, определись уже, кто тебе нужен: охотник или покорная любовница, такая как Кэссиди, - тихо добавил он и растворился в толпе.

Я остался стоять на месте, до феечки оставалось всего пару шагов, но я не торопился. Каленым железом в голове отпечатались слова друга. Я никогда не врал себе, особенно в том, что касалось моих желаний, не собирался делать этого и в этот раз. Да, я хочу, видеть ее в своей постели, но не смирную и покорную, а такую, какой уже привык видеть - дерзкую, ехидную, яркую. Да, я хочу понять, что скрывается за всеми этими тайнами и недомолвками, в которые она так тщательно кутается. Но хочу ли я этого настолько сильно, чтобы не обращать внимания на ее откровенно хамское и вызывающее поведение, на ее беспрекословное желание не подчиняться, на ее грубость? И снова ответ вышел положительным. Я улыбнулся, ну вот мы и определились с этим вопросом. Остался еще один... Я посмотрел в сторону Кэссиди, она поймала мой взгляд и, отсалютовав бокалом, ослепительно улыбнулась. Сама невинность. Интересно, насколько действительно она чиста и непорочна? Если хотя бы на одну сотую - можно считать ее подарком небес.

– Фина Кэссиди, - я склонился над тонкими дрожащими пальчиками, - вы просто очаровательны. Смею ли я надеяться, на то, что вы не забыли про данное мне обещание?
– девушка покраснела, но взгляда не отвела.

– Нет, Ваше Высочество, первый танец ваш по праву, - она присела в легком реверансе, и тут же зал наполнили звуки музыки.

Феечка танцевала легко и плавно, каждое движение, каждый шаг и наклон головы был грациозным, почти ленивым и элегантным, но при этом просто убийственно сдержанным и пристойным. Улыбка ни на миг не покидала ее, а в глазах светился почти детский восторг. Мы вели пустую ничего незначащую беседу, и мне было скучно почти до зубного скрежета. Вдруг младшая графиня подняла на меня серьезный взгляд и вздернула к верху очаровательный носик:

– Не сердитесь на Диану, - снова проявления сестринской любви?

– Я не сержусь.

– Сердитесь, это видно, - упрямо повторила фея.

– Знаете, я восхищаюсь вашей преданностью сестре.

– И совершенно напрасно, я просто... люблю ее, - последние слова прозвучали тихо, но достаточно твердо, чтобы поверить в них.

– Я ни в коем случае не хочу обидеть вас, но, мне кажется, вы тратите свои чувства впустую.

– Вы ошибаетесь, рано или поздно, но Диана если и не примет мою любовь, то хотя бы смирится с ней.

– И вам будет этого достаточно? Того что она просто смирилась?
– я озадаченно разглядывал фею.

– Не знаю, - она чуть огорченно вздохнула и замолчала. Но через вдох подарила мне очередной упрямый взгляд. Я читал ее чувства даже не напрягаясь. Смятение, уверенность, страх и надежда. Последняя эмоция была сильнее всех. Ярче. Горела сильно и ровно, словно огонек новенькой свечи.
– Но я пока не хочу отступать.

– Почему? Вам ведь каждый раз больно от ее слов и поступков, так зачем вы мучаете себя?
– силился я понять поведение младшей графини.

– Скажите, что вы думаете обо мне?
– она подняла испытующий взгляд. Причем здесь это? Я задумался на вдох, а затем, аккуратно подбирая слова, ответил:

– Вы сильная, умная, мягкая, иногда немного наивная, - судя по взгляду Кэссиди, последняя характеристика ей мало понравилась. Женщины...
– В хорошем смысле графиня, прошу, не обижайтесь. Я только хотел сказать, что вы необычайно светлое создание, - она почему-то лишь сильнее нахмурилась, и уголки губ нервно дернулись.

– Я не так наивна и не так чиста, как кажется Ваше Высочество. И поверьте, я вполне заслужила такое отношение к себе со стороны Дианы. Поэтому терплю. Это мое наказание и искупление, - она замолчала. Я склонил голову набок, внимательно разглядывая такое непривычно серьезно лицо.

– Ей не нужна ваша любовь Кэссиди, она вообще не нуждается в этом чувстве, - мягко, стараясь не обидеть, ответил я.

– Вы не правы. Каждый нуждается в любви, а Диана больше всех.- Я ничего не ответил, потому что не знал, что говорить... Да и что можно ответить на такое? Зачем разбивать стеклянный мир, в котором живет фея, зачем показывать туда дорогу тьме и ночи, зачем прожигать кислотой правды и без того хрупкие стены? Нет. Она очаровательна в своем незнании, прекрасна в своем заблуждении и так отважна в своем непонимании. И кто знает, но, может, она - любимица богов, и все останется так, как есть? Странно, но почему-то хотелось в это верить. Музыка кончилась и я, поцеловав ей руку, отпустил.

Я наблюдал за Кэссиди весь остаток вечера. Она смотрела на все широко открытыми глазами, с почти детским восторгом. Разглядывала толпу, улыбалась, смеялась, легко вела беседу, как-то по-детски кокетничала. Каждая новая эмоция отражалась на ее лице и в глазах, как в зеркале - задумалась, испугалась, насторожилась, оскорбилась, повеселела. Легко, беззаботно, она была здесь... к месту. Во взгляде не было скуки и наигранной пресыщенности, что в последнее время стало модно. Она не вздыхала и не закатывала в притворстве глаза, не морщила нос и не корчила гримасы. Мы танцевали с ней еще два раза, и во время этих танцев я смеялся и улыбался так, как, казалось, давно уже забыл. Вообще ощущения были странными и новыми - легкость, спокойствие, отрешенность. В какой-то момент, я поймал себя на мысли, что хочу снова поцеловать ее. Я усмехнулся. Непорочная невинность. Ну, кто бы мог подумать? Эмоции Кэссиди были под стать моим, да и вообще вечер выдался на удивление тихим. Правда время от времени в общем фоне я ловил едва различимое беспокойство и напряженность. А что самое интересное никак не мог понять, от кого они исходили. Но к тому моменту, как гости начали расходиться это чувство сошло на нет. Я свернул к своей комнате и уже взялся за дверную ручку, как сзади послышался шелест юбок. Хм, что-то долго она.

– Ты научилась терпению, Лита?
– я обернулся. Демонесса стояла почти вплотную ко мне.

– Пришлось, - недовольно выдохнула она и подалась вперед всем телом, положив руки мне на плечи, - ты сегодня был исключительно неуловим, такой общительный, гостеприимный... К чему это?
– протянула она, погладив меня по щеке. Я не пошевелился и не счел нужным отвечать.
– Или все это результат влияния той мелкой крылатой?

– Ты пришла... поговорить?
– я намотал ее распущенные волосы на руку. Лита откинула голову назад и облизнула губы. Пошло и уже не так соблазнительно, как раньше.