Чтение онлайн

– Да, академия Кареджи в Италии, – кивнула Саида.

– Именно. А потом облеченные властью поняли, что образованные люди опасны. Своим критическим мышлением они ставят под угрозу существование социальных норм и общества в целом. И появилась система образования, которая стрижет всех под одну гребенку. Готовит клерков, сдыхающих на работе от безысходности и ненависти к своему делу. Зато они послушны, как стадо овец, и всего боятся. А тому, кто боится, легко внушить любую глупость.

– Мистер Саймон так и говорил?

– Ну нет, конечно, – отвел глаза племянник. – Я немного развил его мысль. В вольной форме. Но он был адептом классического образования. Знаешь, как у нас, – пояснил он, имея в виду темных эльфов. – Маленькие группы, наставник, передача мудрости предков и всестороннее развитие: от фехтования, спорта и верховой езды до языков, магии и целительства. И все предметы, которые мы изучали, были интересны. Почему? Потому что наставник мог объяснить, зачем это нужно, и позволял задавать вопросы. В том числе, каверзные и еретические. Я мог спросить что-нибудь вроде «что, а бабы в древности и правда вели за собой армию? Бабы? Серьезно?» и не получал за это по уху. Но пойди спроси у школьного преподавателя о том, зачем мне высшая математика. Или основы государства и права. Накалякает в дневнике замечание красной ручкой и поднимет страшный шум. Был у нас такой предмет – основы религии. Очень похоже на нашу историю культов, только в сто раз скучнее. И вот начали мы изучать христианство. Я говорю: «Знаете, миссис Джойс, Иисус был реальной исторической личностью, и всему, что происходило в его жизни, есть четкое объяснение. За ним шли не потому, что он был сыном бога, а потому, что он был чертовски харизматичным малым. Руками лечили и до него, это древняя система целительства, родом из Японии. На вашем месте я бы не верил так слепо историческим источникам. А даже если мы предположим, что все это правда, объясните мне вот что. Парень говорил: «Возлюби ближнего своего, как самого себя». В смысле, пожертвовать собой и позволить себя распять, да еще и во всеуслышание объявить, что это жертва ради человечества – это любовь? Выходит, все должны жертвовать собой ради ближнего? Эта философия кажется мне как минимум странной. И зачем подставлять вторую щеку, если можно как следует двинуть по второй? На востоке так и поступают. Если кто-то обесчестил твою сестру, ты не успокоишься, пока за нее не отомстишь, убив всех братьев виновного. Око за око, зуб за зуб. Никаких тебе вторых щек и «бог простит его, заплутавшего».

Саида сделала глоток кофе и вернула чашку на блюдце.

– Что сказала бабушка, когда миссис Джойс вызвала ее в школу?

– На месяц лишила меня карманных денег, а потом спросила, осознал ли я вину. Я сказал, что не готов обсуждать это без своего адвоката. И тема была закрыта.

– Ты и вправду думаешь, что «око за око, зуб за зуб» – подходящее правило для современного мира?

Линн прожевал очередной кусок тоста.

– Очень даже, – сказал он. – Если кто-то причинит тебе вред, Рихард превратит его в котлетный фарш и не будет волноваться по поводу законов и общепринятой морали. И я накостыляю тому, кто поднимет руку на Хоуп. Чем современный мир отличается от древности? Мужчины не должны вступаться за женщин? Только не начинай со своими феминистскими лозунгами. К слову, ты не ответила на мой вопрос. Почему ты сегодня замороженная?

От необходимости отвечать Саиду избавила подошедшая к столику официантка.

– Мисс Голдстоун, вас к телефону, – сказала она. – Из клуба. Говорят, срочно.

Голос на другом конце провода владелица «Пурпурной дымки» не узнала, и мужчина представился:

– Здравствуйте, мэм. Я Джоэль, один из водителей мистера Блэка. Мы привезли вам спиртное, но секретарши на месте нет. Тут вообще никого нет, только охранники, а они не имеют права подписывать бумаги. В котором часу вы приедете на работу?

Свои дни Саида планировала с точностью до минуты, и сегодняшний исключением не был. Обычно она просыпалась в одно и то же время, но этим утром открыла глаза на целых полтора часа раньше. Разбудила Рихарда, который в кои-то веки никуда не торопился и ради нее наплевал на священный ритуал: отменил утреннюю пробежку. Кажется, они целую вечность не занимались любовью вот так, медленно и сладко, забыв обо всем на свете. Она почти забыла, как удивительно сочетаются нежность и страсть в ее мужчине, как хорошо он успел изучить ее тело, и как тонко он умеет чувствовать ее настроения.

После они долго лежали, обнявшись, поверх одеяла и говорили о ничего не значащих глупостях. Пальцы Рихарда рассеянно гладили ее спину. Когда он рассмеялся над очередной глупой шуткой, понятной только им двоим, Саида представила, что эти пальцы принадлежат другому. Вежливому управляющему «Белой совы», красивому мужчине с открытой улыбкой и холодными серыми глазами. Она вспомнила, как он прикоснулся губами к ее руке – обыкновенный светский жест, ни намека на что-то интимное – и от приятной усталости не осталось и следа.

«Что такое?», – удивленно спросил Рихард, заметивший, как изменилось выражение ее лица. «Все хорошо, – уверила его Саида. – Мне пора. Много дел. Да и у тебя, наверное, тоже?». Дела у нее были, но не так много – и ни одного срочного. В «Пурпурную дымку» она планировала приехать после обеда, но звонок водителя перевернул все с ног на голову. Куда подевалась Мелани?.. Ах да. Она предупреждала, что придет после десяти.

– Простите, что? Вы привезли спиртное? От мистера Блэка?

– Ну да. Все, что он вам задолжал, за три месяца.

– Кажется, я чего-то не понимаю. Когда я говорила с мистером Блэком в последний раз, он сказал, что хочет разорвать наш контракт.

– Слушайте, леди. Контракты – не моя забота. Я простой работяга, который проводит за рулем по двенадцать часов в сутки, и я привез вам кучу бутылок с дорогим виски, шампанским и прочей чепухой. Так когда вы явитесь? Мне нужна ваша подпись.

***

Спустя полчаса

Новая половина Треверберга, Ночной квартал, клуб «Пурпурная дымка»

В первой половине дня Ночной квартал походил на заброшенный город в европейской глубинке: редкие машины на дорогах, еще более редкие пешеходы откровенно заспанного вида, заполненные до верха мусорные баки. Миновав главный вход «Пурпурной дымки», Саида свернула на узкую улочку и направилась к высоким сетчатым воротам. Охранник в будке, читавший «Треверберг Таймс», отложил газету и помахал ей рукой.

– Доброе утро, мисс Голдстоун. Парни там. – Он указал в направлении складского помещения, возле которого стоял грузовик с логотипом «Спиртных напитков Блэка». – Я сварил им кофе и принес немного еды. Пусть позавтракают.

– Спасибо, Стив. Все уже разгрузили? – Взгляд Саиды скользнул по деревянным ящикам, сложенным вдоль стены. – А это что?

– Не поместилось, мэм. Внутри полно пустых ящиков, но их должен выносить бармен. Линда делает это раз в неделю, по четвергам. А сегодня как раз четверг. Она планировала приехать пораньше и спокойно разобраться со всем, чтобы никто не мешал. Записывает серийные номера, наименования и остальное, а потом отсылает мистеру Эверетту. Никто не ожидал, что на нас свалится подарочек от Блэка, да еще в такой час.

Саида молча разглядывала стройные ряды ящиков. Линда работала в «Пурпурной дымке» еще в те дни, когда клуб принадлежал Дональду Оуэну, прекрасно справлялась с огромным баром и не отчитывалась перед начальницей о мелочах. Почему нельзя просто вынести чертовы ящики? Зачем Рамону Эверетту нужна вся эта информация?.. Должно быть, дело в подпольной торговле алкоголем. Его юристы десять раз проверяют бумаги от владельцев клуба и поставщиков, сверяют суммы и названия напитков. Дьявол в деталях.