Чтение онлайн

Я конечно против него ничего не сделаю, и он так раздражает своей уверенностью, что только он прав и все знает. Что я ещё несколько раз пересматриваю запись.

Пока ко мне не заглядывает кладовщица. Как зовут уже и не помню.

– Привет, слушай, у нас корпоратив скоро, отмечаем юбилей нашей части. Ты как? В деле? На выходных.

– А в нашу смену не попадает?

– В вашу не попадает.

– Тогда за.

– Отлично, записываю тебя. Деньги потом скажу, сколько сдавать.

– Слушай, я не получила костюм, пожарный, только эту форму.

– Приходи завтра, я поищу размер поменьше как раз.

Исчезает. Ну вот и будет повод познакомиться с остальными. А то вижу только этих ребят. Вообще-то мне мужа надо найти среди офицеров.

Я включаю видео. Снимаю себя, заодно фиксирую, чтобы потом было что показать Надзирателю. И переодеваюсь. Раз, два, три…на седьмой раз выдаю тридцать пять, падаю на лавку и глотаю воздух, как рыба.

Сдергиваю подшлемник, хватаю куртку за ворот

Когда дойду до двадцати семи прям не терпится ему сказать, Воронов, твоя стажерка почти молния, а ты не верил.

На сегодня хватит.

Убираю тренировочный костюм и иду к Ренату. Не терпится уже что-то потушить.

Вываливаюсь в ангар - и застываю.

Он у машины, один. Выдвинул чуть лестницу и подтягивается на ней.

Темно-синяя футболка прилипает к напрягшимся мышцам. Под ней будто прорисовывает кто-то карандашом мышцы. Такое у него все без рывков, чисто.

Включаю камеру и снимаю.

Это для себя.

Лестница чуть-чуть дрожит.

Бицепсы как отдельная планета. Предплечья в жилках.

Он меня не видит. Подтягивается дальше: десять, одиннадцать…. На двадцатом задерживается вверху на секунду, будто смотрит в потолок, как будто там ответ на все вопросы. Потом мягко вниз. Ещё.

Счет теряю, потому что слежу уже не за цифрами, а за тем, как ходят его лопатки под футболкой. Как тянется ткань, как отрабатывает спина.

Произведение искусства в ангаре. Выставка "Мышцы и дисциплина". Вход по пропускам.

Я реально облизываюсь. Язык ведет по губам автоматом. Во рту пересыхает.

Я взрослая женщина, не собака Павлова.

Но не помогает.

Он делает последний подъем, зависает, будто целует воздух - и плавно спрыгивает.

Я прячусь за угол и выключаю камеру. Прячу телефон, как украденный секрет.

Только сейчас понимаю, что часто дышу и сердце подрагивает.

Выдыхаю, успокаиваю дыхание.

Ренат задвигает лестницу.

Я только сейчас выхожу.

– У меня тридцать пять секунд, - захожу в ангар так, будто не стою тут уже пять минут и не облизываюсь.

У Воронова по виску стекает капля пота. Сжимаю пальцы, чтобы не вытереть самой. Он опережает, проводит предплечьем и смахивает.

– Сколько?

– Тридцать пять.

– А надо?

– Ты хоть бы раз похвалил, что у меня прогресс.

– Будет двадцать семь, похвалю.

– Будем учиться тушить?

– Да.

И по ангару вой сирены.

– Позже.

Ренат срывается с места к машине, заводит ее. Выпрыгивает и быстро переодевается.

Эх, была бы тут… во время пока они бегут, мне бы этих десяти секунд хватило, чтобы переодеться со всеми и съездить уже на пожар.

Я остаюсь одна в ангаре. Никого. Оглядываюсь. Возле стола есть ниша с какими запчастями и рядом кресло. Прячусь там и достаю телефон.

Открываю видео и снова пересматриваю.

Силуэт. Плечи. Аполлон не меньше.

“...Нежные планы… залезу в твою душу и спальню…”

Крутятся в голове слова песни.

“Девочки, я влюбилась в фотку его спины”

Делаю подпись к посту.

“Мы хотим лицо”

“Покажи нам его”

“Это твой жених?”

Следом монтирую видео, где учусь делать реанимацию и ивл. Убираю везде лицо Рената.

Ренат

– Как ваша новенькая?
– встречает меня Наташа из отдела кадров.

– У нас в стране проблемы с мужиками, что на такие тяжелые профессии берем женщин?

– Начальник сказал взять, что я могла сделать.

– Придумать что-то. За кадры у нас ты отвечаешь.

– Ренат, ты ему это скажи, что ты от меня хочешь?

– Найди ей какое-нибудь другое место у нас.

– Там такие связи, он сказал, … что… нет.

– Было бы куда! Я понимаю, на руководящую должность. А то тут пожарный. Как это говорится, работа пыльная и не для девушек.

– Я не знаю, чем помочь, Ренат. Может, сама уйдет?

Эта уйдет.

– Кто она по образованию? Как ее вообще сюда взяли? Что-то наше заканчивала?

– Нет, специалист по адаптивной физкультуре, реабилитолог. Знает медицину и физкультуру. Нормативы сдала и вроде как подходит.

Так вот откуда знания по медицине.

– Ладно, я пойду, мне там документы на подпись сдать надо.

– Угу, - киваю.
– Слушай, а как ее зовут? Так и зовут? Исса?

– Вообще по документам Лариса.

– Лариса?
– закатываю глаза и смеюсь.
– Серьёзно?

– Да, но просила называть ее Исса. Не любит то имя. Так что… не подставь меня.

– Ну, ты же меня знаешь.

– Знаю, поэтому и прошу.

Подмигиваю ей.

Лариса-Лариса… прям как моя девочка.

Ищу в мастерской эту подопечную, в гараже, в тренажерке.

Нет нигде. Я даже номера ее не знаю, чтобы позвонить.

– Вань, давай ей рацию что ли дадим? Как ее искать?

– Ну дай. Пусть привыкает. Я тебе скинул ее номер. Ищи.

Набираю и слышу, как телефон играет в комнате отдыха.

Она отвечает, но я сбрасываю и иду туда.

Захожу.

Лежит царевишна на кровати в телефоне.

– Не понял.

– Сказали отдыхать, я отдыхаю.

– Отдыхать тем, кто приехал с пожара. Тем, кто ничего не делал, работать.

– Да я пять минут как легла.

– Бегом. Через минуту жду в гараже, будем учиться пожары тушить.

– Оооо… - тут же подымается.
– Это я за.

Идет за мной.

– А что будем тушить?